Выброшенный в другой мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 77

   Прошло несколько дней, и к ним в гости приехал ближайший сосед и приятель отца барон Алекс Гарт в сопровождении двух воинов в броне.

   - Вот, приходится ездить с охраной, - смущенно сказал он отцу. - На дорогах стало неспокойно. Ты тоже, Рон, не вздумай мотаться по дорогам один. Если что, я твою девочку одну не оставлю, но из меня по нынешним временам защитник плохой, сам не знаю, что со мной будет.

   - Пошли, перекусим с дороги, - предложил отец. - Опрокинем по кувшинчику вина и поговорим. А за твоими людьми присмотрят и накормят, можешь не сомневаться.

   Мужчины поднялись в трапезный зал, куда им из кухни принесли хлеб, жареное мясо и вино. За едой говорили мало, а подкрепившись, направились к отцу, прихватив кувшины с остатком вина с собой. Альда специально перебралась в смежное помещение, откуда можно было слышать их разговор, для вида занявшись рукоделием.

   - Твой направился к Мартину? - спросил отца гость.

   - Направился, - ответил отец. - До сих пор себя корю за то, что не проявил достаточно твердости и не заставил его остаться. И сам может погибнуть из-за чужой гордыни, и всю семью погубить.

   - Ты не веришь в успех герцога?

   - Не верю. Самовольный захват герцогского трона - это пощечина королю, а нашему королю всего пятнадцати лет, да и гонору у него, говорят, изрядно. Его отец еще мог признать нового герцога, чтобы потом его как-то убрать без риска ввязаться в войну с Мехалом. Я не сомневаюсь, что сейчас вмешательство короля приведет к войне. Мехал к ней уже давно готов, а тут такой удобный момент!

   Они еще долго говорили, и когда барон Гарт покидал их замок, вид у него был озадаченный и угрюмый. Отец как в воду глядел. Прошло несколько дней, и их проездом навестил один из очень дальних родственников матери Альды шевалье Рошак, имение которого располагалось где-то в районе Сакских гор.

   - С меня довольно, - заявил он хозяевам после трапезы. - Пусть Мартин и дальше бодается с королем, но уже без меня. Этот новый герцог захватил столицу и, по слухам, собрал большое войско. И это без всякой поддержки короля, а поддержка еще, несомненно, будет. Кто бы сейчас ни победил, лучше держаться от Ордага подальше. Мехал, глядя на этот бардак, дома не усидит, а драться с сотхемцами, когда половина герцогов готова ударить королю в спину... А твоего сына я не видел. Теперь заберусь к себе и буду тихо сидеть. Может и пронесет: не такая уж я важная птица, чтобы попасть в коронные списки.*

   (* списки лиц, уличенных в преступлении против короля)

   Беглец уехал, и потянулись дни, наполненные тягостным ожиданием. Еще больше волнений принес визит представителя магистрата города Паршин Ставра Кроне. Он приехал в сопровождении отряда стражи и зачитал обитателям замка указ нового герцога, в котором тот призывал всех, принимавших участие в мятеже, сложить оружие и отдаться на герцогское правосудие.

   - Мой вам совет, господин барон, как можно скорее заканчивать этот бунт. Право, ничего хорошего из этого не выйдет.

   - Я его и не начинал, - с тоской ответил барон, - а сын... Если еще жив и до сих пор не вернулся, как я могу на него повлиять?

   - Это да, - с сочувствием сказал Кроне. - Тогда готовьтесь к неприятностям. Те, кто сейчас не изъявит покорности, не попадут под указ об амнистии. Раз вы лично не принимали участия в мятеже, вам грозит только потеря титула и имения.

   - А что вы можете сказать насчет имущества?

   - В таких случаях этот вопрос решает новый хозяин имения. Обычно оставляют личные вещи и оружие, коней своих сможете взять. Вся казна должна остаться в замке.

   Кроне и его охрана направились дальше к соседям, а на следующий день во двор замка въехала карета в сопровождении десятка хорошо вооруженных всадников. На дверце кареты Альда разглядела герб графа Севоржа.

   Барон сам встречал гостей и предложил руку появившейся из кареты пожилой женщине.

   - Это моя дочь, Альда, - представил он девушку рослому молодому человеку и опирающейся на его руку женщине, когда все вошли в замок. - Альда, это наши гости: баронесса Алисия Лоран и сопровождающий ее шевалье Крон Хоган.

   - У вас красивая дочь, барон, - благосклонно кивнула баронесса.

