Ледышка-Шарлотта (ЛП) - Группа Bookish addicted - Страница 38

Но когда я развернулась, то увидела маленький белый крест, установленный на утесе в память о Ребекке. Рядом с ним стояла маленькая девочка, одетая в белую ночную сорочку. Она стояла спиной ко мне. Девочка смотрела на море. Ее длинные темные волосы развивались на ветру. Я была уверена, что это Ребекка, но, когда я окликнула её, ветер унес прочь мой голос, и маленькая девочка не обернулась. Она просто стояла и смотрела на море, держа руки свободно по бокам.

Я пошла по дорожке к ней, но стоило мне сделать несколько шагов, как я попала в обжигающе холодное пространство. Казалось, оно окутало меня словно одеялом, кусало и царапало жестоким холодом, который пронизывал до костей, врезаясь в кожу скальпелями. На глаза навернулись слезы, а мое дыхание тут же превратилось в облачко пара.

— Ребекка! — снова позвала я.

Она по-прежнему не реагировала, поэтому я все шла по дорожке. Наконец я была прямо позади неё и на этот раз, когда я назвала её имя, она медленно повернулась лицом ко мне. Ее растрескавшаяся кожа имела синеватый оттенок и была вся покрыта инеем, а черные волосы сковал лед. На её губах сверкали льдинки, а под глазами пролегли глубокие темные круги.

Какое-то мгновение мы просто стояли и молча смотрели друг на друга, но потом она медленно протянула свою руку мне. Я колебалась. Но Ребекка мне почему-то показалась неопасной. Она выглядела печальной, маленькой и очень одинокой. Теперь, когда я узнала благодаря ей о сообщении Джея, которое он мне оставил на телефоне, я не могла её больше бояться, как раньше. Поэтому я в ответ тоже протянула свою руку.

Её холодные пальцы обернулись вокруг моего запястья, прямо как тогда в кафе.

В то мгновение, когда наши руки соприкоснулись, мне показалось, будто мое тело исчезло. Внезапно вокруг сгустилась ночь, и я обнаружила, что нахожусь у Ребекки в голове, когда она слетела с обрыва. Это был не призрак Ребекки, это была живая девочка восьми лет. Я почувствовала, как она ударилась всем телом, приземлившись на камни, и услышала болезненный вздох. Я почувствовала морозный воздух, окружающий её и теплые слезы, соскользнувшие по её щекам, когда она начала плакать.

И вот тогда я услышала голос Пайпер, который звал Ребекку с вершины утеса. Спустя мгновение над обрывом свесились светлые волосы, а потом показалась и голова на фоне звездного неба. Она выглядела не так как сейчас — она выглядела именно так, когда мы с ней впервые встретились, будучи детьми.

— Ребекка, ты в порядке? — крикнула вниз Пайпер.

К моему удивлению Ребекка осторожно поднялась на ноги, утопив ступни в снегу.

— Думаю… да, — сказала она, поплотнее закутываясь в свое пальто.

— Неужели? — Голос Пайпер прозвучал скорее удивленно, чем обеспокоенно.

Но Ребекка ведь была не совсем в порядке, при падении она сломала ногу — вот почему она не смогла выбраться наверх. И на ней не было пальто, только ночная сорочка. И она была одна — никто не упоминал о том, что с нею была Пайпер.

— Говорила же, что мы должны подождать до завтра, чтобы достать Шарлотту! — крикнула Ребекка.

Я поняла, что речь идет о Ледышке-Шарлотте, которую она сжимала в руке.

— Но ей было страшно и холодно! — крикнула в ответ Пайпер. — Она все еще плачет?

Ребекка поднесла куклу к уху, и я услышала тихий плач, помимо плеска океанских волн.

— Все хорошо, Шарлотта, — прошептала Ребекка. — Не бойся. Скоро мы вернемся в теплый дом. Я обещаю.

— Ты можешь выбраться?

— Не знаю. Очень высоко! — Ребекка заглянула через край утеса. Это был обрыв на сотню футов вниз до самого пляжа. Ветер с моря раздувал её волосы, словно пытаясь утянуть её вниз. Ребекка прижалась к скале. — Может быть, ты сходишь за мамой?!

— Но тогда нам попадет! — крикнула Пайпер. — Не так уж и высоко, ты можешь подняться.

Ребекка снова посмотрела на черный пляж под ней, сейчас больше похожий на зияющую черную пасть ужасного страшилы, и я почувствовала, как девочка пожалела, что дала Пайпер себя уговорить прийти сюда.

