Экзамен по социализации (СИ) - Алексеева Оксана - Страница 39

После этого пришлось отвечать на какие-то глупые вопросы со стороны, задаваемые скорее с ровным светским любопытством, чем с искренним участием. Покрасневшая от такого внимания и скрываемого волнения, я наконец повернулась и к своим родителям. Папа тоже улыбался, похлопывая Костю по плечу, а мама смотрела на меня обиженно. Видимо, решила, что я ей тогда соврала. Можно подумать, не может быть такого, что на прошлой неделе мы не встречались, а теперь вот встречаемся! Ну вот все ей не так. Я сама шагнула к ней и виновато заглянула в глаза, после чего она, конечно же, меня обняла, прощая все на свете. Моя мама хоть и была немного любопытной, но любила меня по-настоящему — в этом я ни на миг не сомневалась. И она не рассматривала меня как инвестицию, а ее расспросы были оправданы только тем, что она за меня переживает.

Белов меня уже снова оттаскивал подальше от довольных родственников. Хотя счастье их в большой степени объяснялось шампанским и хорошим настроением. Об удачности нашей с Беловым партии никто в этот момент всерьез и не задумывался, а значит, и напрягаться ни к чему.

— Молодец, — похвалил он меня, усадив на какой-то изящный диванчик и плюхнувшись рядом. — Теперь еще с часочек потусим тут для вида, а потом можно и отчаливать. Стащим пару бутылок шампанского и к Мирамаксу на такси.

Я расстроилась. Посидеть у Танаевых, сменив этот официоз на что-то более привычное и настоящее — было бы отличной идеей.

— Ага, отчаливать. Меня мама не отпустит сейчас.

Белов обнял меня за плечо — ничего лишнего, но для поддержания образа вполне себе подходит.

— Думаешь? — усмехнулся он. — Сейчас они подопьют, разомлеют. Ты даже не представляешь, какие чудеса творят такие вот признания, как сегодня выдали мы с тобой. Уровень сентиментальности скоро зашкаливать начнет. Отпустит тебя мама, никуда не денется. Давай, посмотри мне в глаза и улыбнись, будто любишь без памяти, не будь такой скованной.

Я выполнила поставленное задание, как могла, после чего мы продолжали создавать видимость непринужденной болтовни. Яна с Никитой тоже подошли к нам, вынудив подняться на ноги из уютных полуобъятий, поздоровались и обменялись с нами парой ничего не значащих фраз. Никакого негатива в мой адрес не последовало, но этому я не удивилась — Яна держала лицо в этом кругу, как нигде больше. Но когда Никита отошел к своему отцу, она, не меняя выражения, заговорила тише:

— Вы что, точно не разыгрываете?

— Нет, — спокойно ответил Белов. — Зачем нам притворяться?

— Ну даже не знаю, — она посмотрела на меня. — Костик ведь целых два года та-а-ак ухаживал, любая бы девушка не устояла! — естественно, она не могла не уколоть. Да и черт с ней! Пусть думает, что хочет. Даже то, что он продолжает надо мной издеваться, а наши отношения плавно и закономерно переросли в БДСМ-игры.

— И что? — я, кажется, заражалась его уверенностью. — Тебе это не нравится?

Яна улыбнулась:

— Да нет. Делайте, что хотите, мне-то какое дело? Единственное, что мне не нравится, так это то, что ты, Костик, мгновенно променял своих старых друзей на этих новеньких. Некрасиво как-то. Да и непонятно.

Яна ненавидела Макса — тут все было ясно. И Белова обвиняла в том, что он не видит, как плоха его новая компания. К слову говоря, Костя, насколько я знала, не был в курсе Яниного «падения», поэтому ему и не была известна до конца природа ее неприязни:

— Успокойся, «старый друг». У тебя Никита есть — занимайся им. А мы скоро срулим отсюда. Дружить пойдем, гормоны у нас!

Девушка не удержалась и сложила руки на груди:

— Друг с другом дружить или с Танаевыми? У вас там групповуха, что ли?

— О, а отличная идея! — отшутился Белов. — Вас с собой не зовем, уж извините. И без того сложно сориентироваться, кто с кем.

Как потом выяснилось, этот разговор выльется в настоящую катастрофу. Но тогда мы об этом подозревать не могли и, выждав достаточное время, снова подошли к родителям Кости.

— Пап, мы уйдем вдвоем, ладно? Скучно тут. Мы куда-нибудь в клуб или еще где посидим.

— Конечно, конечно, — отозвался Игорь Михайлович, а его жена даже обняла меня и поцеловала в щеку.

Моя мама нахмурилась и уже хотела возразить, как мужчина и за нее все решил:

— Машенька, да отпусти ты детей! Взрослые же уже, пусть гуляют. И не бойся ты, с моим Костей твоей Даше ничто не угрожает! Ну, кроме самого Кости, — он громко расхохотался собственной шутке.

— Мария Сергеевна! — подхватил и Белов-младший. — Ну пожалуйста! Мы посидим где-нибудь, поболтаем. Не волнуйтесь!

После этого мама вынуждена была разрешить. Неприятно ведь показаться в глазах новых «друзей» такой щепетильной и строгой родительницей, да еще и не доверяющей сыну гостеприимного хозяина. Я даже не дала ей возможность обозначить время моего возвращения домой, а лишь удостоверившись в ее согласии, тут же улизнула. Вот, как оказывается, было легко решить проблемы с излишним контролем.

Мы уже в такси начали смеяться, как ненормальные. Как ни крути, но из нас с Беловым получилась отличная команда.

Мира нас ждала, открывая дверь с улыбкой. А потом мы пили шампанское, с хохотом рассказывая, как легко провели всех, даже Макс слушал с интересом. Хотя, по своему обыкновению, к алкоголю не притрагивался, на чем мы и не настаивали. Решили потом с подачи Миры, что нужно будет и в соцсетях залить совместные фотки, да и вообще — прекращать уже ссориться.

Моя жизнь была прекрасна! Теперь внезапно возникшее желание к Максу было полностью задвинуто на второй план, я получу больше свободы передвижения, прикрываясь свиданиями с Беловым, психолог поможет Максу решить все проблемы, ну а если он и не перестанет трахать все, что шевелится, то ничего страшного — жертвы это переживут! Мира лохматит белобрысую челку Белова, а значит — у того есть шанс! А самое, самое главное — я нахожусь в кругу своих друзей, рядом с которыми ничего не страшно.

Идиллия эта и не могла длиться вечно. Белов ответил на телефонный звонок, быстро меняясь в лице.

— Я не понял, что в вашей гимназии делают дети из детдома?! — орала трубка. — Кто вообще их принял туда? На каком основании? Так ладно бы это, Яна еще и сказала, что ты с ними тесно якшаешься! Как это понимать?! И почему я об этом узнаю от посторонних, а не от родного сына? Да они уже в понедельник вылетят оттуда, помяни мое слово! Вылетят!!!

Наверное, Белов не преувеличивал, когда рассказывал о своем отце.

Он скинул вызов и с ужасом посмотрел на Танаевых. В нависшей каменной паузе вдруг послышался тихий смех. Мы одновременно посмотрели на Макса. Он смеялся искренне, все громче и громче, обхватив ладонями лицо. Мира встала, и на ее лице читались по очереди испуг, надежда и полное счастье, заполняющее глаза слезами. Ей было наплевать на отца Белова и на все другие проблемы — ведь ее брат смеялся!

Белов же этой радости оценить не смог: