Кошачья гордость, волчья честь(СИ) - Кузнецова Дарья - Страница 15

— Кто про что, а рыжий о бабах, — захихикала я. — По обстановке посмотрим. А то, может, не до сладкого будет, — добавила с искренним сожалением. Наскучить мне при своей ненавязчивости Трай ещё не успел, любовником он был великолепным, и мне не хотелось лишаться наших ночных развлечений. Но тут уж сначала дело, потом — удовольствия.

Увы, как следует расслабиться после окончания пути тоже не получится: надолго задерживаться у соседей мы не планировали, к нашему приезду к свадьбе всё должно быть готово. Приедем, денёк отдохнём и двинемся в обратный путь. А там уже надо будет держать нос по ветру и решать, куда и на какую службу податься дальше. Княжество в настоящий момент не ведёт никаких масштабных войн, но стычки на границах были и будут всегда, а, значит, и мне там найдётся местечко. При княжьем дворе, конечно, тепло и сытно, да только уж очень скучно, так можно и все навыки растерять. Поступит заманчивое предложение от князя Черногора или нет — не известно, а судьбу свою устраивать надо.

Собственно, на этом разговор заглох. То ли у Трая и у самого не было особого желания молоть языком, то ли он как-то почуял моё настроение, но, ответив на мои вопросы и предложив помощь, он вернулся обратно в строй.

Отношения двух княжеств с незапамятных времён достаточно противоречивы и при этом чрезвычайно стабильны. С одной стороны, серьёзных столкновений и вражды между нами никогда не было, у нас общий язык (произошедший, судя по всему, от смешения разных, о чём среди прочего говорят разные имена), общие боги (со своими, впрочем, акцентами и предпочтениями), весьма бойкая торговля (тракт, по которому мы ехали, был весьма оживлённым), да и серьёзные внешние угрозы мы встречаем сообща. А вот против дальнейшего сближения решительно возражали оба народа: у нас слишком разный менталитет и традиции. Решивший сменить княжество оборотень не становился автоматически изгоем среди новых соседей, но обычно всё же старался быстрее привыкнуть и перенять привычки новой родины.

Смешанные браки тоже не порицались, но были исключением, даже при учёте отсутствия серьёзных препятствий со стороны окружающих и проблем с продолжением рода. Дети от таких союзов получаются совершенно нормальными и наследуют оборот одного из родителей. Кажется, маги пытались выяснить закономерность этого наследования, но не преуспели. Чаще всего такие браки заключают торговцы, возящие товары через границу (весьма, кстати, условную), но попадаются более экзотические случаи. Например, я знала историю, когда один шустрый кот умудрился соблазнить молодую волчицу из приличной семьи, сделал ей ребёнка, а потом сделал ноги. После чего его отловили родственники несчастной, начистили морду, накрутили хвост и заставили жениться, причём прямым указом нашего князя. Собственно, оттуда я её и знала; разборки с предъявлением зарёванной волчицы с пузом происходили чуть ли не в княжеском дворце.

Обычно такое принуждение не приносит счастья никому, чему полно примеров, но здесь получилась вполне дружная семья, осевшая у нас в столице. Подозреваю, получилась она потому, что кот на тот момент был чуть ли не в три раза старше своей пассии, успел к своим годам нагуляться, да и принципиальных возражений против конкретной невесты не имел.

В итоге обычаи одного княжества в соседнем знали только отдельные личности. Те же самые торговцы, дипломаты, плюс — всевозможные наёмники и прочие бродяги. Ну, и учёные с исследователями. Каждый считал, что дома лучше, рассказывал про соседей страшилки, но, окидывая взглядом других соседей, разумно полагал, что сцепляться с себе подобными — чревато. Силы примерно равны, выгода сомнительна, а желающих попировать на падали кругом предостаточно. Вполне возможно, стабильности подобных настроений способствовали и боги.

В любом случае, на волчьей земле (носящей звонкое и, мне кажется, вполне подходящее волкам название «княжество Ар») наш отряд воспринимался как диковинка, особенно пока девчонки не упаковались в куртки. Встречные порой сбавляли скорость и выворачивали шеи, чтобы рассмотреть; обгоняемые нами медлительные телеги и обгоняющие нас всадники тоже провожали заинтересованными взглядами. В населённых пунктах, которые мы проезжали, не сбавляя хода, местные с интересом выглядывали из окон (где они были) или поглядывали с крыш.

