Ледышка-Шарлотта (ЛП) - Группа Bookish addicted - Страница 22

— А ты никогда не слышала о том, что ночью нужно спать? — огрызнулся парень. — Как это делают все нормальные люди?

— Думаю, нормальные люди не станут и разъезжать на мопедах ночью по отвесным скалам? — отплатила я ему той же монетой. — Я подумала, что это вышла Лилиас, и заволновалась из-за того… из-за того, что случилось прежде.

— Ты о Ребекке говоришь? — спросил парень, сверля меня своими крошечными глазками. — Что-то я ни разу не слышал, чтобы кто-то замерз на смерть посреди июля…

— Довольно, — сказала Пайпер, кладя руки парню на плечи. — Софи все знает о нашей ситуации — она ни за что нас не сдаст. — Она развернулась ко мне и сказала: — Софи, это Бретт. Мне жаль, что я не сказала тебе, что мы еще встречаемся, но, после того, что случилось с Кэмероном, уверена, ты можете понять почему.

И вот теперь, когда я знала, кем он был, я взглянула на Бретта снова, но и после этого он не произвел на меня лучшего впечатления. Он был красив, но и было в нем что-то такое от чего мурашки бегали по коже. Может быть, такое впечатление производили его маленькие глазки или изгиб его полных губ, из-за которого казалось, что он все время чем-то недоволен, что ему не нравится и этот мир вокруг, и люди, живущие в нем.

— Мы с Бреттом теперь встречаемся тайно, — сказала Пайпер тогда, — из-за Кэмерона.

— Чертов калека! — фыркнул Бретт. — Будь это кто-нибудь другой, я бы уже раскроил ему череп! Я ему ничего не сделал только из-за Пайпер. Он все-таки её брат, даже, несмотря на то, что он больше похож на психованного засранца.

— Покажи Софи, что он сделал, — попросила его Пайпер. — Тогда она все поймет.

Бретт развернулся, задрал свои куртку и футболку и обнажил спину. Она была покрыта белыми отметинами, отвратительное месиво из шрамов, которые только недавно начали заживать. Пайпер сказала мне, что это было ужасно, а Кэмерон не отрицал, но какая-та часть меня до этого момента не до конца верила в это.

— А ты… ты сообщил в полицию об этом? — спросила я.

Бретт вернул одежду на место и повернулся ко мне.

— На прошлой неделе, — проворчал он. — Но они сказали, что ничего не могут сделать, потому что я слишком долго тянул с этим.

— Это моя вина, — сказала Пайпер, — я попросила Бретта этого не делать, чтобы у Кэмерона не было неприятностей.

— Я не боюсь его, — с напором сказал Бретт, хотя я и не говорила, что предполагала обратного. — Этот придурок совсем с башкой не дружит, но я его не боюсь. Я бы мог сломать его пополам в два счета, если бы захотел. И скоро я собираюсь с ним поквитаться. Никто не смеет пороть меня и уходить безнаказанным, и неважно, чей он брат!

— Теперь это не имеет значения, — сказала Пайпер, поглаживая его руку, как будто успокаивала скулящую собаку. — Главное, что мы вместе. Она взглянула на меня и сказала: — Ты же ничего не скажешь, правда? Проще, если никто не будет знать. Мы просто собираемся покататься и вернемся задолго до того, как кто-то может нас хватиться.

Я взглянула на темные, извилистые тропинки на скале, и деревья, гнущиеся на ветру, и спросила:

— А это не опасно?

— Ну конечно не опасно, — заявил Бретт. — Я изъездил тут все вдоль и поперек, да, малышка?

— Бретт очень хороший водитель, — согласилась с ним Пайпер.

— Но на мопеде висит знак новичка, — заметила я, тыча в предупреждающий знак.

— Ты что, из дорожной полиции? — спросил Бретт.

— Софи, ну правда, со мной все будет в порядке, — сказала Пайпер. — Мы тысячу раз здесь катались, и ничего такого не случалось. Просто не рассказывай об этом никому, договорились?

Я неохотно кивнула.

— Договорились.

Но в глубине души мне стало очень неуютно, когда я наблюдала, как они садятся на мопед. Бретт не предложил Пайпер свой шлем, а водрузил его себе на голову, прежде чем газануть. Пайпер забралась на сидение позади него и обняла его за талию, и они уехали прочь по извилистой дороге. А я стояла и смотрела им вслед, мечтая, чтобы секрет Пайпер оставался тайной и для меня.

На мгновение меня одолел соблазн не возвращаться в этот дом, а просто уйти не оглядываясь. Но если Ребекка была злым духом, если она была опасной и была в доме, то это по нашей с Джеем вине. Джей уже был мертв. Следующим, за кем может прийти Ребекка будет Лилиас или Кэмерон, или Пайпер. И только я, единственная, кто осознавал нависшую над ними опасность. Поэтому я развернулась и неохотно побрела к дому, позаботившись о том, чтобы ворота были заперты.

Поднявшись наверх я, как и Лилиас, стремглав пробежала мимо комнаты Ребекки. Когда я залезла в свою кровать, то не думала, что смогу уснуть. Я боялась выключать свет, потому что мне страшно было услышать вновь эту дурацкую песенку в темноте, а потом обнаружить, что являюсь её источником. Может быть, это была вообще не Ребекка. Может быть, это была я, которая потихоньку съезжает с катушек, но пока этого не осознает. После смерти Джея, я чувствовала себя постоянно уставшей, и я похудела (это было понятно по джинсам, которые стали мне довольно большими). Что если я на самом деле схожу с ума?

Неожиданно я поняла, что очень скучаю по маме. Когда я посмотрела на неё на похоронах, то очень удивилась, увидев слезы в её глазах. Хотя, чему тут удивляться, она знала его много лет, так же как и я, и он ей нравился. Я схватила ноутбук и отправила ей письмо. Это не было радостное письмо, какие я обычно отправляла. Я ничего не рассказала о Ребекке, о Ледышках-Шарлоттах и о духах, я написала ей о том, как сильно скучаю по Джею. В некотором смысле мне стало спокойно. Хорошо, когда есть кто-то, кто его знал, и с кем можно поговорить о нем.

Мне удалось немного поспать до утра. Пусть и урывками. Благодаря этому я почувствовала себя лучше.

Но на следующий день я пожалела о том, что заснула. Возможно, если бы я не спала всю ночь, как первоначально предполагалось, катастрофы, которая привела в движение раскручивающийся маховик последующих событий, никогда бы не случилось.

Меня разбудил солнечный свет, который водопадом лился через окно в мою комнату. Я потянулась, чувствуя приятную сонливость, но ветер с такой силой загремел оконной рамой, что всю сонную негу как рукой сняло. Его завывание и правда очень напоминало голоса. Этот звук помог мне окончательно проснуться, и я вспомнила события прошедшей ночи. Я не слышала, как Пайпер вернулась домой, и у меня мелькнула ужасная мысль, что возможно это от того, что она, вообще, не вернулась домой. Возможно, что её парень-идиот угробил их обоих, съехав с обрыва.

Я сорвалась с кровати, натянула джинсы и футболку, и даже не удосужившись расчесать волосы, бросилась вон из комнаты в коридор, где и умудрилась налететь на Кэмерона, который только что туда вышел. Он, должно быть, только что вышел из душа, потому что его волосы были еще влажными, а кожа приятно пахла мятой.

— Прости, — выдохнула я, отступая.

— Какая ты торопыга сегодня, — сказал он, убирая волосы с глаз. — Ты должно быть без ума от кукурузных хлопьев?

Я взглянула на него, и к моему удивлению его голубые глаза были не такими холодными как обычно. На самом деле, они казались даже скорее дружелюбными, и на долю секунды я даже заметила в них намек на смех. Вот такой Кэмерон немного напоминал мне Джея.

— Нет, я просто… Ты не видел Пайпер сегодня утром? — спросила я.

— Нет, еще не имел удовольствия, — ответил Кэмерон, слегка приподнимая бровь. — А что?

— Я… мне нужно кое о чем у неё спросить.

— Она, скорее всего внизу, занимается завтра… — Кэмерон не успел договорить, так как его прервал крик…

И похоже это кричала Пайпер.

Мы с Кэмероном одновременно развернулись и бросились бежать вниз, в то время как Темный Том заверещал:

— Убийство! Убийство! Убийство!

Когда мы подбежали к входной двери, Пайпер выскочила из старого школьного зала. Её глаза были наполнены слезами, а когда она увидела нас, запричитала: