2312 - Робинсон Ким Стэнли - Страница 98

— Чуть позже, пожалуйста. Мне нравится помогать людям.

— Ты достаточно легко двигаешься, чтобы помогать?

— Кажется, да.

Они продолжали помогать, как могли. Сидячие подтаскивали к себе лежачих и передавали следующим сидячим. Выходить нужно было группами, заполняя шлюз до предела, чтобы ускорить выход. Мало кто хотел отправиться первым, но сзади слышались крики, люди в коридорах упрямо пытались попасть в раздевалку, так что возникло своего рода осмотическое давление. Шлюз быстро заполнялся, дверь закрывали, ждали, когда шлюз откроется и опустеет, потом когда он закроется и снова заполнится воздухом, и тогда открывали дверь и впускали следующую группу. В шлюзе тоже некоторые не могли двигаться, и здесь трудились маленькие, протаскивая людей в открытую дверь; когда внутренняя дверь открылась после первого выхода, она увидела, что маленькие оставались в шлюзе, а их лица, закрытые лицевыми пластинами, выражают безумную радость.

На корабле были, конечно, и другие шлюзы — к счастью, потому что самые большие шлюзы для экипажа вмещали всего по двадцать человек и на каждый выброс уходило не меньше пяти минут; чтобы выбросить всех, кто выходил в скафандрах, требовалось не меньше двух часов. Почти все паромы и другие средства уже отправились.

Свон помогала организовывать группы перед входом в шлюз: это ускоряло эвакуацию. Они с Варамом действовали вместе и весьма успешно, если учесть, что сами они передвигались с трудом. Иногда они отвечали на тревожные вопросы. Запас воздуха, воды и пищи в скафандрах — на десять дней, и есть двигатель, способный перемещать скафандр на некоторое расстояние. Спасатели извещены и уже на пути сюда, так что всех подберут в течение скорее часов, чем дней. Все будет хорошо. И все же страшновато было покидать разгоняющийся корабль и окунаться в черную звездную пустоту в одном только скафандре. Многие входили в шлюз с округлившимися глазами, и Свон им сочувствовала, хотя в обычных обстоятельствах ей нравилось изумляться.

Некоторые группы покидали шлюз вместе, взявшись за руки; когда оставшиеся внутри увидели это на экране, почти все попробовали следовать их примеру. Люди общественные приматы и предпочитают рисковать вместе. Никто не хочет умирать в одиночку.

Время словно замедлилось, но Свон даже не заметила, как раздевалка опустела. Варам смотрел на нее; его взгляд говорил, что они не обязаны, как капитан, покидать корабль последними. Она прочла это в его взгляде, рассмеялась и схватила его за Руку.

— Пойдем со следующей группой?

Он благодарно кивнул. Из этого отсека уйдет еще всего несколько групп. Он готов.

Свон втащила его в шлюз. Собравшиеся внутри двадцать человек смотрели на внешнюю дверь. Похоже на лифт промышленного размера. Некоторые обнимались. Рука находила руку, и вскоре вся группа образовала кольцо. Свон сильно сжала руку Варама.

Засвистел уходящий воздух. Свон и Варам обнялись. Наружная дверь разделилась надвое, и половинки ушли в корпус. Перед ними зияло черное пространство; звезды были как просыпанная соль. Между тобой и звездами только лицевая пластина. Звезд столько, что картина, которую видишь с Земли, бледнеет; вокруг пустое пространство, заполненное звездами, огромное и не имеющее ориентиров — человеческий мозг не в силах его осознать. Или просто ночное небо, примитивное переживание, половина жизни. Время спать, а может, и умереть. Они собрались с силами и… квантовый скачек Шеклтона[142].

Они плыли в темноте; кое-кто пустил в ход двигатели, так что группа отвернула от стремительно удалявшегося корабля. Очень быстрый далекий осколок, сверкающий ослепительными огнями за кормой. Отвернись, не напрягай сетчатку, посмотри снова — «ШТУ-Мобиль» превратился в одну из звезд. Вы предоставлены самим себе.

Других групп не видно. Неожиданно мысль о том, что их найдут и спасут, показалась невероятной, сном или мечтой, которой не суждено осуществиться. Они прыгнули навстречу смерти.

Но Свон уже бывала в космосе и знала, что это возможно. В их скафандры встроены транспондеры, сейчас они посылают сигналы, как настойчивые маленькие маяки.

