Двор шипов и роз (ЛП) - Группа A Court Of Thorns And Roses by Sarah J. Maas - Страница 17

«Ты» — мне стало интересно, помнит ли он вообще моё имя.

Мне потребовалось время, чтобы собраться с силами и выровняться с полусогнутых ног.

— Доброе утро, — сказала я без эмоций.

В любом случае, это лучшее приветствие, чем «Ты».

— Ты сказал, я могу делать, что захочу. Я не думала, что я под домашним арестом.

Он сжал челюсти.

— Разумеется, ты не под домашним арестом.

Пока он говорил, я не смогла проигнорировать чистую мужскую красоту сильной челюсти, богатство золотисто-загорелой кожи. Он, вероятно, красивый — если он когда-нибудь снимает эту маску.

Когда он понял, что я не собираюсь отвечать, он обнажил зубы в чём-то, что, наверно, было попыткой улыбнуться, и сказал:

— Хочешь экскурсию?

— Нет, спасибо, — я хотела уйти, рядом с ним я чувствовала неловкость в каждом движении.

Он загородил мне дорогу — слишком близко, чтобы он понял это и отошёл на шаг назад.

— Я просидела в доме всё утро. Мне нужен свежий воздух.

«А ты достаточно незначительная, чтобы не быть помехой».

— Я в порядке, — сказала я, обходя его. — Ты… довольно великодушный, — я старалась верить в то, что говорю.

Неприятная полуулыбка, без сомнений — обман не сработал.

— У тебя какие-то трудности со мной?

— Нет, — тихо сказала я и вышла за дверь

Он негромко зарычал.

— Я не намерен убивать тебя, Фейра. Я не нарушаю обещаний.

Я почти споткнулась со ступеней в сад, когда обернулась через плечо. Он стоял наверху лестницы, такой же массивный и древний, как бледные камни имения.

— Убить — но не навредить? Очередная уловка? Та, которой воспользуется Люсьен или ещё кто-либо здесь?

— У них приказ не прикасаться к тебе.

— Однако я всё ещё в ловушке на твоей территории за нарушение правил, о существовании которых не подозревала. Почему твой друг был в лесу в тот день? Я думала, Договор запрещает вашему виду появляться в наших землях.

Он только смотрел на меня. Возможно, я зашла слишком далеко с вопросами. Возможно, он может на них ответить.

— Договор, — сказал он тихо. — Не запрещает нам ничего, кроме как использовать вас в качестве рабов. Стена не более чем неудобство. Если мы захотим, мы разрушим её и придём убить вас всех.

Я уже вынуждена жить в Прифиане вечно, но моя семья… Я рискнула спросить:

— А вы хотите разрушить стену?

Он осмотрел меня сверху донизу, будто решая, стоит ли мне объяснять.

— Я не заинтересован в землях смертных, но я не могу ответить за весь мой вид.

Но он так и не ответил на мой вопрос.

— Тогда что твой друг делал там?

Тамлин замер. Такой неземной, изначальная грациозность даже в дыхании.

— В этих краях… ходит болезнь. По Прифиану. Она существует уже около пятидесяти лет. Поэтому в этом доме и землях так пусто: большинство уехали. Болезнь распространяется медленно, но из-за неё магия действует… странно. Мои собственные силы уменьшаются из-за неё. Эти маски, — он тронул свою. — Последствия всплеска болезни на маскараде сорок девять лет назад. Даже теперь, мы не можем снять их.

Застрять в масках — почти на пятьдесят лет. Я бы сошла с ума, содрала бы кожу с лица.

— Когда ты был зверем, маски у тебя не было — как и у твоего друга.

— Коварство болезни.

Или жить как зверь, или жить в маске.

— Какого рода эта болезнь?

— Это не эпидемия — не чума и не недуг. Она сконцентрирована исключительно на магии, на обитателях Прифиана. Андрэс был за стеной в тот день, потому что я отправил его искать лекарство.

— Она действует на людей? — мой желудок сжался. — Она может распространиться за стену?

— Да, — сказал он. — Есть… вероятность, что она может поразить земли смертных, в том числе и твою местность. Больше я не знаю. Она медлительная, и сейчас твой вид в безопасности. В последние десятилетия прогресса болезни не было — магия стабилизировалась, хотя и ослабла.

