Немного порочный - Бэлоу Мэри - Страница 68

– Можешь считать, что получил его, – мягко произнес Вулфрик. – Я бы изменил своему долгу, если бы не указал тебе на все возможные разочарования, ожидающие тебя в будущем, когда утихнет страсть. Брак – это на всю жизнь, а мужчины семейства Бедвин всегда славились верностью своим женам. Но ты сам выбираешь себе невесту, Ральф. Ты уже достаточно взрослый, и, в конце концов, это тебе придется жить с ней до конца дней.

Может быть, поэтому Бьюкасл до сих пор не женился, подумал Рэнналф. Неужели в своем холодном практичном сознании он каждый раз прокручивал все грядущие беды и разочарования? Правда, насколько было известно Рэнналфу, его старший брат никогда не проявлял ни малейшего интереса к какой бы то ни было леди, хотя уже много лет считался самым завидным холостяком в Англии. Все эти годы у него была постоянная любовница, но ничего такого, что могло бы привести к браку.

– Я не жду, что мы, как в сказке, будем жить долго и счастливо и умрем в один день, – сказал Рэнналф, – но надеюсь, что буду счастлив и после того, как поблекнет цвет розы. Как ты успел заметить, Вулф, брак – это на всю жизнь.

Больше они не разговаривали, и когда карета остановилась перед Бедвин-Хаусом, Рэнналф поспешно выпрыгнул и бросился на второй этаж. В гостиной были Аллин, Фрея и Морган – все, кроме Джудит.

– Ну, наконец-то, – обрадовался Аллин. – Расскажи, чем все закончилось, Ральф. Бьюсь об заклад, вы отправили Фри и мисс Лоу домой на самом интересном месте. Дай-ка взглянуть на твои пальцы, дружище.

– Где Джудит? – спросил Рэнналф.

– Думаю, она в своей комнате, – отозвался Аллин, – отходит после сегодняшних событий. Эффингем устроил драку? Странно, почему он не целился тебе в лицо: на нем ведь находится самая большая мишень – фамильный нос Бедвинов, – рассмеялся молодой человек.

– Ее нет, – вмешалась Морган. – Не говори, когда не знаешь, Аллин. Она уехала.

Рэнналф метнул взгляд в сторону Фреи, которая сидела неестественно спокойно и вопреки обыкновению не спешила рассказывать брату, что произошло, после того как они с Джудит ушли.

– Она уехала домой, – проговорила сестра, – в почтовой карете.

– Домой? – Рэнналф недоуменно воззрился на нее.

– В Биконсфилд графства Уилтшир, – пояснила Фрея, – в свой приход. Она поехала домой, Ральф.

Рэнналф в ужасе переводил взгляд с одного члена семьи на другого.

– Черт возьми, – тихо выругался он.

Надо отдать должное воспитанию в семье Бедвин: ни одна леди не выказала ни малейшего признака удивления.

Всю ночь, не переставая, лил дождь, замедляя продвижение почтовой кареты. У Джудит все внутри сводило от страха каждый раз, когда карета начинала скользить на особенно опасном участке дороги. Однако к утру небо очистилось, засверкало солнце, а на постоялом дворе в Биконсфилде ее приветствовали знакомые лица.

Джудит это мало утешало. Приближаясь к дому священника, располагавшемуся на другом конце деревни, девушка чувствовала себя так, словно каждый шаг бередит незаживающую рану в сердце. Она даже не успела бросить на Рэнналфа прощальный взгляд и во время путешествия мучилась оттого, что не могла вызвать в памяти его образ.

Все хорошо, что хорошо кончается, твердила себе девушка. Обвинения в краже с нее и Брануэлла были сняты, а настоящий преступник пойман. Нашлись бабушкины драгоценности – во всяком случае, Джудит предполагала это, раз Хорэс не стал отрицать, что они находятся в его апартаментах. Она едет домой, и вряд ли тетушка Эффингем захочет снова увидеть ее в Харвуде. Честно говоря, Джудит сомневалась, что она вообще захочет кого-нибудь пригласить, так что у Хилари есть все шансы избежать жестокой участи.

Почему же она не чувствовала себя счастливой? Просто ее сердце было разбито, и она не знала, удастся ли залечить раны.

Кроме того, если отбросить сердечные проблемы, конец всей этой истории все равно нельзя назвать счастливым. Ей так и не удалось сделать что-либо для семьи, Скорее наоборот. Брануэлл безнадежно погряз в долгах, и единственным способом расплатиться будет, пожалуй, карточная игра и окончательное разорение отца. Очень скоро они превратятся в нищих. Вполне возможно, что Брануэлла ожидает долговая тюрьма, как, впрочем, и отца.

Нет, сегодняшнее утро было самым несчастным в жизни Джудит. Стоило девушке подумать об этом, как дверь дома распахнулась и ей навстречу с радостными криками выбежали Памела и Хилари.

– Джуд! – кричала Хилари. – Джуд, ты вернулась! Поставив саквояж на дорогу возле садовой калитки.

Джудит невольно рассмеялась. Две сестренки по очереди подбежали к ней и упали в ее объятия. Кассандра спокойно шла следом за ними, ласково улыбаясь и раскрыв сестре объятия.

– Джудит! – воскликнула она. – О, Джуд, мы так боялись, что ты больше не вернешься и мы никогда не увидим тебя. – Из глаз девушки полились слезы. – Я знаю, что всему должно быть какое-то объяснение. Я просто знаю, и все. Где Бран?

Но Джудит не успела ответить, потому что в этот момент в дверях возникла строгая, неподвижная фигура отца. Девушке показалось, что небо снова затянуло тучами.

– Джудит, – ровным голосом, которым привык говорить с кафедры, произнес отец, – пройди, пожалуйста, в мой кабинет.

Видимо, до них уже дошли новости из Харвуда.

– Я только что приехала из Лондона, папа, – попыталась сопротивляться она. – Бабушкины драгоценности нашлись. Их украл Хорэс Эффингем, с тем чтобы подставить нас с Брануэллом. Но его поймали с поличным и вынудили признаться во всем. Ом покаялся при многих свидетелях, например, там был сам герцог Бьюкасл. Думаю, бабушка и дядя Джордж сами все узнают в течение нескольких дней.

– Джуд! – Кассандра теперь рыдала в голос. – Я так и знала. Я знала, я ни на минуту в тебе не сомневалась.

Оттеснив отца, мама сбежала с крыльца и заключила дочь в крепкие объятия.

– Я была на кухне и ничего не слышала! – воскликнула она. – Девочки, почему вы меня не позвали? Джудит, дорогая! А с Брануэлла тоже сняли обвинения? Этот малыш причинил папе много неприятностей, но он не способен на воровство, так же, как и ты. Ты приехала в почтовой карете? – Она заправила дочери за ухо выбившийся из-под шляпки локон. – Да ты едва на ногах держишься, детка. Иди позавтракай, а потом я уложу тебя в постель.

Впервые в жизни отец не стал спорить с женщинами. Он стоял хмурый и сердитый, но больше не пытался увлечь дочь в кабинет, чтобы расспросить о том, что произошло в Харвуде. И никто не интересуется, каким образом в квартире у Брануэлла оказался герцог Бьюкасл.

Джудит прошла вместе с матерью на кухню и больше не видела отца до ленча. Вопреки увещеваниям матери она не стала ложиться, а просто посидела с ней и с сестрами в гостиной. Пока все были заняты вышиванием, она написала два письма – герцогу Бьюкаслу и лорду Рэнналфу. Она была многим обязана этим людям и тем не менее сбежала из Бедвин-Хауса, даже не попрощавшись. Она как раз заканчивала, когда в комнату вошел отец с серьезным выражением лица и распечатанным конвертом в руке.

– Я только что получил это письмо от Хорэса Эффингема, – объявил он. – Оно подтверждает то, что ты сказала мне утром, Джудит. Он не только признается, что украл драгоценности с целью оклеветать тебя и Брануэлла, но и объясняет мотив. Пишет, что приставал к тебе с бесчестными намерениями в Харвуде, а ты сопротивлялась. Он пытался таким образом отомстить тебе. По его словам, подобные письма отправлены моей матери и сэру Джорджу.

Джудит закрыла глаза. Она прекрасно понимала, что все домашние, даже отец, поверили ей сегодня утром. И все же приятно было сознавать, что все позади и ее честь восстановлена. Хорэс никогда не написал бы такое письмо по собственной воле, особенно ту унизительную часть, в которой говорится, как он приставал к ней, а она отказывала, и как он задумал отомстить. Лорд Рэнналф заставил его написать. Неужели все произошло только вчера? Казалось, с тех пор прошел целый год.