Охотница Салли или Листик на тропе войны - Дубровный Анатолий Викторович - Страница 76

Гном, раскрывший от удивления рот, увидел, как орк, хозяин торгового предприятия и будущий муж этой малявки, безропотно выполнил все, что ему она сказала. А девочка, словно так и надо, продолжила командовать:

- Мы уходим, а ты доставишь гнома на родину в безопасное место или туда, куда он скажет.

— На Геллу, — машинально сказал гном и быстро добавил: — Только не через те жуткие миры.

Орк согласно кивнул, он и не думал возражать раскомандовавшейся малявке, что было более чем странно — у орков, как и гномов, глава семьи всегда мужчина, исключений не бывает.

— Пожалуй, мы тоже на Геллу вернёмся, — о чём-то задумавшись, проговорила Листик и глянула на гнома: — Не волнуйтесь, мы прямо отсюда и уйдём.

Листик сказала это нарочито громко и удовлетворенно улыбнулась, заметив, как один из посетителей, притворявшийся заснувшим пьянчугой, постарался незаметно выскользнуть из трактира, и как за ним последовали Рамана, Милисента и Тиасса. Лиша их исчезновения не заметила, поглощённая поеданием мороженого, заказанного Вороном. С двух сторон девочку опекали Элие и Карэхита, подсовывая всё новые вазочки. Листик кивнула Ырмытыру, показав глазами на гнома, мол, займи его, а сама тоже вышла из трактира.

Идти пришлось за городские ворота, видно там была назначена встреча у вампира-соглядатая. Там, на лесной полянке, Листик туда вышла, чувствуя, где находится Милисента, лежали три обездвиженных тела и в растерянности стояли девушки.

— Не получилось? — спросила у Раманы Листик, та развела руками:

— Заклинание подчинения очень сильное, не могу разобрать, как его обойти. Милисента держит стазис, но говорит — сильнее нельзя, полностью их «заморозит»…

— Слабее тоже нельзя, — кивнула сосредоточенная Милисента, Тиасса озабоченно добавила:

— Вырвутся.

— Нет, не вырвутся, сработает заклинание подчинения, и они умрут, — поправила Милисента.

— А почему трое? — поинтересовалась Листик, внимательно разглядывая пленённых вампиров. Ей объяснили, что того вампира, который ушёл из трактира, здесь ждали ещё двое, вот их тоже прихватили. А теперь, увидев, что на этих кровососах навешено такое же заклинание, решили разобраться и с ними. Но пока все попытки, преодолеть заклинание подчинения, оказались безуспешными.

— Очень похоже на то заклинание, которым хотели подчинить меня, — задумчиво проговорила Листик, внимательно разглядывая пленённых вампиров, — могу попробовать снять, успеха не гарантирую, но другого ничего не остаётся.

Рамана согласно кивнула, остальные тоже не возражали. Первый вампир, после попытки Листика снять заклинание, почернел и осыпался пеплом. Со вторым произошло то же самое. К снятию заклятия с последнего Листик приступила, передохнув и посоветовавшись с Раманой:

— Вроде всё правильно делаю, но где-то спрятан узелок, который не могу найти.

— Тебя тогда Гара пыталась подчинить обычным заклинанием, применяемым к драгам, только более сильным. А здесь что-то другое, не хотелось бы и этого потерять, именно он за нами и следил, а эти двое, скорее всего, обычные «почтальоны».

— Забираем его с собой на Геллу и там, в более спокойной обстановке, попробуем разобраться с этим заклинанием, — предложила Милисента и обосновала своё предложение: — У нас другой ниточки к куполостроителю нет. На вампира, упакованного в стазис, набросили пелену невидимости и отправились обратно в трактир. Пока Рамана окончательно упаковывала вампира для дальнейшей транспортировки, Листик и Тиасса присоединились к Лише, перед которой уже была гора пустых вазочек. Ворон, глядя на Лишу с некоторым страхом, спросил у Милисенты:

— Она уже съела не меньше полусотни порций! Куда в неё столько помещается? Боюсь, не выдержит и лопнет!

— Нет, не лопнет, — Милисента пододвинула и к себе вазочку, а затем ещё одну и ещё. Глаза хранителя мира Элутон стали совсем круглые, он повернулся к вошедшей Рамане и с ужасом на неё посмотрел, ожидая, что и она присоединится к этому пиршеству. Бронзоволосая отрицательно покачала головой:

— Я не то что не люблю мороженого, просто не испытываю при виде этого молочного, холодного лакомства того восторга, что некоторые. А вы не беспокойтесь, такое количество мороженого им не повредит.