Дома — это, кстати, ещё одно серьёзное различие между двумя княжествами. Опять-таки, обусловленное инстинктами звериной половины. Если у нас приняты высокие фундаменты, а то и вовсе — дома на сваях, то есть мы пытаемся забраться повыше, то у соседей проявляется обратная тенденция — они норовят закопаться в землю. Не в пещеры, конечно, но дома низкие и приземистые, причём на первом этаже зачастую нет окон, зато на крыше — непременно уютная терраса, которая в большинстве случаев является настоящим садом. Но тесноты они не любят точно так же, как мы, и дома расположены свободно, а улицы — широкие и чистые, вымощенные тем же тёмно-серым булыжником, что и Старая дорога, по которому лошадиные копыта цокают особенно звонко и жизнерадостно благодаря лёгкому эхо, порождаемому стенами домов.

Но это в хорошую погоду. В плохую погоду все ямки заполняются водой, и периодически «цок» превращается в не менее звучный «плюх!», а из-под копыт разлетаются фонтанчики грязной воды.

Карту (благо, они стараниями магов сейчас более чем подробные) перед выездом я рассмотрела внимательно, особенно обратив внимание на всевозможные объекты, в которых может возникнуть необходимость по дороге. В частности, на постоялые дворы, рынки и кузнецов. Потому что девочки у меня бесконечно талантливые, вместе — так вовсе почти всемогущие, но замену отвалившейся подковы лучше доверять специалисту. Оно как-то спокойней. И мне, и лошадям.

В общем-то, карта эта ехала сейчас в карете вместе с княжной, но я и без неё прекрасно помнила городок Трамаль, лежавший чуть дальше запланированного прежде места ночёвки. В населённый пункт этот мы въехали строго по плану — к закату. Правда, в мутной дождливой серости различить это было сложно, весь день над дорогой царили сумерки. Похоже, дождь зарядил не просто надолго, а планировал остаться здесь навсегда. Или, по меньшей мере, до весны.

Городок был достаточно солидный, со своей рыночной площадью и аж с тремя крупными постоялыми дворами. Выбор мой, кажется, оценили все, а в особенности — волчий альфа. Потому что называлось это место «Приют комедианта». Подозреваю, просто его хозяин (или основатель) был из бродячих артистов; но нам тоже должно было подойти, а особенно — с точки зрения мрачного Варса.

Двор у постоялого двора был обширный и чистый, упряжная пара вместе с каретой вошла свободно, все остальные рассредоточились вокруг тоже без толчеи, и это мне понравилось. Наше появление во дворе вызвало у местных лёгкую панику, и это мне понравилось ещё больше; по крайней мере, хозяин достаточно сообразительный человек, чтобы постараться гостеприимно встретить хорошо вооружённый отряд, сопровождающий явно не грузовую повозку.

На ходу скомандовав Злате проверить постоялый двор по своей части (подобные вещи у неё получаются гораздо лучше; сестра всё больше по боевым чарам), а Ряне с Белкой — осмотреться на тему фортификации, возможных подходов и путей отхода, я отдала поводья Веле и спешилась. Одновременно со мной на землю спрыгнул Варс.

А потом хозяин сделал то, что принесло не просто очко в его пользу, а мою искреннюю симпатию и даже, подозреваю, солидную прибавку к сумме счёта. Смерив оценивающим взглядом волка и меня, он без лишних раздумий направился ко мне, прикрываясь от дождя стареньким зонтом.

— Ясного неба, — вежливо поздоровался он.

— Мечты, мечты, — не удержалась я от вздоха.

— Ужин? Или что-то ещё? — улыбнулся мужчина. Невысокий для волка, но крепкий и жилистый. Совершенно седой, с залысинами и изрезанным морщинами лицом, в которое намертво въелся крепкий загар, не вымытый временем; впрочем, взгляд серых глаз был ясный, проницательный и, кажется, самую малость насмешливый. Пожалуй, не ошибусь, если скажу, что передо мной сейчас — тот самый комедиант.