   Увидев ее вблизи, Альда поняла, что ошиблась с возрастом. Судя по лицу, гостье было не меньше семидесяти лет. Все прошли в трапезный зал, где слуги уже поспешно накрывали стол. Из завязавшейся беседы Альда поняла, что баронесса была матерью графини Севорж и гостила у дочери, когда в провинции разразился мятеж. Граф нового герцога не поддержал и остался верен королю, из-за чего его замок подвергся кратковременной осаде, а визит баронессы к родственникам затянулся. От нее узнали, что пять дней назад было сражение, в котором войско Мартина было разбито, а он сам погиб. Сейчас она возвращалась домой в сопровождении дружинников графа, а шевалье Хоган ими командовал и отвечал за ее безопасность. Узнав, в какую переделку попали хозяева из-за выходки младшего Буше, баронесса искренне огорчилась.

   - Поверьте, барон, - с сочувствием сказала старая дама, - что если бы я могла, то ради вас и вашей дочери прервала бы путешествие и попыталась повлиять на герцога, но мой возраст это сделать не позволяет. Могу посоветовать обратиться к мужу моей дочери. Новый герцог, знаете ли, ценит верных королю дворян и, скорее всего, прислушается к его словам.

   - Спасибо за добрые слова, баронесса, - со вздохом сказал барон. - Я виноват в проявленном малодушии и готов понести наказание. Жаль, что вместе со мной пострадает и дочь, но тут уже ничего не поделаешь.

   - Если будет совсем плохо, можете на время найти приют в нашем замке, а дочь оставить у нас совсем, - сказала Алисия. - Я вам советую, барон, встретиться с герцогом лично. Это очень умный молодой человек, и он может войти в ваше положение. Имение вам назад не вернут, но он может что-нибудь придумать. Я очень недолго с ним общалась, но уверена, что это глубоко порядочный и по-настоящему благородный человек.

   Баронесса у них долго не задержалась и вскоре вместе со своим эскортом покинула замок.

   - Собирайся дочь, - сказал барон Альде. - Мы с тобой совершим конную прогулку. И оденься потеплее: сегодня холодный ветер.

   Прогулка оказалась недолгой. Проехав две леры* по дороге, они углубились в лес и через полчаса оказались у неказистого маленького домика. Здесь они спешились и привязали лошадей.

   (*лера - мера длины равная тысяче шагов или примерно 0,8 км)

   - Это охотничья избушка, - пояснил дочери барон, снимая со своего коня две тяжелые переметные сумки. - Раньше ею иногда пользовался старый лесник, но со времени его смерти сюда, скорее всего, никто не заглядывал. Видимо, дело идет к развязке. Скоро за нас возьмутся всерьез, и мне не хочется полностью зависеть от нового хозяина баронства. Поэтому мы с тобой кое-что здесь спрячем.

   Отец отворил скрипнувшую дверь и внес сумки внутрь.

   - Здесь есть небольшой тайник, - пояснил он Альде. - Вот под этой лавкой надо убрать пару плах и откроется яма. Сюда все и положим. В сумках те деньги и драгоценности, которые я тебе показывал, два арбалета и много еще чего по мелочи. Крыша пока не течет, так что здесь сухо. Надеюсь, что мы уйдем вместе, но теперь ты и сама сюда дорогу найдешь.

   Когда вернулись в замок, отец взялся собирать свои вещи в дорогу, приказав ей заняться тем же самым.

   - Лучше все сделать заранее, - сказал он, - чем потом собираться в спешке. Возьми с собой всю одежду и обувь, из которых не выросла, а так же теплое шерстяное одеяло и плащ матери. Я его недавно смотрел, ткань хорошая, так что он еще тебе послужит. В дорогу возьмешь костюм для верховой езды, в нем тебе будет удобнее, чем в платье. Еще захвати одну из курток брата. Собери все вещи, и пусть служанки увяжут. А ты проверь, чтобы все сделали как надо и ничего не забыли.

   Альда долго перебирала свои вещи, изредка примеряя платье или туфли. Все отобранное она положила на свой столик, туда же отправился и сверток со всякой необходимой в дороге мелочью. Когда служанки все уложили в две переметные сумки, Альда зашла в комнату матери, решая, что из находящихся здесь вещей может пригодиться в дороге, и что можно взять как память о матери. В результате ее поисков к собранным сумкам присоединилась дейра, на которой по рассказам отца любила играть мама, и отличный кинжал, обнаруженный в ящике стола.