Каменное сердце (ЛП) - Уоррен Кристина - Страница 51

Элла услышала рычание Кеса и знала, что он готов броситься на ее защиту, но не хотела ничего слышать. Если она не закончит рассказ, не пройдет через это сейчас, то уже не сможет никогда.

Элла отпихивалась Кеса, пока он ее не отпустил. Она отодвинулась от него подальше, села и прижала колени к груди.

– Дело в том, – продолжила Элла, – они не спорили о диагнозе. Ни один из них не был против, никто их них не хотел услышать мнение другого врача; они оба согласились с моим полоумием. Родители спорили о том, когда упрятать меня в больницу. Доктор хотел меня в тот же день упечь в психушку, но папа настоял подождать, хотел провести выходные вместе. Говорил, что следующая неделя подойдет, чтобы отправить меня в больницу. Но мама с ним не соглашалась. Ее напугал доктор, и она боялась, что если они не сдадут меня сейчас же, то может что-то случиться. – Вздрогнув, Элла крепче зажмурилась от нахлынувших воспоминаний. – Я так сильно разозлилась, взбесилась до чертиков. Я думала, что они меня любили, защищали, а они вели разговор о том, как бы запрятать меня в психбольницу. Они не рассматривали вариант "если", а спорили лишь о времени.

Она прижалась лбом к коленям и сжала кулаки. Элла так хотела закричать, ударить что-нибудь, поскольку тогда так себя и чувствовала. Ее предали те, кому она доверяла больше всего в мире. Хоть и считала, что родители ее любили, но они отвернулись и отказались от нее.

– Я взбесилась. – Элла не подняла голову, хоть и понимала, что голос звучит глухо из-за позы, но не могла смотреть на Кеса. Не могла смотреть на выражение его лица, когда будет говорить правду. Она знала, что он ее услышит своим сверхъестественным слухом. – Сильно сорвалась. И начала кричать с заднего сидения. Папа чуть не съехал с дороги, а мама слегка ошалела. Сначала она пыталась меня упокоить, но я не замолкала. Не могла. Еще никогда в жизни, я так не злилась. Мне хотелось сделать им больно, потому что они сделали мне, чертовски, больно.

Элла подавила всхлип, но не смогла сдержать дрожь.

– Сначала заорала мама, потом папа, но думаю, он просто пытался нас перекричать, хотел успокоить, но я полностью потеряла контроль. А потом магия просто... вырвалась.

Элла содрогнулась, пойманная в ловушку воспоминаний. Она увидела ослепительную вспышку света, практически ощутила болезненный взрыв силы, которая переполнила ее тело и прорвалась наружу, как в ту ночь, когда она выстрелила магией в Кеса.

Но в детстве магия была более дикой, опасной, почти неконтролируемой. Энергия заполнила салон машины.

Элла помнила крики, звуки клаксонов и вторую вспышку света. Ощутила удар за ударом, сильное давление ремня на ее бедро и грудь, отвратительный скрежет метала об метал. Кровь.

Она никогда не забудет запах крови.

– Я их убила, – прошептала Элла. – Убила своих родителей. Я перестала контролировать магию, и она взяла верх надо мной. Случилась страшная авария. Наш универсал, еще одна машина и огромный грузовик. Родители умерли от удара. Мы столкнулись лоб в лоб с другой машиной, водитель которой тоже умер. А грузовик врезался в нас сзади. Старая модель без подушек, лишь с ремнями безопасности. От удара спина водителя сломалась. Наш универсал был полностью искорежен, но заднее сиденье осталось нетронутым. Я единственная выжила. И все из-за меня.

Переводчики: inventia

Редактор: Shottik

Глава 15

Кес посмотрел на своего маленького человечка и окончательно убедился, что у него есть сердце, потому что оно только что разбилось.

Он потянулся к Элле и поморщился, когда она отшатнулась от его прикосновения. Звук ее рыданий резал глубже, чем заколдованный кинжал ночных.

Та рана уже затянулась и почти исцелилась. Но этот удар Кес навсегда запомнит.

И в следующий раз, когда попытался притронуться к Элле, не стал обращать внимания на ее попытку отстраниться. Его не волновало, что она не желала прикосновений, его маленького человечка нужно обнять.

