Между Тьмой и Ночью(СИ) - Кузнецова Ульяна Борисовна - Страница 21

Конечно после третей или пятой пережитой Дрожи Ском благословляет своих воинов и сияет для них чуть ярче, чем обычным людям, а во Тьме глаза защитников начинают различать слабые очертания окружающей обстановки и смутные, размытые тени тварей. Но это во Тьме приходящей в крепость! Граница же и для защитников оставалась равномерно плотной и непроницаемой ни взглядом ни звуком.

В итоге для занятия столь непонятным и довольно скучным делом Урдо хватило терпения ровно на месяц. Ему нужны были результаты! Хоть какие-нибудь... И однажды махнув на все рукой он просто собрался и уехал в Идару, где напрягая все связи и потратив все личные деньги, приобрел стационарный башенный скорпион. Дело это было весьма непростым, так как с Рангарской крепости все тяжелое вооружение было снято более века назад и увезено в места, где в нем, по мнению императора и военного командования, нуждались больше, а в личном пользовании иметь все то же тяжелое вооружение было запрещено.

Полковник Ларс, завидев вернувшегося Маринеса с новеньким усиленным башенным скорпионом на телеге только покачал головой, раздраженно буркнул:

- Идиот, - и махнул рукой на новое развлечение своего подопечного.

Урдо не расстроился. Более того к новому развлечению тут же присоединилось большинство скучающих защитников и перемещение весьма неповоротливой машины проблемой не стало.

Поначалу они привязывали обычный канат к огромным стрелам скорпиона, но стрелы скорпиона вместе с канатом исчезали в Землях Тьмы точно так же как и до этого исчезал боеприпас охотничьего лука. Как будто что-то обрезало его у самой границы после падения стрелы. Попытки вымачивать канат в освященной Скомом воде, приводили к тем же результатам.

Пришлось ради великого дела борьбы с Тьмой отодвигать собственную гордость и писать сестре слезные мольбы прислать ему, обязательно освященной в храме Четырех, серебряной нити общей длиной не менее двух тысяч локтей. В ответ пришла длинная и гневная отповедь о том, что он ей больше не брат и на ее помощь в дальнейшем может не рассчитывать, но нити сестрица все таки прислала с вооруженным до зубов караваном.

Идея действительно оказалась удачной. Серебряный канат граница не обрезала, но возвращался он без стрелы. Варианты с освящением стрел в храме Скома и самыми разными материалами изготовления, успеха не имели.

Пришлось снова писать домой. На этот раз младшему брату, которому на тот период только исполнилось двенадцать. Ему Урдо восторженно и в подробностях расписал местные трудности и тварей Тьмы и собственную гениальную идею о способах борьбы с ними, лишь в конце письма скромно посетовав на то, что для эффективной борьбы ему не хватает хотя бы одной стрелы размером в два локтя и диаметром в половину ладони обязательно из чистого серебра и обязательно освященную в храме Четырех.

Спустя пол года в Рангари пришел еще один караван с указанным боеприпасом и сопроводительным письмом, в котором юный Кардо Маринес сообщал брату о том, что он ему верит, и даже мечтает лично присоединиться к Урдо в его безусловно геройской жизни, сразу же по достижении восемнадцати лет, а пока присылает так необходимую ему стрелу, но честно признается, что деньги на нее были украдены из отцовского сейфа и второй раз этот фокус не пройдет.

Развлечения со скорпионом возобновились с небывалым энтузиазмом и даже получили собственное название в кругу обитателей крепости. Теперь защитники, после каждой Дрожи дружно ходили на "рыбалку"! Всем составом, кроме запрещающего это дело прямым приказом, полковника. Примерно неделю ходили. Стрела не исчезала, но и вытаскивали ее обратно в том же виде в котором она улетала. Без признаков добычи. В итоге все сошлись во мнении, что излишне тяжелая стрела с дополнительным грузом в виде серебряного каната, слишком медлительна и твари просто успевают уклоняться.