Они установили общую частоту 555, но время шло, а говорил мало кто. Сказать было нечего. Свон хотела отпустить ту руку, которая не была рукой Варама, но передумала. Его правую руку она крепко сжимала своей левой. Он сжал ее руку в ответ. Она переключилась на частоту 345 и услышала только его дыхание, спокойное и медленное. Он посмотрел на нее: он ее тоже услышал, услышал ее дыхание. За лицевой пластиной виднелось его лицо, круглое, выражение серьезное, но бесстрашное.

— Когда, по-твоему, это произойдет? — спросила Свон, глядя на белую точку, которую считала «ШТУ-Мобилем».

— Думаю, скоро, — ответил Варам.

И не успел он это сказать, как в той стороне, куда смотрела Свон, сверкнул огонек.

— Вот они!

— Возможно.

Наступила долгая пауза. Час… два часа… потом три.

Потом Варам сказал:

— Смотри, вон наш спасательный корабль.

Свон повернулась, чтобы посмотреть ему за плечо, и увидела небольшую космическую яхту, которая медленно подходила к ним под углом.

— Что ж, — сказала она. — Отлично.

Венера затенена; похоже, щит спасен. И они тоже.

Но тут прямо рядом с ними маленькая яхта взорвалась. Свон, ослепленная вспышкой, успела только отметить ее и тут же заключила, что при столкновении «ШТУ-Мобиля» с камнями осколки могли полететь в их сторону и ударить в яхту — не повезло, думала она, кольцо из двадцати, разорванное, «расплывалось» под действием то ли вырвавшегося воздуха, то ли от ударов фрагментами яхты; значит, люди ранены; впрочем, в миг взрыва она ощутила, как Варам и тот, кто держал ее за другую руку, отрываются от нее. Вскрикнув от этого осознания, Свон повернулась, чтобы не потерять Варама из вида; он вращался, расставив руки и ноги, от одной его ноги тянулась нитка красных кристаллов.

— Полина, очисти мою лицевую пластину, — велела она, нащупала пальцами в перчатках управление двигателем, стабилизировала свое положение относительно Варама и включила двигатель, отправляясь за ним. По дороге Свон миновала небольшое облако обломков яхты, среди которого вращался большой кусок, добрая треть, а то и половина корпуса — каюты зияют, видны переборки, как на рисунке в разрезе или в кукольном доме. Пришлось изменить курс, чтобы разминуться с разбитым кораблем, потом попробовать вернуться на след Варама. Он по-прежнему вращался и казался гораздо меньше; Свон на максимальной скорости полетела к нему. Почти задача для Полины, но по-прежнему нужно было лавировать среди осколков, поэтому она оставила управление за собой и гналась за Варамом, увертываясь от обломков яхты. Миновав их, она снова включила ускорение, вспомнив все свои навыки и не обращая внимания ни на что, кроме погони. Фигура впереди росла. Свон закричала:

— Полина, помоги!

— Позволь мне вести скафандр.

— Хорошо, только быстрей!

— Двигатель и так работает на полную мощность. Мне придется затормозить, если ты не хочешь проскочить мимо.

— Ну же!

Они неслись сквозь звезды. Варам в поле зрения по-прежнему рос. Свон снова взяла управление на себя вопреки возражениям Полины и продолжала стремительное сближение до самой последней секунды, а тогда резко повернула и выключила двигатель, едва не столкнувшись с Варамом; пришлось пролететь мимо (опять с помощью двигателя) в нескольких сантиметрах. Свон увидела его лицо: он потерял сознание, рот у него был раскрыт; Свон закричала, снова врубила двигатель, сделала крутой поворот и вернулась к нему. Полина не могла бы проделать это лучше.

Его скафандр был пробит под левым коленом, свернувшаяся и замерзшая кровь напоминала большой струп. Свон ухватила скафандр возле раны и стянула края.

— Дай шланг, надо выпустить воздух из штанины.

Скафандр Варама должен был перекрыть отверстие перегородками, как турникетом. Может, нижняя часть ноги уже замерзла и погибла, но скафандр справился с утечкой и поможет справиться с шоком. Она взяла высунувшийся из ее пояса шланг и продела его в отверстие в скафандре, маленькое, меньше сантиметра диаметром — шланг едва прошел. Свон пальцем зажала отверстие с другой стороны и подала через шланг теплый воздух. Все это время она кричала: