Выброшенный в другой мир. Дилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 82

   Он принялся за еду, а Альда, чтобы скоротать время, повторила свой вопрос лейтенанту, который остался с ними за столиком допивать вино.

   - Вы так и не ответили, что делаете в городе.

   - Я приехал по делам наследства. Три декады назад умер мой дядя, у которого не осталось других наследников, кроме меня. Он был очень уважаемым в городе человеком и известным в провинции врачом. Я уже закончил почти все дела, сегодня должен решить вопрос с продажей дома, и можно возвращаться.

   - А куда вы поедете, после того как закончите с домом?

   - В армию, куда же еще? - немного удивился вопросу Арден. - Герцог затеял строительство небольшого города, где для всех офицеров будут строить дома, а пока приходится жить в лагере.

   Отец закончил есть, и они распрощались. В магистрате, куда Буше приехали в экипаже, вопреки опасениям отца, все решилось очень быстро. У них попросили подорожную, на которой сделали отметку о содействии обладателей этой бумаги магистрату города Колина и вернули все оружие.

   - Мы вас больше не задерживаем, шевалье, - сказал отцу начальник стражи. - Вы нам здорово помогли, но должен предупредить, что у убитых вами грабителей остались подельники. Так что, если вас в нашем городе ничего не держит, мой вам совет - уехать как можно быстрей, тем более что у вас с собой дочь, и не факт, что в следующий раз вам повезет так же, как вчера.

   Отец с дочерью на обратном пути купили в дорогу недостающие мелочи, забрали с собой с кухни хлеб и копченый окорок и съехали с постоялого двора, направив коней к южным воротам.

   - Пока нам везет с погодой, этим надо пользоваться, - сказал отец, когда они покинули город. - Скоро зачастят дожди, и путешествие превратится в мучение. Дорога раскиснет, и уже не слишком-то поскачешь. Да и путешествие под дождем - удовольствие еще то, а нам с тобой еще ехать и ехать. Как попа, не болит?

   - Все прошло. Ты не беспокойся, отец, я выдержу.

   - Вот в кого надо было вкладывать силы и душу, - пробормотал Рон Буше, - а не в этого спесивого болвана Рамона.

   Два следующих дня прошли в почти непрерывной скачке с небольшим отдыхом на обед и ночевках на придорожных постоялых дворах. Близился сезон дождей, и на тракте было мало проезжих. А на третий день они вляпались в неприятности по самые уши. Погода начала портиться: тучи затянули солнце, подул ветер, и заметно похолодало, поэтому отец решил не ограничиться перекусом на обочине, а остановиться на обед в трактире. Они отдали лошадей слугам и, взяв с собой самое ценное, зашли в трапезный зал. Зал был почти пуст, лишь за одним столом веселилась компания молодых, богато одетых людей, и поодаль сидело несколько воинов в легкой броне, которые не спеша цедили вино из больших глиняных кружек.

   - Смотрите, какая цыпочка! - радостно воскликнул один из парней, показывая пальцем на Альду. - И с таким старым кавалером! Иди к нам, мы подойдем тебе гораздо больше!

   - Не обращай на них внимания, - сквозь зубы процедил отец. - Иди рядом со мной и не отставай.

   - Она нами пренебрегает, - огорченно заметил второй, и по голосу Альда поняла, что он так же пьян, как и первый.

   - Это ничего, - успокоил его еще один гуляка. - В первый раз нам, что ли, обламывать несговорчивых девиц? Сама потом будет благодарна!

   - Кто эти щенки? - негромко спросил отец у трактирщика, опасливо прислушивающегося к разговору молодежи.

   - Вы бы поосторожнее с ними, господин. Это сынок графа Рабека. Его отцу принадлежит город, который вы, должно быть, недавно проехали. А остальные - это сыновья окрестных шевалье и молодой барон Роден. Они пьют уже пару свечей и изрядно набрались. А воинов к ним приставил господин граф, чтобы ничего не случилось.

   - Предусмотрительный отец. Лучше бы он сам выпорол свое чадо. Часто буянят?

   - И не говорите. Учиняют безобразия и портят девиц, а граф потом за все платит.

   - Ну от меня он деньгами не отделается. У вас есть комната, где можно было бы пообедать и отдохнуть? Боюсь, что если мы будем это делать в зале, то у графа станет на одного сына меньше.