А еще нужно заставить понять, что это признание в убийстве родителей – абсолютная и полная чушь.

Но сначала, ее нужно успокоить.

Сев на край кровати, он притянул Эллу к себе на колени, в очередной раз прижимая к своей груди. И ощутил волну удивления от понимания, что эта поза становилась привычной и без сомнения доставляла удовольствие.

Кес любил обнимать своего человечка и хотел, чтобы она всегда сидела так.

Элла продолжала плакать в его объятьях. После недавнего припадка, он задумался о том, откуда в ней столько жидкости. Затем схватил стакан воды с тумбочки и заставил ее выпить еще. Ведь может случиться обезвоживание.

И вновь она стала сопротивляться, но Кес упорствовал, и Элла сдалась, начав пить маленькими глотками. Но на этот раз, он не отступил, пока стакан не опустел.

Очевидно, Элла вновь выбилась из сил, судя по тому, что не била ногами по его лодыжке и не пыталась высвободиться из объятий. Вместо этого просто спокойно лежала у него на коленях, пока всхлипы не стали тише.

Кес подождал, пока ее мышцы полностью расслабятся, затем обхватил подбородок Эллы и заставил ее поднять голову.

– Посмотри на меня, маленький человечек, – приказал он. Она нехотя посмотрела ему в глаза. – Пойми одно, я услышал все, что ты сказала, каждое слово, и хочу сообщить тебе, ты – глупышка.

Элла дернулась и чуть не свалилась на пол, но Кес крепче ее обнял.

-Ты не понимаешь...

Он перебил ее:

– Прекрасно понимаю. Ты считаешь себя злой, потому что твоя магия убила родителей, и чувствуешь ответственность за их смерть. Это все чушь.

– Я убила их, – выдавила она, сжав кулаки, но Кес крепко ее держал, предотвращая любые попытки сбежать. – Я там была. И помню, что все шло хорошо, пока я не утратила контроль. Я виновата в аварии, из-за меня они умерли.

Слова были просто пронизаны убежденностью. Элла серьезно верила, что она – убийца, какое-то чудовище, способное убить даже тех, кого любит больше всего в мире.

Он вспомнил реакцию Эллы на смерть ночного и захотел рассмеяться. Кес никогда не встречал человека... или существо... настолько далекое от понятия "убийца", как его маленький человечек. У нее доброе сердце и нежная душа, таких Кесу встречать еще не доводилось. И это объясняло ее столь глубокое чувство вины за смерть родителей и причину, по которой она проснулась с криком ужаса.

Сегодня на ее глазах умер человек, и Элла вновь винила себя в его смерти. То, что она забрала у кого-то жизнь, разворошило воспоминания и лишний раз подтвердило ее мнение о себе.

Кес все это понимал. Остался единственный вопрос – получится ли убедить Эллу в обратном?

– Ты знаешь, что я долгое время находился в состоянии дремы, – начал он медленно, – и признаю, что мое понимание действий органов власти человечества не полные, но думаю, что такие аварии должны расследоваться, так? – Элла кивнула, явно опасаясь того, куда приведут его слова. – И эти органы решили, что ты виновна в смерти родителей? Как и в смерти другого водителя? Тебя обвинили? Сказали, что авария случилась из-за тебя?

– Им и не нужно было. Я пережила это, и единственная выжила. – Ее голос был буквально пропитан горем, и в нем не прозвучало ни малейшего намека на прощение девочки, которой Элла была, и женщины, которой стала.

Кес подавил вздох. Его маленький человечек такой упрямый.

– Расскажи, что они тебе говорили, когда нашли и когда завершили расследование.

Элла напряглась и пожала плечами.

– Прошло много времени, я многое забыла.

– Но кое-что помнишь. Я знаю, потому что видел твои переживания. Ты помнишь аварию, маленькая Элла. Ты говорила, что оказалась в ловушке на заднем сидении, а значит, что твои родители умерли в передней части салона.

Она задрожала.

– Да.

– Тогда, как ты выбралась оттуда? Кто спас тебя?

Кес наблюдал, как Элла, сконцентрировавшись, сжала губы и свела брови.