— Ребекка, давай! — позвала Пайпер. — Это безопасно — не будь такой трусишкой!

Ребекка убрала Ледышку-Шарлотту в карман пальто, а потом обеими руками зашарила по скале в поисках выступов, чтобы зацепиться за них. Из-за страха падения её ноги дрожали, но она досчитала до десяти себе под нос и начала лезть наверх.

Холодный камень врезался ей в пальцы, но она все равно продолжала ползти наверх. Несмотря на мороз, я чувствовала, как у неё по спине струился пот. Добравшись, наконец, до вершины, она почти выбилась из сил, а её руки дрожали от приложенных усилий.

Благодаря тому, что Ребекка позволила мне быть в какой-то степени ею, я могла видеть, слышать и чувствовать все, что видела, слышала и чувствовала она. И я почувствовала её шок, удивление и неуверенность, когда она доползла до верха и не увидела Пайпер, присевшую на корточках с протянутой рукой, готовую помочь. Но оказалось, что сестра сидела чуть в стороне, напевала себе под нос и лепила снеговика в лунном свете, как будто она не понимала, что ее младшая сестра цеплялась за край скалы, рискуя жизнью.

— Пайпер! — охнула Ребекка. — Помоги мне!

Пайпер встала и неторопливо подошла к краю обрыва, все еще напевая себе под нос. Это была песня, которую я прекрасно знала — «Красавица Шарлотта».

Когда Пайпер подошла к Ребекке, она резко перестала напевать и улыбнулась.

— А знаешь, если бы я хотела, то могла бы просто пнуть тебя в лицо, и ты упала бы обратно.

— Это не смешно! — сказала Ребекка сердито. — Помоги мне выбраться!

Все еще улыбаясь, Пайпер пожала плечами и схватила Ребекку за капюшон пальто, но, когда она потянула за него, одна рука Ребекки начала выскальзывать из рукава.

— Нет! — крикнула она. — Не тяни за пальто — ты его стягиваешь с меня!

Но Пайпер казалось, потянула за пальто еще сильнее, пока правая рука Ребекки не выскользнула из рукава.

Я почувствовала, как бешено забилось её сердце, когда она протянула руку, чтобы удержаться за скалу и сохранить равновесие.

— Я же сказала, прекрати! — заорала она на сестру. — Из-за тебя я упаду!

— Ну ты отдай мне свое пальто, — ответила Пайпер. — Я же не могу тянуть тебя за руку, если рукав болтается отдельно.

Ребекка скинула другой рукав и протянула пальто Пайпер, которая вырвала его и бросила на землю.

— А теперь помоги мне выбраться, — сказала Ребекка.

Когда Пайпер не ответила, Ребекка посмотрела наверх и увидела свою сестру, стоящую в лунном свете, у которой на лице играла странная улыбка.

— Пайпер… — начала было Ребекка, но та оторвала ботинок от заснеженной поверхности утеса… и сильно пнула Ребекку в лицо.

Я почувствовала, как разбились губы Ребекки, и её рот залила кровь. Она сорвала ноготь, когда потеряла равновесие и упала ниже на выступ скалы. Она приземлилась с глухим стуком об камень, который отозвался болью в каждой косточке её тела. И одновременно с этим у неё перед глазами промелькнуло очень четкое воспоминание, когда летом она застряла в горящем домике на дереве и звала на помощь, а Пайпер просто стояла там, в саду, наблюдала за пожаром, а не побежала за мамой или папой.

Без пальто ей казалось, что холодный камень врезался острыми ножами в её кожу. Ей казалось, будто с неё сдирали кожу. Рыдая от боли и страха, она медленно села на выступе.

— За чт-т-то? — всхлипнула она. Каждый её вздох уплывал вверх паровым облачком. Без пальто, в одной ночной рубашке, холод был почти нестерпимым. Легкие болели от морозного воздуха, и она дрожала так сильно, что казалось, будто кости погремушкой гремели внутри её тела.

— Что ты ревешь, как маленькая, Ребекка?! — крикнула Пайпер.

— Приведи маму! — прокричала Ребекка, больше не переживая, что их могут здесь застукать.

— Нет, мне попадет! — сказала Пайпер.

— Но мне т-т-так холодно!

— Обломись!

Теперь Ребекка расплакалась во весь голос. Ей никогда не было так холодно в жизни. Ей казалось, что её кожа кровоточит, когда сырой воздух снова и снова врезался в неё подобно безжалостным волнам.