Английский для смелых. Истории о духах и привидениях / Great Ghost Stories - Сарапов Михаил - Страница 16

I never told my wife the fearful events which I have just related to you (я никогда не рассказывал своей жене о тех страшных событиях, о которых только что вам поведал). I told the surgeon who attended me (я рассказал хирургу, который выхаживал меня; to attend – посещать; присутствовать; ухаживать за /больным/); but he treated the whole adventure as a mere dream (но он расценил все это приключение как всего лишь сон = кошмар; to treat – трактовать; рассматривать; mere – простой, не более чем, всего лишь) born of the fever in my brain (вызванный лихорадкой в моем мозгу; to bear – носить; рождать, производить на свет). We discussed the question over and over again (мы обсуждали этот вопрос снова и снова), until we found that we could discuss it with temper no longer (до тех пор, пока не обнаружили, что мы больше не можем обсуждать его, не выходя из себя; temper – самообладание, сдержанность; умение держать себя в руках), and then we dropped it (и тогда мы оставили: «забросили» его; to drop – капать; ронять; бросать). Others may form what conclusions they please (другие могут делать какие угодно выводы; to please – быть в радость, нравиться) – I know that twenty years ago I was the fourth inside passenger in that Phantom Coach (я /точно/ знаю, что двадцать лет назад я был четвертым пассажиром внутри этого дилижанса-призрака).

 I never told my wife the fearful events which I have just related to you. I told the surgeon who attended me; but he treated the whole adventure as a mere dream born of the fever in my brain. We discussed the question over and over again, until we found that we could discuss it with temper no longer, and then we dropped it. Others may form what conclusions they please – I know that twenty years ago I was the fourth inside passenger in that Phantom Coach.

The Moonlit Road

(Дорога, залитая лунным светом[10])

Ambrose Bierce (Амброз Бирс)

I. Statement of Joel Hetman, JR

(Cвидетельство Джоэла Хетмена-младшего[11])

I am the most unfortunate of men (я самый несчастный из людей). Rich (богатый), respected (уважаемый), fairly well educated (довольно хорошо образованный; fairly – красиво, мило; довольно) and of sound health (крепкого здоровья) – with many other advantages usually valued by those having them and coveted by those who have them not (со многими другими преимуществами, обычно ценимыми теми, у кого они есть, и которыми стремятся обладать те, у кого их нет; to covet – жаждать, домогаться, сильно желать) – I sometimes think that I should be less unhappy if they had been denied me (я иногда думаю, что я был бы менее несчастен, если бы ничего этого у меня не было: «если бы в них /этих преимуществах/ мне было отказано»), for then the contrast between my outer and my inner life would not be continually demanding a painful attention (ибо тогда контраст между моей внешней и внутренней жизнью не требовал бы постоянного пристального внимания; painful – мучительный, тягостный, требующий больших усилий; pain – боль). In the stress of privation and the need of effort (будучи поставлен перед необходимостью бороться с лишениями и лишенный возможности предаваться праздности: «под стрессом лишений и необходимости прилагать усилия»; effort – усилие, напряжение) I might sometimes forget the somber secret (я, возможно, временами забывал бы мрачную тайну) ever baffling the conjecture that it compels (постоянно ставящую в тупик попытки ее разгадать, вызываемые самим ее существованием; to baffle – ставить в тупик; сбивать с толку; conjecture – догадка, предположение; to compel – заставлять, вынуждать).

I am the only child of Joel and Julia Hetman (я единственный ребенок Джоэла и Джулии Хетмен). The one was a well-to-do country gentleman (первый был зажиточным сельским джентльменом), the other a beautiful and accomplished woman (другая – красивой и превосходно воспитанной женщиной; accomplished – получивший хорошее образование; воспитанный; культурный) to whom he was passionately attached with what I now know to have been a jealous and exacting devotion (к которой он был пылко привязан узами того, что, как я сейчас знаю, было ревнивой и требовательной привязанностью; to attach – прикреплять; привязывать, располагать к себе; devotion – преданность; сильная привязанность). The family home was a few miles from Nashville, Tennessee (наш дом: «семейный дом» находился в нескольких милях от Нэшвилля, штат Теннесси), a large, irregularly built dwelling of no particular order of architecture (большое, беспорядочно построенное здание, не относящееся ни к какому определенному архитектурному стилю; dwelling – жилище, жилое помещение; particular – редкий, особенный, специфический; индивидуальный, отдельный; order – порядок, система, соблюдение каких-либо правил), a little way off the road, in a park of trees and shrubbery (немного в стороне от дороги, в парке из деревьев и кустарников).

 I am the most unfortunate of men. Rich, respected, fairly well educated and of sound health – with many other advantages usually valued by those having them and coveted by those who have them not – I sometimes think that I should be less unhappy if they had been denied me, for then the contrast between my outer and my inner life would not be continually demanding a painful attention. In the stress of privation and the need of effort I might sometimes forget the somber secret ever baffling the conjecture that it compels.

I am the only child of Joel and Julia Hetman. The one was a well-to-do country gentleman, the other a beautiful and accomplished woman to whom he was passionately attached with what I now know to have been a jealous and exacting devotion. The family home was a few miles from Nashville, Tennessee, a large, irregularly built dwelling of no particular order of architecture, a little way off the road, in a park of trees and shrubbery.

At the time of which I write I was nineteen years old, a student at Yale (в описываемое мной время: «в то время, о котором я пишу» мне было девятнадцать лет, /я был/ студентом Йельского университета). One day I received a telegram from my father of such urgency (однажды я получил такую императивную телеграмму от отца; urgency – безотлагательность, срочность; настойчивость) that in compliance with its unexplained demand I left at once for home (что, подчиняясь ее ничем не объясненному требованию приехать: «в соответствии с ее необъясненным требованием», я немедленно отправился домой; to leave – оставлять, покидать; уезжать). At the railway station in Nashville a distant relative awaited me to apprise me of the reason for my recall (на железнодорожной станции в Нэшвилле мой дальний родственник ожидал меня, с тем чтобы сообщить мне причину моего вызова; to apprise – извещать, информировать; recall – призыв вернуться): my mother had been barbarously murdered (моя мать была варварски убита) – why and by whom none could conjecture (почему и кем, никто /и/ предположить не мог), but the circumstances were these (но обстоятельства были следующие):