— Но как они могут столько съесть? — спросил немного успокоившийся Ворон.

— Драконы, — пожала плечами Рамана, — внешне оставаясь хуманами, они сейчас драконы и возможности соответствующие.

Глава шестнадцатая. Засады, неудавшаяся и удавшаяся

Возвращаться на Геллу решили не одним прыжком, а пройти обычным путём — через межмировые переходы. Попрощавшись с хранительницами Илувоны и хранителем Элутона, девушки, а вместе с ними гном-ювелир и отряд наёмников прошли через переход, традиционно имевший вид крепости, предназначенной для обороны от того, что может появиться в кольце стен. Мир, куда вывел переход, почти ничем не отличался от Илувоны — такой же густой лес.

— Вообще-то Илувона не только лес, а ещё и очень большая степь. Там живёт народ, называющий себя эрэлы… — рассказывала Листик, Лиша кивнула:

— Ага! А хранительница степи — Элие!

— Интересный мир, у него сразу три хранительницы, может, именно поэтому куполостроитель не стал здесь ничего делать, хотя в мире рядом постарался основательно обосноваться, — заметила Тиасса, ехавшая на своей лошадке рядом с мерно шагающей гилассой.

— Скорее всего это не потому, что этот строитель куполов испугался их силы, а три хранительницы лучше контролируют свой мир, а куполу надо время, чтоб укорениться. Пока этого не произошло — хранитель может его разрушить, — сделала предположение Рамана, чей конь тоже шагал рядом с Огоньком, но с другой стороны.

— Но Листику удавалось легко валить эти купола, по крайней мере — сначала, — задумчиво проговорила Милисента. — Мне кажется, что именно это стало причиной усложнения этих конструкций — куполостроитель сделал выводы и постарался обезопасить свои творения. Если разрушения первых двух или трёх можно было списать на случайность или хулиганство одной рыжей богини, то дальше стало ясно — эти разрушения целенаправленное действие.

— Ты думаешь — будут ещё купола? — поинтересовалась Рамана, Милисента ответила:

— Несомненно, мы уже знаем для чего эти купола, их строителю нужна сила, берёт он её из миров, где и размещает свои купола-насосы. А таким собирателям трудно остановиться, им кажется — что мало насобирали.

— У тебя есть идея, как обнаружить следующий купол, — утвердительно сказала Рамана и потребовала: — Выкладывай!

Но Милисента ничего не успела сказать. Из леса, окружавшего дорогу, раздался свист и гикание, а на дорогу стало падать дерево. Такое большое и толстое дерево, что должно было надёжно перекрыть путь отряду. Но на дорогу дерево не упало — мощная струя пламени, выпущенная гилассой, сожгла падающее дерево, до земли долетел только пепел. Свист и крики прекратились, сменившись звенящей тишиной.

— Какая прелесть! Нас собрались грабить! — в наступившей тишине голос Раманы прозвучал особенно громко, хотя она его не повышала. Оглянувшись по сторонам, бронзоволосая скомандовала:

— А теперь вышли все на дорогу! Убежать никому не удастся, всех достанем!

И подтверждая слова старшей подруги, Тиасса послала в лес пять молний, сорвавшихся с её растопыренных пальцев. Из лесу раздались крики ужаса.

— Сильно подпалила? — полюбопытствовала Лиша, вытягивая в сторону леса свою ладошку с растопыренными пальчиками, с кончиков которых тоже зазмеились молнии. До леса они не долетели и не исчезли, подобно природному разряду, а продолжали, потрескивая, извиваться, почти касаясь зарослей, к Лише присоединились Тиасса, Листик и Милисента. Если у Тиассы и Лишы молнии были обычного цвета, то у Листика — зелёные, а у Милисенты — разноцветные.

— Так, а ну прекратили! — прикрикнула Рамана на расшалившихся девочек, Лиша стала молниями сбивать ветки с деревьев, а Листик просто отрывать, завязывая вокруг ветки молнию узлом, словно это была обычная верёвка. Обращаясь к зарослям, бронзоволосая насмешливо произнесла: — Господа разбойники уже впечатлились и глупостей делать не будут. Выходите, кому сказала!