Беспутный повеса - Бэлоу Мэри - Страница 43

Ранним утром следующего дня лорд Эдмонд, верный своей привычке совершать в одиночестве верховые прогулки, с некоторым сожалением размышлял над тем, что, если бы не совершенно неожиданный приезд отца накануне, он сейчас уже был бы на пути к дому. Однако он не мог отрицать, что, возможно, все сложилось к лучшему. Подсознательное чувство всегда говорило ему, что не может же он прожить всю жизнь, так и не встретившись снова с отцом. Теперь эта встреча уже состоялась, и, кроме неизбежного смущения, не произошло ничего страшного.

Они встретились, впервые провели вечер в одной и той же гостиной и были терпимы друг к другу. Один день оставался до дня рождения его тети и два дня до окончания этого загородного праздника. Если он и его родственники будут внимательны и корректны, они смогут прожить эти дни, не встречаясь один на один, зато в дальнейшем не будут жить в постоянном страхе столкнуться где-нибудь снова.

Что же касается Мэри – скажем, это будут два дня, в течение которых он по возможности станет избегать ее или будет предельно вежлив, когда придется находиться в ее обществе. «Если твердо настроиться на это, задача окажется не такой уж трудной», – убедил себя лорд Эдмонд.

Как нарочно, возвращаясь из конюшни, лорд Эдмонд встретил двух леди, прогуливавшихся в парке, и одной из них оказалась жена его брата, а лорд Эдмонд как-то не ожидал, что может встретить кого-нибудь из дам раньше полудня, тем более в такую рань. Заметив его, Энн подняла руку в знак приветствия и, что-то сказав леди Кэткарт, направилась к нему. «Что ж, – подумал лорд Эдмонд, – уже хорошо, что не видно ни отца, ни брата, а Энн еще вчера мне понравилась».

– Доброе утро, – улыбнулась ему Энн. – Ты ездил верхом? Жалко, я не знала. Я поехала бы с тобой. Или ты предпочитаешь кататься в одиночестве?

– Я был бы очень рад, если бы ты составила мне компанию, – галантно ответил лорд Эдмонд. – Ты всегда встаешь так рано?

– О, всегда, – рассмеялась Энн. – Я провинциалка, Эдмонд, а не жительница города. Я в восторге от того, что твоя тетя приготовила этот сюрприз. Еще задолго до своей свадьбы я мечтала познакомиться с тобой.

– Паршивая овца? – усмехнулся он. – Фамильный призрак? Гуляка, который не возвращается домой?

– Потерянная часть семьи Уоллеса. Член семьи, о котором редко упоминали, но по которому постоянно скучали. Я всегда говорила, что Найджел похож на своего дедушку, и все охотно соглашались – Она засмеялась. – Теперь же я вижу, что он гораздо больше похож на своего дядю. Так похож, что я не могу сдержать смех, когда смотрю на тебя.

– Найджел? – переспросил лорд Эдмонд.

– Значит, абсолютная изоляция? – хмыкнула Энн. – И абсолютная глупость. Найджел наш старший сын, ему одиннадцать лет. Потом идут Ниниан девяти лет и Лаура шести. Они все здесь, с нами, и ты должен с ними познакомиться. Ты их единственный дядя с отцовской стороны.

– Я знаю, что у Уоллеса есть дети, но, боюсь, не умею обращаться с ними, – несколько растерялся лорд Эдмонд.

– Вовсе не обязательно подделываться под них, – усмехнулась Энн, – ведь все мы и сами немножко дети.

– Только не я.

– Ты всегда любил книги, правильно? – спросила Энн, пристально глядя на него. – Видишь, за долгие годы я кое-что узнала о тебе по некоторым случайно оброненным замечаниям. И ты не слишком увлекался играми.

– С тех пор я наверстал это упущение. Достигнув совершеннолетия, я только и делал, что играл.

– О да, но не нужно смотреть на меня таким нарочито циничным взглядом, Эдмонд. Поверь мне, слухи о твоей репутации докатились и до нашей северной Англии, и каждая подробность была как острый нож в сердце Уоллеса и твоего отца.

– Как еще одно доказательство моей порочности? – Он пожал плечами. – Да, Энн, я таков. Надеюсь, ты не пытаешься найти во мне признаки исправления? У женщин есть утомительная склонность к этому.

