Эпоха Куликовской битвы - Быков Александр Владимирович - Страница 72

Правда, во времена Мамая наиболее крупные города государства были обнесены земляными валами с бревенчатыми стенами поверху, но эти сооружения не остановили Железного хромца.

Овладев Крымом, войска Тамерлана разрушили Солхат. Потом они 18 дней осаждали Кафу. Город был взят, и все его христианское население было ограблено и захвачено в плен.

Затем завоеватели двинулись к верховьям Дона. Пока Тимур шел на север, его сын, Мираншах, захватил торговый город Азак и находившуюся в нем венецианскую колонию — Тану. Овладев венецианской крепостью, он сжег дома и предал все немусульманское население смерти. Затем Мираншах разорил Кубань и уничтожил ее главный город Маджар. На обратном пути в Среднюю Азию Тамерлан разрушил оба Сарая и все другие крупные города Золотой Орды.

Великая Русь составляла часть Тохтамышева улуса. Ее ждала та же участь, что и богатые золотордынские города Поволжья. Тамерлан вошел в русские пределы, взял Елец, пленил его князя, опустошил окрестности и двинулся на Москву. Но до города он не дошел. Постояв в пределах Рязанского княжества пятнадцать дней, Тамерлан 26 августа ушел обратно (см. Приложение 11 — О Тамерлане).

Согласно церковной легенде, дабы спасти Москву от нашествия, митрополит Киприан приказал перенести в Москву почитаемую икону Владимирской Божьей Матери, «заповедав тогда всем людям поститься и молиться».

Посланцы Москвы прибыли во Владимир 15 августа, в день Успения Пресвятой Богородицы. Отслужив молебен, икону вынесли из Успенского собора и по Владимирской дороге крестным ходом двинулись к Москве. Весь город вышел на проводы иконы. Одиннадцать дней крестный ход с иконой шел по Владимирской дороге. 26 августа вся Москва от мала до велика во главе с митрополитом Киприаном встречала икону за городом на Кучкове поле. Икона была поставлена в Успенском соборе. Вскоре по всей Москве разнеслась весть, что в день встречи иконы Тамерлан снялся со стоянки на Дону и ушел в степь. Якобы ему приснился страшный сон, и он увел свои войска.

Несомненно, Киприан был талантливым организатором «чудес». Он устроил пышное мистическое действо. В то же время к войне были изготовлены войска Василия Дмитриевича, уже вышедшего из Москвы навстречу Тимуру. Пройдя Коломну, московский князь занял оборонительные позиции на берегу Оки, а своим наместникам и городским воеводам приказал «укрепить осаду». В это же время великий князь литовский Витовт собрал свои войска, повсеместно распустив слух, что он идет на татар. Таким образом, Тамерлану наглядно продемонстрировали, что, напав на Москву, он будет иметь дело не с остатками Тохтамышевых владений, а с силами всей православной Руси. Именно эта демонстрация единства русских и литовских князей послужила причиной «страшного сна» Тамерлана.

А затем Киприан инициировал утверждение нового общерусского праздника — Сретенья иконы Божьей Матери.

ВОЙНА «ЗА СТАРИНУ»

Зимой 1395–1396 года в Смоленске произошла «брань» и «розность» между смоленскими князьями, братьями Святославичами из-за великого княжения Смоленского.

Тем временм Витовт, собравший армию якобы против Тамерлана, двинулся на Смоленск «наводить порядок». Заметим, что в это время Смоленским княжеством владел князь Глеб Святославич. Он поехал навстречу Витовту, а тот встретил его с большой честью и сказал: «Выйдите ко мне все князья с любовью, слышал я, что промеж вас недружба великая, и если между вами будет спор или распря, обратитесь ко мне, как к третьему (как к третейскому судье. — Прим. авт.), и я меж вами в правду (по закону. — Прим. авт.) рассмотрю».

Смоленские князья, находившиеся в городе, поверили Витовту и вышли с дарами из города, думая, что великий князь литовский их и вправду рассудит. Они прежде уже не раз обращались к нему как к третейскому судье. Так, в 1392 году Витовт уже вмешивался в конфликт смоленских князей. Тогда он сместил с великого княжения Юрия Святославича и поставил на его место нынешнего великого князя смоленского — Глеба Святославича.

Но в этот раз Витовт пришел к Смоленску не судить, а захватывать. Великий князь литовский приказал схватить всех явившихся к нему смоленских князей и бояр и отослал их в Литву, сжег смоленский посад, полонил многих людей и объявил Смоленск и Смоленское княжество своим владением. Затем он ушел, оставив в городе своих наместников — князя Ямонта и Василия Борейкова. То есть Витовт продолжал энергично собирать земли «под свою руку».

Князь Юрий Святославич в это время гостил в Рязани у своего тестя, князя Олега Ивановича Рязанского. В правилах Олега было заступаться за своих родственников и союзников.

«Тое же зимы князь великий Олег Иванович Рязанский с зятем своим, с великим князем Юрием Святославичем Смоленским, и с братией своею, с пронскими князьями и с козельским, и с муромским, пошел ратью на Литву и много зла сотворил им». Это был ответ Витовту Олега и его сторонников на захват Смоленска. С этого момента фактически началась открытая война Рязани с Литвой. Литовцы ответили:

«Тое же зимы ходил Витовт Кейстутович, князь великий Литовский, ратью на Рязань и волости повоевал, а Олег Рязанский великий князь в то время еще не пришел в Рязань и услышав это, оставил полон в некоем месте, и пришел на загонщиков и многих избил, а иных поймал. Услышав же это, Витовт убоялся и скоро на бег устремился и возвратился восвояси. Олег же со большой выгодой и богатством вошел в свою землю и удержал у себя зятя своего князя Юрия, который тогда был в скорби и сильно тужил о братьях своих и об отчине своей». Никогда раньше со смоленскими князьями не случалось такой беды, чтобы все они пострадали «от Витовта лукавого и ненасытного чужое похищать».

Известно, что нападение литовского князя на Рязань не вызывало протестов со стороны Василия Дмитриевича, князя московского. В этот период он дружески пересылается с Витовтом, а в 1396 году даже приезжает к нему в захваченный Смоленск. В 1396 году Василий вместе с Киприаном «поехал из Москвы в Смоленск видеться с тестем своим Витовтом», праздновал здесь Пасху и вернулся в Москву, а Киприан «оттуда пошел к Киеву и там пребывал полтора года».

Во время встречи в Смоленске московский и литовский князья утвердили границы своих владений. В переговорах участвовал и митрополит всея Руси Киприан. Митрополит поставил в Смоленске своего епископа Насона. Предыдущий епископ смоленский Михаил был смещен Киприаном, отправлен в Москву, заточен там и через несколько лет умер в темнице.

Во время совместного празднования Пасхи в Смоленске, а возможно и раньше, произошел раздел сфер влияния между Москвой и Литвой. Видимо, все мелкие владения попали в ту или иную сферу влияния. Смоленск был отдан Литве. К тому времени Витовту уже принадлежали почти все уделы черниговских князей. Владения великого князя литовского простирались от псковских границ до Галичины и Молдавии, доходили до берегов Оки, Сулы и Днепра.

Но Олег Рязанский не мог согласиться с подобным переделом. Ведь следом за Смоленском, Витовт или Василий Дмитриевич могли захватить и поделить и Рязанское княжество. В 1396 году рязанский князь вновь вошел в литовские земли и осадил Любутск. Но на это моментально среагировал Василий Дмитриевич. Он послал к Олегу Ивановичу боярина с укоризной, что, дескать, великий князь Олег нарушает условия договора — у нас с Витовтом мир! И Олег отступил, понимая, что бороться еще и с Москвой ему не по силам. Но отступил он, надо заметить, «со многим полоном», по свидетельству Никоновской летописи.