Этими словами он признал, каким видит моё будущее: я никогда не вернусь домой, никогда не столкнусь с другим человеком, кому смогу раскрыть этот секрет об их уязвимости.

— Наёмница сказала мне, что она думает, будто фэйри собираются напасть. Это как-то связано?

Намёк на улыбку, возможно, немного удивлённую.

— Я не знаю. Ты часто общаешься с наёмниками?

— Я говорю со всеми, кто может рассказать мне что-то полезное.

Он выпрямился, и только его обещание не убивать меня удержало меня от порыва съёжиться. Он повёл плечами, будто стряхивая раздражение.

— Та задерживающая верёвка, что ты установила в комнате, была для меня?

Я выдохнула сквозь зубы.

— Ты можешь обвинить меня, если это так?

— Я могу обращаться зверем, но я цивилизованный, Фейра.

Итак, имя моё он помнит. Но я многозначительно посмотрела на его руки, на острые как лезвия кончики изогнутых когтей, проткнувшихся сквозь его смуглую кожу.

Заметив мой взгляд, он спрятал руки за спину.

— Увидимся за ужином, — резко сказал он.

Это была не просьба, но я кивнула ему и зашагала прочь между живыми изгородями, не заботясь, куда иду, только бы подальше от него.

Болезнь в их землях, влияющая на магию, истощающая их… Магический вирус, который однажды придёт в мир людей. После стольких веков без волшебства, мы будем беззащитны против него — против всего, что болезнь способна сделать с людьми.

Интересно, предупредит ли кто-нибудь из Высших Фэ мой вид.

Мне не потребовалось много времени, чтобы узнать ответ.

Глава 8

Я притворялась, будто бесцельно брожу по тихому совершенному саду, мысленно отмечая тропинки и хитрые укромные места, где можно спрятаться в случае, если они мне понадобятся. Он забрал моё оружие, а я не настолько глупа, чтобы надеяться найти здесь ясень, из которого я могла бы сделать новое. Но на его перевязи были ножи; где-то на территории поместья должна быть оружейная. А если нет, тогда я найду другое оружие — украду, если придётся. На всякий случай.

Вчера вечером, осматривая комнату, я обнаружила, что на моём окне нет замка. Незаметно спуститься вниз по лозам глицинии будет не сложно — я достаточно взбиралась на деревья, чтобы не обращать внимания на высоту. Не то, что я планировала побег, но… по крайней мере, было бы неплохо знать, как действовать, если однажды я буду в отчаянии настолько, чтобы рискнуть.

Я не сомневалась в словах Тамлина о том, что остальной Прифиан смертелен для человека — и если на этих землях действительно существует болезнь… некоторое время мне лучше оставаться здесь.

Однако я не прекращу искать кого-то, кто сможет помочь мне с просьбой к Тамлину.

«Хотя Люсьен — он может вынудить любого огрызаться, если у тебя хватит на это смелости» — сказала мне вчера Элис.

Прогуливаясь, я грызла свои короткие ногти и учитывала любой возможный план и трудности. Я никогда не была особенно хороша в общении, никогда не умела вести словесные перепалки, в которых были так искусны сёстры и мать, но… я неплохо справлялась с продажей шкур на деревенском рынке.

Так что, возможно, я обращусь к эмиссару Тамлина, даже если он меня терпеть не может. Он явно заинтересован, чтобы меня здесь не было — он предложил убить меня. Может быть, он будет рад отправить меня обратно и сможет убедить Тамлина найти другой способ выполнения Договора. Даже если он будет один.

Я подошла к скамейке в укромном уголке цветущей наперстянки, когда услышала звуки шагов по гравию. Две пары лёгких, быстрых ног. Я выпрямилась, вглядываясь в дорогу, по которой пришла, но на тропинке никого не было.

Я остановилась у края открытого поля долговязых луговых лютиков. Яркое зелёно-жёлтое поле было пустынным. Позади меня возникла искривлённая дикая яблоня. Восхитительно цветущая, лепестки её цветков падали на скамейку, на которую я хотела сесть. Ветер зашелестел ветвями и водопад белых лепестков закружился вниз, словно снег.

Внимательным взглядом я пробежалась по саду и полю — осторожно, тщательно наблюдая и вслушиваясь, стараясь уловить звуки тех двух пар ног.