С тех пор скорпион безмолвно грозил тварям серебряной стрелой с крыши центральной башни, а Урдо Маринес с головой погрузился в конструирование собственного варианта самострела. Около года он дотошно мучил кузнеца, плотника и кожевника из Рангари, но перебрав все возможные в их положении и местности варианты, нарисовал совершенно фантастическую конструкцию и снова отправился в столицу Империи.

Впрочем, добравшись до окрестностей Идары, аккурат за два дня до конца второго месяца Лита, он в первую очередь объехал все три столичных мануфактуры Маринесов и самым светским тоном заверил каждого из управляющих, в том что отцу крайне срочно потребовался весь доход за последний месяц, так как с ним случилась страшная неприятность, о которой Урдо говорить не в праве, в следствии чего отец и сам приехать не может и даже сына вот со службы ИМПЕРАТОРУ отозвал. Все трое ему разумеется поверили и наследник династии Маринесов, взяв в имперском казначействе заем в размере еще двадцати тысяч золотых, оставил все полученные деньги лучшему в столице оружейному мастеру в комплекте с чертежом и указанием места доставки, не заезжая в родовое поместье, отбыл к месту службы.

Вдогон ему полетело письмо отца, в котором уважаемый гражданин Империи Тредар Маринес милостиво позволял сыну и далее прикрываться службой императору, но возвращаться в Идару до того как окупятся все его инвестиции, в жестко-категоричной форме не советовал.

А еще через пол года к воротам крепости прибыл курьер, вручивший Урдо под роспись с личной печатью настоящее произведение оружейного искусства в три локтя длиной, с плечами из священного дерева Ингва, что крепче металла, но гибко как ивовый прут, тетивой из уса морских дракончиков, новомодным взводным механизмом, позволяющим всего двум мужчинам зарядить самострел с невиданными ранее восьмидесяти человеческими силами. В комплекте с этим чудом шла стрела из легкого, но сверхпрочного сплава мифрила с литоном с широким, в половину ладони, трехгранным наконечником и встроенной цепью в два пальца толщиной и шестьсот локтей длиной, из того же материала, освященных в храме Четырех настолько, что в свете одного лишь Скома, в них можно было различить слабое мерцание силы Четверых. Приятным дополнением ко всему этому шел ремень из тонко выделанной кожи сабарохов для удобной переноски этого произведения искусства за спиной.

И вновь "рыбалка" на целую неделю стала любимым развлечением защитников крепости. Хотя результатов она по прежнему не приносила.

Что ж, на этот раз пора было признать, что ошибочной оказалась изначальная теория о наличии и количестве тварей у границы. Их там просто нет. По крайней мере нет в пределах шестисот локтей. И вот уже пять лет, невероятно красивое но абсолютно бесполезное произведение оружейного искусства, пылилось в одном из ящиков в подвале крепости.

Но тут вдруг появляется юный Дерс, и со смущенным видом признается, что ходил в Земли Тьмы, а когда Урдо наконец-то дождался более менее приличной паузы, что бы поинтересоваться, как далеко от границы обитают твари, полковник просто не дал парню ответить, сославшись на необходимость сна.

Однако это нисколько не убавило вдохновения Маринеса относительно новых подвигов! Мальчишка здесь теперь точно надолго, а полковник неотрывно за ним следить не сможет! Осталось только придумать, как его выловить вне поля зрения старика Ларса. Впрочем сейчас это вряд ли получится, а значит стоит последовать мудрому совету и пойти выспаться... Поднявшись к себе, Урдо как раз закончил прятать все, что собирал для похода в деревню, когда раздался тихий стук в дверь.

- Не заперто, - флегматично сообщил Маринес.

Дверь открылась и на пороге возник Рико Дерс, который с совершенно серьезным видом произнес:

- Прошу простить мое вторжение, но вас незамедлительно желает видеть полковник. Он просил передать вам, что имеет намерение заняться рыбалкой.

- Вынужден уточнить не ослышался ли я! Будьте любезны, повторите эти волшебные слова еще раз!!!

На лице юноши отразились сомнение и неуверенность, но он все так же серьезно повторил. Урдо расплылся в улыбке и пояснил: