Белое на голубом (СИ) - Кариди Екатерина - Страница 82

Пока все это происходило, весьма довольная царица Астинит, незаметно удалилась, утянув за собой Алексиора, а повелитель предавался тяжелым раздумьям, как могло случиться, что он умудрился влюбиться в мужчину. И что теперь с этим делать? Кошмар... Над ним будет смеяться весь гарем... Если они узнают. Если.

Кажется, его никто не видел, кроме того парня с белыми волосами, заморской царицы и матушки. Ну, с царицей проблем не будет, он даже поразился, насколько быстро забыл о ней, у нее у самой проблем выше крыши. Юноша этот тоже не станет болтать лишнего, не в его интересах.

Остается только договориться с матушкой.

О... Это будет непросто. Она наверняка захочет что-то взамен.

Тут повелитель Теврок неожиданно пришел к выводу, что, пожалуй, ему стоит повзрослеть, и наконец самому заняться делами государства.

С того момента, как испуганный конь сбросил его, прошло не больше нескольких минут, однако они круто изменили повелителя, заставив другими глазами взглянуть на жизнь. Даже не страх перед смертью, казавшейся неизбежной, нет, просто осознание бесполезности собственного существования. Стыд. Да, если хотите, стыд.

***

В своем шатре царица Астинит наконец дала волю чувствам. Сначала она долго и вкусом хохотала, Алексиор только вздыхал и укоризненно смотрел на нее. Потом, когда смеховая истерика пошла на спад, смогла выдавить сквозь слезы:

- О, поверь, я никогда ему этого не забуду! 'Кто ты, о, прекрасная дева?' - передразнила она, - Это будет ему дорого стоить!

- Не делайте этого, прошу. Хотя бы из уважения ко мне, - тихо сказал Алексиор.

Она мгновенно стала серьезной и внезапно встала перед своим личным секретарем на колени.

- Что вы...

- Моя благодарность тебе не знает границ. Никогда я не смогу за нее расплатиться. Никогда, владыка.

- Встаньте сейчас же, вас увидят, - он тут же поднял ее, озираясь по сторонам.

- Прости, ты не хочешь об этом говорить... Прости.

- Не то, чтобы не хочу. Я сам не понимаю, что произошло. Как я вдруг оказался там?

Астинит глянула на него и деликатно попыталась объяснить то, что она видела в нем своим даром распознавать истинную суть вещей:

- Как? Это просто то, что есть в тебе теперь, - она коснулась его белых волос, - Ты ведь понимаешь, о чем я? Это вторая сущность, великая, могущественная.

- Не знаю. Я не ощущаю в себе никого.

- Совсем?

Он поморщился:

- Иногда чувствую далекие отголоски переживаний. Или мечты. Какую-то нужду.

- Он ведь дракон, - прошептала царица, заглядывая в его необычные глаза, - И он отдал тебе себя, когда ты просил его о помощи. Думаешь, каждый из тех, кто имеет право носить ваши символы власти, мог призвать дракона своей кровью?

Этого Алексиор не знал, о вообще ничего такого о символах власти Страны морского берега не знал, он просто был беззаботным царевичем... Когда-то.

- Чтобы ты знал, Ароис. Призывать его своей кровью пытались многие, да только явился он только к тебе. Почему? Не знаешь?

И этого юноша не знал. Он развел руками и спросил:

- Может быть, потому что я самый безнадежный и бестолковый среди всех?

Царице оставалось только рассмеяться, а Алексиор спросил:

- Так значит, это дракон... - однимигубами прошептал он.

- Да, - ответила она, подтверждая.

Конечно, это надо было еще переварить, и он с этим разберется. Но потом. И наедине с собой.

- А скажите-ка, госпожа, у какой царицы имеется в личных секретарях морской дракон? - проговорил он, вопросительно подняв бровь.

Оценив сказанное, царица Астинит сперва застыла от изумления, а после выдала интересную мысль:

- Вот потому, мой личный секретарь, я не вышла замуж снова. Кто посмеет жениться на женщине, у которой в личных секретарях ходит дракон?

Однако время шуток истекло. Снаружи доносился шум голосов и беготня. Алексиор сказал:

- Моя госпожа, мне нужно ехать.

- Туда? Я понимаю. Что ж... Счастья тебе, мой мальчик. И я надеюсь, мы еще встретимся.

На глаза женщины навернулись слезы, она вдруг обняла его крепко-крепко, а потом толкнула в сторону выхода из шатра.

- Иди!

Через секунду это уже снова была несгибаемая, властная великая царица, стальным голосом раздавашая указания своим евнухам, которые мгновенно возникли в шатре словно ниоткуда. Багаж Алексиору собрали за десять минут. А от себя царица материнским сердцем добавила несколько милых мелочей и солидный мешочек, набитый золотом. Дракон там он или не дракон, рассуждала она, а на первое время пригодится.

***

А шум в лагере стоял знатный. Еще бы! Внезапно исчезла государыня Онхельма. И никто, кроме самого повелителя Теврока Блистательного, его матушки, царицы Астинит и ее личного секретаря не видел, что произошло. Делегация Страны морского берега требовала разъяснений.

Не то, чтобы они сомневались, что государыня Онхельма могла уйти порталом назад в Версантиум, но, как утвержал офицер ее личной стражи, там был еще один свидетель. Лев. Так вот, офицер считал, что лев мог бы многое рассказать о последних минутах пребывания государыни Онхельмы на гостеприимной земле Магрибахарта.

Эти вежливые дипломатические намеки и препирательства могли затянуться надолго, но тут у Его Величества Теврока Блистательного возникла гениальная мысль призвать на помощь сильнейшего колдуна Магрибахарта. Это, конечно заняло определенное время, но старец-отшельник на зов молодого повелителя явился. Хотя царицу Астинит всю жизнь игнорировал (видимо сказывался присущий старому колдуну некий мужской шовинизм, что само по себе неудивительно, ведь Магрибахартом всегда правили только мужчины).

Явился колдун порталом. По просьбе своего царя он наглядно продемонстрировал всем ретроспективную реконструкцию событий, имевших место во время охоты, правда, повелитель просил его убрать звук. Как вы понимаете, по личным причинам. А потом он через кристалл показал, как царица Онхельма в сопровождении Мариэса входила во дворец в Версантиуме.

- Я надеюсь, теперь вопрос исчерпан? - обратился к заморской делегации повелитель.

А колдун от себя лично добавил, что мог бы доставить означенную делегацию прямо к кораблю на побережье. Ибо, как он сказал:

- У вас в стране война. Каждый, умеющий сражаться, будет на счету.

Осталось только поблагодарить за гостеприимство и воспользоваться любезно оказанной услугой. Все собрались по-военному быстро и через час были на корабле, готовые выходить в плавание.

Алексиор стоял на палубе 'Евтихии' впервые. Подумать только, это ведь был когда-то его корабль... Подарок на день восемнадцатилетия. И имя, что он дал ему сохранили. 'Евтихия'...

Удивительно, что за извращенная, злая и больная фантазия у этой жещины. Уничтожить его, убить безжалостно его друзей, его мать, Вильмора. В исчезновении Евтихии он теперь тоже подозревал Онхельму, и только какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что девушка жива. Да и дракон, которого он почти не чувствовал внутри, подтверждал это. И после всего этого...

Он вспомнил, каким взглядом на него смотрела Онхельма, с какой странной жаждой, будто он необходим ей как воздух. Алексиора передернуло от овтращения.

Не хотелось больше в этой мерзости копаться.

Просто надо вернуться домой, потому что там война и его народ в опасности. И как сказал тот колдун, каждый, умеющий сражаться, будет на счету. Конечно, новой встречи с Онхельмой не избежать, им еще предстоит схлестнуться, но не об этом ему хотелось сейчас думать.

Сейчас 'Евтихия' под всеми парусами набирала ход, направляясь к родному берегу. Может быть, это станет его первым шагом на пути к Евтихии? Алексиор почувствовал тянущую тоску внутри и понял, что принадлежит она именно дракону.

И кстати, раз уж они вместе, пора им наконец поговорить.

Глава 57.

Из портала Мариэс вывел Онхельму в маленькую комнатку, куда было натащено отовсюду разных накопителей.