– О, дорогой, ни одна женщина не хотела бы, чтобы ее причислили к типичной посредственности. Но я имела в виду, что каждая деталь твоего… твоего необузданного поведения – полагаю, я должна назвать его так – напоминает им об их собственной вине, хотя они не признают этого, даже если инквизиция даст им отпущение грехов. Надеюсь, вы трое не собираетесь в эти два дня оставаться изысканно вежливыми друг с другом. Это был бы ужасный финал.

– А я надеялся именно на это, Энн. Или ты предпочитаешь, чтобы я был груб с ними? Когда я хочу, я могу быть ужасно невоспитанным и ужасно раздражающим, Я с величайшей тщательностью развивал в себе эту способность.

– Например, шокировать всех, явившись к обеду не причесанным как положено.

– О да. Ты, наверное, не знаешь, что отступить от моды совершенно недостойно лондонского джентльмена.

– Твоя тетя говорила, что сегодня свободный день и каждый может развлекаться как хочет, – отсмеявшись, сказала Энн, – и мы с Уоллесом, с детьми и с твоим отцом решили устроить пикник. Вы с Мэри придете?

– Мы с Мэри?

– Она мне нравится. Ты заметил, что мы с ней сразу перешли на ты? И если она твой друг, я не думаю, что ты совсем безнадежен. Она очень рассудительная и интересная женщина. И ты будешь впустую тратить время, стараясь шокировать меня или заставлять рассердиться на тебя. Я просто посмеюсь. Так вы придете?

– Ты не правильно составила пару, Энн. Пара – это Мэри и Гудрич.

– Виконт? – Повернув голову, Энн взглянула на лорда Эдмонда. – О нет. Ты уверен? Для меня это было бы разочарованием.

– Мне персонально его собственными устами было сказано, что они помолвлены. И тебе, Энн, лучше не пытаться меня сосватать, Гудрич может вызвать тебя на дуэль.

– О, как страшно! Надеюсь, выбор оружия будет предоставлен мне? Тогда я выберу вязальные спицы. Ну что ж! Мне придется пригласить на пикник их обоих и еще одну леди. Кого ты мне посоветуешь?

– Никого. Я останусь дома и предложу кому-нибудь партию в бильярд.

– Трус. Ты должен пойти уже хотя бы для того, чтобы познакомиться с племянницей и племянниками. И зачем ты вчера привел Мэри на встречу с нами, если она только твой друг, а помолвлена с кем-то другим? Было заметно, как ты до боли сжимаешь ей руку, Эдмонд.

– Ты слишком многое видишь. – Прищурившись, лорд Эдмонд взглянул на Энн сверху вниз. – Признаюсь тебе, я был в ужасе, дрожал с головы до пят, у меня подкашивались ноги и стучали зубы. Если бы я не вцепился в руку Мэри, я, наверное, опозорился бы, споткнувшись о розу на ковре или допустив еще какую-нибудь подобную оплошность.

– Твои отец и брат тоже ужасно нервничали, – с улыбкой успокоила его Энн. – Уоллес как тисками сжимал мне плечо, и в какой-то момент я подумала, кто из нас двоих – я или Мэри – первой закричит от боли. А твой отец мерил шагами комнату, едва не протоптав в ковре дырку, о которую ты и мог бы споткнуться. Ты должен участвовать сегодня в пикнике, Эдмонд. Время настало, ты это знаешь, и от этого уже не убежать.

– Ты говоришь точно так же, как Мэри. – Он задумчиво посмотрел на Энн. – Если бы не она, я сейчас уже, вероятно, бежал бы куда глаза глядят, а теперь ты стараешься заставить меня прыгнуть прямо в осиное гнездо как раз тогда, когда я стал надеяться, что в последующие два дня мне удастся на цыпочках пройти мимо него.

– И все-таки ты придешь, – снова улыбнувшись, уверенно сказала Энн. – И пикник нам надо устроить именно сегодня, потому что, если верить миссис Шелбурн, эта чудесная погода в любой момент может окончиться сотрясающей землю бурей.

– Она уже надоела всем, твердя об этом с самого приезда сюда. Не понимаю, почему эта женщина не может просто наслаждаться отличной погодой.

– Для некоторых людей счастье состоит в ожидании всяких жизненных неприятностей и преодолении всех, в этом они находят удовольствие, Эдмонд. Так ты действительно не хочешь, чтобы я пригласила Мэри?

Лорд Эдмонд только молча искоса взглянул на Энн. Он абсолютно точно знал, что должен был ей ответить, и тем не менее ничего не сказал.