Туманы Авалона - Брэдли Мэрион Зиммер - Страница 160

– Есть дочка Талиесина, – отозвалась одна из женщин.

На мгновение Вивиана сбилась с мысли: как же так, ведь Игрейна уже выросла, и вышла замуж, и овдовела, она – мать Верховного короля, что правит в Каэрлеоне, да и Моргауза тоже обзавелась мужем и родила многих сыновей. Но, тут же опомнившись, отвечала:

– Я не знала, что у него есть дочь в Доме дев.

А ведь были времена, размышляла про себя Вивиана, когда в Дом дев воспитанниц принимали не иначе, как с ее ведома, и она сама, своей рукою, испытывала девочек на Зрение и на восприимчивость к мудрости друидов. Однако за последние годы Владычица как-то закрыла на это глаза.

– Расскажи мне о ней. Сколько ей лет? Как ее имя? Когда она к нам попала?

– Зовут ее Ниниана, – сообщила престарелая жрица. – Она – дочка Бранвен; ты ведь ее помнишь? Бранвен сказала, что дитя это зачато от Талиесина у костров Белтайна. Кажется, совсем недавно дело было; но девочке уже, пожалуй, одиннадцать или двенадцать, а то и больше. Она воспитывалась где-то далеко на севере, а к нам приехала пять или шесть лет назад. Она – милое дитя, послушное, кроткое, а ныне девочек к нам приезжает не так много, чтобы проявлять излишнюю разборчивость, Владычица! Ныне нет уж таких, как Врана или как твоя воспитанница Моргейна. А где сейчас Моргейна, Владычица? Надо бы ей возвратиться к нам!

– Воистину, она вернется, – промолвила Вивиана и тут же устыдилась при мысли о том, что сама не знает, где Моргейна и хотя бы жива ли она. «И как только у меня хватает наглости оставаться Владычицей Авалона, если я даже не знаю имени своей преемницы, не говоря уже о том, кто живет в Доме дев?» Однако, если эта Ниниана – дочь Талиесина и жрицы Авалона, она наверняка обладает Зрением. А даже если и нет, Вивиана в силах заставить ее увидеть, пока Ниниана – девственница.

– Позаботься, чтобы Ниниану прислали ко мне перед рассветом, на третий день считая от сегодняшнего, – приказала она. И хотя в глазах старой жрицы она читала дюжину вопросов, Вивиана не без удовлетворения отметила, что ее власть как Владычицы Авалона по-прежнему неоспорима, ибо жрица не дерзнула ее расспрашивать.

Ниниана явилась к ней за час до рассвета, по завершении затворничества темной луны; Вивиана, так и не сомкнувшая глаз, большую часть ночи провела, безжалостно себя допрашивая. Она сознавала, что и впрямь не склонна уступать власть, однако же, если бы только она могла передать титул Моргейне, она бы сделала это без тени сожаления. Вивиана потеребила в руке крохотный серповидный нож – Моргейна оставила его, покидая Авалон, – отложила нож в сторону и, подняв голову, взглянула на дочь Талиесина.

«А ведь старая жрица утратила ощущение времени, так же, как и я; девочке явно больше одиннадцати-двенадцати». Юная воспитанница трепетала от благоговейного страха; и Вивиана тут же вспомнила, как задрожала Моргейна, впервые узрев в ней Владычицу Авалона.

– Ты – Ниниана? – мягко промолвила она. – Кто твои родители?

– Я – дочь Бранвен, Владычица; имени отца своего я не знаю. Мама сказала лишь, что я зачата в праздник Белтайн. – Что ж, вполне разумно.

– Сколько тебе лет, Ниниана?

– В этом году исполнится четырнадцать.

– И ты уже побывала у костров, дитя?

Девушка покачала головой:

– Меня туда не призывали.

– Обладаешь ли ты Зрением?

– Лишь самую малость, как мне думается, Владычица, – отозвалась она.

Вивиана вздохнула:

– Ну что ж, дитя, посмотрим; ступай со мною, – и, выйдя за двери своего стоящего на отшибе дома, она зашагала вверх по тайной тропе к Священному источнику. Девушка заметно превосходила ее ростом – хрупкая, светловолосая, с фиалковыми глазами; а ведь она похожа на Игрейну в этом возрасте, подумала про себя Вивиана, хотя волосы Игрейны были скорее рыжие, нежели золотые. Внезапно ей померещилось, будто Ниниана облачена в одежды Владычицы и коронована венцом… Вивиана нетерпеливо встряхнула головою, гоня незваное видение прочь. Надо думать, это лишь мимолетная греза, не более…

Она привела Ниниану к заводи, помедлила мгновение, оглядела небо. А затем протянула девушке серповидный нож, врученный Моргейне при посвящении, и тихо проговорила:

– Посмотри в зеркало, дитя мое, и скажи, где ныне та, что владела сим ножом…

Ниниана нерешительно подняла глаза.

– Владычица, я же говорила: Зрения у меня немного…

И внезапно Вивиана поняла: девушка страшится неудачи.

– Это неважно. Ты увидишь при помощи Зрения, что некогда было моим. Не бойся, дитя, просто посмотри для меня в зеркало.

В наступившем безмолвии Вивиана не сводила взгляда со склоненной головы девушки. Как всегда, на поверхности заводи подрагивала рябь, словно воду всколыхнул налетевший ветер. Но вот Ниниана заговорила – тихо и бессвязно:

– А, гляди… она спит в объятиях седого короля… – И вновь тишина.

« Что это значит?» Слова эти остались для Вивианы неразрешимой загадкой. Ей захотелось прикрикнуть на Ниниану, силой заставить ее видеть, однако же величайшим усилием воли всей ее жизни Владычица сдержалась и промолчала, зная, что даже ее беспокойные мысли могут затуманить для девушки Зрение.

– Скажи, Ниниана, видишь ли ты тот день, когда Моргейна возвратится на Авалон? – еле слышным шепотом спросила она.

И опять – бесплодная тишина. Повеял рассветный ветерок – легкое дуновение всколыхнуло воду, и вновь по зеркальной поверхности пробежала рябь. Наконец Ниниана тихо промолвила:

– Она стоит в ладье… волосы ее совсем поседели… – и девушка вновь замерла неподвижно, вздыхая, точно от боли.

– Не видишь ли ты чего еще, Ниниана? Говори, расскажи мне…

В лице девушки отразились ужас и боль, и она зашептала:

– А, крест… свет сжигает меня, в руках ее – котел… Врана! Врана, неужто ты нас покинешь? – Она резко, потрясение вдохнула и рухнула на землю без чувств.

Вивиана застыла недвижно, сцепив руки. Затем, тяжко вздохнув, она наклонилась к лежащей, приподняла ее. Погрузила в воду руку девушки, сбрызнула водой обмякшее лицо Нинианы.

Спустя мгновение девушка открыла глаза, испуганно воззрилась на Вивиану и расплакалась.