   - Как не быть. Только уезжали бы вы, господин, от греха подальше, честное слово.

   - Поздно, - ответил отец, бросив взгляд через плечо.

   Все шестеро молодых выпивох уже выбрались из-за стола и загородили выход.

Глава 3

   Трактирщик тяжело вздохнул и повел Буше на второй этаж, где располагались гостевые комнаты. По пути он приказал слуге принести обед. С полчаса все было спокойно, и они даже успели хорошо пообедать, когда послышались пьяные голоса, и на дверь обрушились удары кулаков и ног.

   - Кому там нечего делать? - спокойно спросил отец, повысив голос, чтобы его услышали.

   - Отдай нам свою девку, старик и можешь проваливать! - заорал кто-то за дверью, и остальные поддержали его нестройными пьяными воплями.

   - Отойди в сторону, дочь, и на всякий случай приготовь лук, - сказал отец Альде и добавил для пьяниц: - Это не девка, а благородная девушка, и вам здесь ничего не обломится. Так что шли бы вы отсюда, пока просят добром.

   На минуту шум смолк, но потом тот же голос предложил:

   - Благородная, говоришь? Так это даже лучше. Мы тут все сами благородные. Надоели грязные крестьянки, а с благородной мы и сами по-благородному. Точно тебе говорю, довольна будет. Тебе ее от нас придется забирать силой!

   За дверью заржали в несколько голосов.

   - Плохо! - сказал отец. - Эти добром не уймутся, а если убивать, так потом нужно уезжать из герцогства. Сейчас я открою окно и спущу тебя вниз. Тут невысоко, одеяла хватит. А я им надаю плюх и прибегу к лошадям.

   Он подошел к окну и выругался: под окнами, положив руки на рукояти мечей, стояли двое воинов из тех, которые были в зале.

   - Так они не только защищают этих оболтусов, но еще и подрабатывают загонщиками! - разозлился отец. - Мне это надоело. Иди за мной и стреляй в любого, кто покажется опасным. По возможности постарайся никого не убивать.

   Отец открыл засов и изо всех сил навалился на дверь. Та распахнулась, снеся с ног трех насильников. Остальные трое, громко крича, бросились на Буше. Он шагнул навстречу пьяницам и несколькими сильными ударами уложил их всех на пол.

   - Можем идти, - сказал отец из коридора. - Поспеши.

   Альда, не убирая стрелы с тетивы, вышла из комнаты следом за ним, наступив на что-то мягкое. Под ногами кто-то застонал, и она ускорила шаг, почти бежала. Дорогу к лестнице им перегородили трое воинов с мечами в руках.

   - Шли бы вы отсюда, ребята, - посоветовал бывший барон, доставая свой меч. - Пока обошлось без смертоубийства, но если вы вынудите меня драться всерьез, я ведь буду вынужден вас всех здесь положить, а потом еще вернуться назад и прирезать ваш молодняк. Как вы думаете, если кто-нибудь из вас останется в живых, граф вам будет благодарен?

   - А кишка не тонка? - хриплым голосом спросил один из воинов, делая шаг вперед.

   - С ними говорить бесполезно, - сказал дочери Буше. - Они тоже порядком набрались. Так что, если мне будет трудно пробиться, вали всех! И надо действовать быстрее, пока не подошли еще двое, или не очухались те наверху. А то ведь действительно придется всех резать.

   Биться одному против троих, пусть и не очень трезвых противников без доспехов очень тяжело, поэтому, когда отец начал с ними рубиться, Альда, не теряя времени, отбежала в сторону и всадила стрелу в шею одному из воинов. Отец усилил натиск и вскоре ранил одного из противников в бедро. Второй, отчаянно отбиваясь, отступил вниз по лестнице. В открытую дверь вбежали еще двое, один из которых сразу же упал со стрелой в глазу. Оставшиеся воины напали на Рона, стараясь держаться так, чтобы он прикрывал их от стрел. Альда сбежала вниз по лестнице к отцу мимо раненого, который тщетно попытался схватить ее за ногу, и, присев, снизу вверх вогнала очередную стрелу под челюсть тому, кто был справа. С оставшимся противником отец разделался несколькими ударами.