Белое на голубом (СИ) - Кариди Екатерина - Страница 64

Ширас разобрав из этого всего только взгляд, показавший направление, в котором следует смотреть (все-таки профессиональные качества бывшего бандита были универсальны, почти), взглянул туда, куда ему советовали.

О... Там стояла рослая девица в белой вышитой рубашке, открывавшей стройную шею и верхний краешек сочного бюста, и темно-синей юбке до шиколоток. Аккуратные ножки в черных туфельках нетерпеливо притопывали. Девица показалась Ширасу сказочно прекрасной. Ее янтарные глаза манили как звезды, а светло-каштановые волосы с яркой рыжиной добили беднягу окончательно. Девица быстро пробежалась глазами по залу, а потом сделала жест рукой, подзывая его. И Ширас как загипнотизированный пошел к ней. Сейчас он бы не заметил никакой опасности, даже если бы шел по горящим углям или по битому стеклу босиком.

Прекрасная дева скрылась за дверью, Ширас вышел вслед за ней. А дальше он уже ничего не помнил, потому как получил знатный удар по затылку, смягченный плотным слоем шерстяной ткани, которой была замотана скалка. И сделано это было не из боязни причинить подозрительному типу телесные повреждения, а исключительно во избежание лишнего шума.

Пришел он в себя в каком-то подвале, привязанный к кровати и с кляпом во рту. Рядом сидел дюжий парень, кулачищи которого очень внушительно смотрелись, сложенные на коленях.

- Мама, - подал голос парень, увидев, что Ширас открыл глаза, - Он очнулся.

- Иду, - послышалось снаружи, и в каморку вплыла пожилая дородная женщина в белом переднике с тряпкой в руке.

Откровенно говоря, Ширас напрягся, ему вовсе не нравилось то беспомощное положение, в котором он оказался. И где, спрашивается, была его дурацкая башка, когда он пялился на ту красотку? При воспоминании о красотке с темно-рыжими волосами бывший бандит испытал сожаление. Но долго предаваться сожалениям ему не дали.

- Кто ты и почему задаешь эти вопросы? - голос у женщины негромкий, но требовательный.

Ширас показал глазами на кляп. Получив возможность говорить, сказал:

- Развяжите меня.

- Ага! Щас. Пока я не узнаю, за каким чертом ты интересовался Голеном, тебя не только не развяжут, ты вообще отсюда не выйдешь! - толстуха была настроена весьма серьезно.

Ширас смачно выругался на родном языке.

- А, так ты с 'черного берега'? Какого черта тебе здесь надо?

- Меня попросил узнать о них друг! - выкрикнул Ширас, коверкая слова и начиная терять терпение.

- Не кричи, не то, снова получишь скалкой по кумполу, - спокойно произнесла женщина.

Что такое 'скалка' и что такое 'кумпол' бывший бандит не знал, но по тону понял, что это реальная угроза. А потому сказал уже спокойным тоном:

- Я приехал узнать. Друг просил.

- Что за друг? - прищурилась толстуха, - Ну-ка, расскажи, как выглядит твой друг?

С трудом подбирая слова, Ширас описал Алексиора. Толстуха с парнем переглянулись, потом она спросила:

- Почему ты это для него сделал?

- Долг жизни, - ответил Ширас.

Те двое переглянулись снова, потом женщина осторожно начала:

- Тот твой друг, о котором ты говоришь, он на 'черном берегу'?

Ширас уже догадался, что с Ароисом тут связаны какие-то тайны, и на всякий случай решил не распространяться на его счет.

- Я не могу сказать.

Как ни странно, женщина одобрительно кивнула, потом тихо спросила:

- Но он жив? Здоров? Не так ли?

Ширас кивнул.

- Слава Богу, - неожиданно воскликнула она, - Слава Богу! Тимотэ, развяжи его.

Потом обратилась к связанному Ширасу:

- Эй, тебя сейчас развяжут. Не вздумай делать глупостей, понял?

Тот всем своим видом показал, что понял, хотя и был зол. Однако то, что эти люди опасаются чего-то, и это прямо связано с его белым другом, было очевидно. Его развязали, парень показал на голову Шираса и, поморщившись, проговорил:

- Ты уж извини, пришлось.

Ширас поднял руки в примирительном жесте, а парень занес в каморку столик с едой и два стула. Вслед за ним вернулась и толстуха.

- Садись, поешь с нами. Как тебя зовут?

Поняв, что его больше не подозревают черти в чем, Ширас назвал себя и сел за столик покушать. Потому что от стресса разыгрывается аппетит, и кстати, наступило время ужина. Да и угостить человека хлебом-солью во всех мирах считается знаком доброжелательности, пока не будет доказано иное.

Так, за ужином, он и узнал все.

Что после побега наследника, его четверых друзей схватила стража. Что по приказу царицы Онхельмы их пытали и казнили. Повесили. Но повесили троих. Одного, Голена, спасла Нильда, разносчица из их таверны. Она взяла его в мужья прямо с эшафота. А потом ушла вместе с ним в фиорды к контрабандистам.

Что государь Вильмор умер, а вместо него теперь у них государыня Онхельма. А ей отправить человека на виселицу ничего не стоит. И что она, царица Онхельма, осаждает фиорды. Но контрабандисты держатся. А Голен стал одним из их вожаков.

Про сестру Маврила Евтихию, о которой спрашивал Ширас, ничего неизвестно, она пропала, и с тех пор о ней никто не слышал.

А семьи, то есть матери их, живы и здоровы.

Еще странную вещь поведали Ширасу, будто царица Онхельма велела истребить всех голубей в городе, но малая часть их укрылась в скалах высокого берега. Так она не успокоилась, все хочет добраться и туда, чтобы уничтожить несчастных птиц.

Ну вот, казалось бы, все и узнал.

Полная женщина была поварихой в той таверне, и звали ее Дениза. Она вдруг сказала, глядя в глаза тому парню, Тимотэ:

- Надо бы дать знать госпоже Ириаде. Но это опасно, черт побери...

- Я сделаю, мама.

- Будь осторожен, сынок, - тревожно проговорила толстуха, глядя вслед уходящему сыну.

Потом повернулась к Ширасу и тихо сказала:

- Тимотэ приведет мать твоего друга. Расскажешь ей... а потом тебе лучше сразу покинуть Версантиум. Потому что вчера ты слишком много внимания привлек своими расспросами. Если попадешь в застенок к нашей царице, вряд ли выйдешь оттуда живым.

Ширас кивнул, соглашаясь. Но у него были и свои вопросы.

Он хотел знать, кто та девушка, что выманила его из зала.

- А, это моя дочь. Фелида.

Ширас поинтересовался, не замужем ли она.

- Эй! А тебе-то что, чужестранец?

Он повторил свой вопрос, на что ему сердито ответили, что не его это дело! Более того, толстуха разворчалась:

- Знаю я вас! С того берега! Похитите девушку - и в гарем запрете, наложницей! Рабыней бесправной. Не по-человески это.

Особо на это возразить Ширасу было нечего, потому что все правда. Но ведь они живут по-другому, иначе живут. У них другие обычаи, в конце концов. И женщинам у них не так уж плохо живется, их холят и лелеят, берегут, особенно, таких красавиц с длинными волосами и белой кожей!

Именно это он и высказал. На что получил ответ:

- Запри вольную птицу в клетку и спроси у нее, как ей живется.

Ширас не мог не признать, что слишком разные их страны и обычаи, но девушка запала ему в сердце, и он не собирался отказываться от нее так просто.

- Но я смогу ее еще увидеть?

Толстуха прищурилась.

- Что, так понравилась? - и смерила его взглядом.

Мужчина ей показался достойным внимания, он не был юным, но то, что называют 'в самом расцвете сил', неглуп, силен и недурен собой. И, судя по всему, порядочный человек, хотя и бандитской наружности. А то, что он 'темнокожий', как называли здесь всех жителей с другого берега, так это не самый большой недостаток.

- Будешь себя правильно вести, дам тебе с ней встретиться. Но в присутствии братьев! И без глупостей!

Ширас расхохотался. Он знаменитый у себя на родине бандит. В другое время просто свернул бы шею толстухе, перевернул бы тут все вврех дном, нашел девчонку, украл бы, а потом ушел - и дело с концом. Но он сидел напротив этой женщины, Денизы, и готов был принять ее условия. Слишком уж женщины тут, в Забиргане необычные, свободные. И это ему почему-то нравилось.

Вскоре вернулся Тимотэ, сын Денизы. С ним пришла закутанная в черный плащ женщина.