Фрейлина немедленного реагирования - Лазарева Молка - Страница 69

— Эль, тут все намного сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Я смерила мужчину вопросительным взглядом и, отодвинув обгрызенные куриные косточки в сторону, потянулась за пирожками.

— Тетя Маня даже не человек. Самое близкое понятие из вашего мира -

домовая.

Я поперхнулась.

Так бывает, когда внезапно понимаешь, что мир устроен несколько сложнее, чем представлялось на первый взгляд.

Пробуждение, сумасшедший дар, драконы, а теперь еще и домовая. А

дальше что? Гномы и орки? Милашки — вампиры с золотыми глазами?

— А разве домовые не старички с бородой и в лаптях? — выдала я.

Брюнет смерил меня недоуменным взглядом.

— Ты только при Мане такого не ляпни! — он сделал паузу и так же, как и я,

потянулся за пирожком, — На самом деле, мы сейчас в этой столовой не одни.

Одновременно здесь могут находиться десятки человек, просто мы их не видим. Они как бы в другом измерении. Каждый раз, проходя через преграждающий морок, мы попадаем в это помещение, вот только выглядит оно всегда по — разному. Мы с Троей даже эксперименты проводили. Если заходить сюда одновременно и не держась за руки, то попадаешь в разные столовые. Если же есть хоть малейший телесный контакт, то в одну.

— А Маня? Она во всех вариантах есть?

— В том‑то и вся чудесность этой магии. Ее кухня и сама домовая всегда неизменны. А еду она готовит на весь персонал академии. Здесь же кроме учителей еще и уборщики, и поварята из студенческой столовой есть. А когда королева приезжала со свитой, ее тоже потчевали Маниной стряпней по индивидуальной программе.

Мне обидно стало… Во — первых, потому что нас всегда кормили отвратительно, а точнее, очень диетически, а во — вторых, Трою вспомнила.

Именно она нас от голодной смерти перед балом спасла.

— Эль, ну что с тобой? — Глеб своей ладонью накрыл мою руку, лежащую на столе.

Легкие поглаживания его пальцев успокаивали.

"Эй! Не расслабляйся! Ты на него обижена! Не забывай!"

— Ты обещал рассказать, — я глубоко вздохнула. — Где ты был все это время?

Мужчина устало откинулся на спинку стула.

— Я ищу ответы на случившееся! Целыми днями в библиотеке, вычитываю фолиант за фолиантом, книгу за книгой. Мне уже кажется, что им нет конца и края, — он полностью выдохнул, и после короткого вздоха, полушёпотом добавил. — Эля, то, что произошло с Троей неправильно, слишком странно!

Я, как бы, профессором логики не была, но даже ежу понятно, что нападение в Академии на преподавательницу, пусть и не среди бела дня — это непорядок!

Видимо, эта мысль отразилась на моем лице, потому что Глеб будто бы опять прочел мои мысли:

— Нет, Эль, ты не поняла! Я не об этом! — он сделал паузу. — Ну не оживают трупы! А она была мертва! Почти пятнадцать минут! А если все же и оживают, то почему она в себя не приходит?!

Я призадумалась. Медицинские знания, почерпнутые из родных для моего мира телесериалов а — ля "Доктор Хаус" и "Интерны", подкидывали умные термины в духе — клиническая смерть и что‑то про отмирание клеток мозга.

Эти грустные мысли я и поспешила озвучить Глебу. Он лишь отмахнулся.

— Нет. Тут есть что‑то еще!

— Например то, что этим самым пытались подставить тебя? — я не знала в курсе ли Глеб о повторной попытке добить Трою ядом, но что‑то мне подсказывало, нет — не в курсе!

Если Эридан приказал молчать нам с девчонками, значит, и врачи в больничном крыле немы, как рыбы.

— Подставить меня? — зельевар призадумался. — Возможно. Но на меня, с учетом моих периодических поэтических обострений, легче всего подумать.

Плюс, я обладатель сильного дара телекинеза! На кого еще валить‑то?

— А много в академии подобных тебе по силе?

Визави горько усмехнулся.

— В том‑то и проблема! Ни — ко — го! — по слогам произнес он. — Я здесь один такой! По крайней мере официально!

— В каком смысле, официально? — не поняла я.

— А все просто! Тех, кто обладает сильным или редким даром — можно по пальцам пересчитать. Как правило, это либо наследники древних и знатных родов — чаще всего королевских! Либо иномиряне, или, очень редко, выходцы из простого люда. Я, считай, самородок — сиротинушка! Так вот, не все спешат эту силу афишировать в целях своей же безопасности! Дополнительные козыри в рукаве никому не помешают!

— То есть, в академии, теоретически, могут быть те, кто обладает таким же по силе даром, как и у тебя? Так?

— Вполне.

— Но ведь с тем же успехом это могут быть люди из королевской свиты! —

продолжала я развивать мысль. — Там же одни дворяне были! Мало ли какие у них дарования!

И тут Остапа понесло, точнее меня. Ибо моя мысль перескочила на новую волну.

— Глеб, а если ты знатного происхождения? Вдруг ты тоже дворянин! Граф какой‑нибудь, или герцог! Сам же говоришь, такие силы у знатных родов бывают чаще! Вдруг тебя похитили в младенчестве у богатой матушки и потребовали выкуп?

Сериальные познания рисовали в голове ту еще Санта — Барбару! А

книголюбное прошлое подкидывало просто фантастические варианты развития событий!

— А если ты последний потомок, скажем, какого‑нибудь супер — пупер древнего и таинственного рода? Или, спасаясь бегством от какого‑нибудь злодея, твои родители пожертвовали собой и спрятали тебя там, где никто не станет искать? — на всякий случай к зельевару я присмотрелась внимательнее,

вдруг у него шрам на лбу есть… чем черт не шутит. — А может, ты сказочно богат, у тебя золотые горы наследства и пять родовых замков!

По мере моей пылкой речи у Глеба плавно округлялись глаза, пока в конце концов он не приподнялся со стула и, перекинувшись через стол, заткнул мне рот ладонью!

— Стоп! — глядя мне в глаза, строго произнес он и отнял руку ото рта. — Эля,

давай договоримся! Разговоры о моих возможных родителях не начинать! По двум причинам! Во — первых, если бы я был дворянского происхождения, то мои потенциальные родители все Двадцать королевств перевернули, лишь бы найти своего отпрыска! Здесь многодетностью никто не страдает, а ради ребенка люди готовы душу дьяволу отдать! А во — вторых, даже если на секунду допустить, что ты права, и я действительно сын кого‑то знатного, то я никогда и ни за что не смогу простить такого горе — родителя и тем более принять от него какие‑либо бонусы или наследство! Мне просто противно от одной этой мысли! Убил бы! — руки зельевара самопроизвольно сжались в кулаки.

Я испуганно притихла.

Знала же, что для Глеба тема его родителей довольно болезненная, и все равно, черт меня дернул начать эту немыслимую фантазию.

Подняв глаза на брюнета, вторично поняла, что обычным "прости" тут не отделаться. И все же выдавила из себя извинения:

— Глеб, я ведь дурочка! Ляпнула не подумав. Просто, если откинуть все эти безумные фантазии, то моя теория о твоем происхождении многое бы объяснила. И твой таинственный иммунитет к ядам и могучий телекинез.

Мужчина заметно успокоился и вновь сел за стол.

— Как раз наоборот! — сейчас в его поведении ничего не выдавало минувшую вспышку гнева, — Этот иммунитет к ядам есть только у меня! И

если допустить, что я сын кого‑то знатного, то похожий дар должен быть либо у отца, либо у матери! А подобных талантов среди известных дворян нет!

В глубине сознания закопошилась Эльвира.

"Кстати, еще одна идея в копилочку! А если кто‑то из его родителей -

иномирянин с проснувшимся даром? Такое ведь может быть! Тогда понятно, откуда он такой самородок талантливый выискался!"

Подобная идея имела смысл, вот только озвучивать ее Глебу я не собиралась. Не положено мне знать еще по срокам обучения о Великом пробуждении дара! Если поделюсь идейкой, то у магистра возникнет миллион вопросов. А оно мне надо?

Правильно — на фиг не надо!

Тем более, что зельевар при всей своей напускной наивности и дурашливости — идиотом не был! Такой вариант с родителями — иномирянами наверняка рассматривал и сам!