Преумножающий дары (СИ) - Драфтер Ули Александрия - Страница 15

— Все прошло хорошо, — говорит он над самым моим ухом, — в дальнейшем, я буду использовать и другие способы, готовься к тому, что оболочка будет получать сильные повреждения, поэтому заготавливай потенциал для заживления. Когда будет возможность, я буду доводить контакт до твоей ликвидации, но не беспокойся об этом — в таком случае оболочка восстанавливается очень быстро, — он проводит рукой по моим волосам, перебрасывает косу вперед, снова замыкая объятия, — скоро ты сам научишься приемам, подводящим тело к грани уничтожения.

Я уже восстановил и свое восприятие и способность осознавать услышанное. Теперь мне ясно, какую работу следует вести над собой и что следует освоить. Я должен быть сильным функционалом по всем своим функциям. Как бы сложно это ни было.

Часть 19. Мононгохорн

После окончательных разъяснений мне было разрешено сопровождать своего Куратора в Мононгохорн. Там была назначена встреча со смертными правителями, взаимодействие с которыми является важным аспектом развития параллели.

Патрон отправляет меня сменить облачение на более изысканную одежду и подготовиться к выходу. В город мы должны были отправиться верхом.

В моих покоях меня уже дожидается младший функционал с намерением помочь мне привести себя в надлежащий вид. Я принимаю помощь, одеваемый в легкое платье и тяжелую накидку. Волосы, по моей просьбе не расплетенные, функционал укладывает вокруг головы, будто корону. Я спускаюсь к месту, где должны быть подготовлены животные. Моя лошадь узнает меня издалека, начиная проявлять нетерпение.

Но ждет меня не только она.

— Наконец-то выглядишь не как чахлый солдафон, — Вард уже восседает на коне, который едва сдерживается, чтобы не перейти в галоп, под осаждающим его всадником.

— Я не обязан постоянно услаждать ваш взор, моя функция такой роскоши не позволяет, — отвечаю на диалекте параллели. Манера врача говорить со мной мне знакома. И отвечать я стараюсь не менее иронично.

— Это смотря какая, дорогая Миштар, — потом останавливается, жестом прося внимания, — запомни, таково твое имя в этой локации.

— Учту. А как же мне к вам обращаться?

— Вард. Это имя бессменно, — говорит он, разражаясь довольным хохотом, — кстати, мне удалось выяснить, что к вашему появлению в Сарасате готовят с большое торжество. Местному населению будет объявлено о явлении помощника Высшего деманона, — я удивлен и этого не скрываю, чем еще больше веселю лекаря, — да-да, а прибудет к ним тощая немощь. Вот будет веселье, — он снова смеется. Мне же теперь становится действительно дурно. Перелается чувство от оболочки или от сомы, понять я не могу.

— Пусть не судят по внешности, — говорю я странно знакомые слова. Я это где-то уже слышал.

— Так вот к тому я и клоню, дорогая Миштар, — говорит он, придерживая узду моей лошади, пока я устраиваюсь в седле в неудобной одежде, — извольте оправдать свое звание делом.

— Изволю, — говорю я, перевоплощаясь в сому вместе с лошадью. Вард отшатнулся от жара, сопровождающего мое истинное тело, но едкой ухмылки не убрал.

— Не перестарайтесь, уважаемый помощник. Запас одежды у вас ограничен, учтите, — говорит он, садясь на своего коня.

С запозданием я вспоминаю, что на мне не привычное облачение, сохраняющееся с оболочкой в момент перевоплощения, а совсем иная одежда и она могла просто сгореть. Но, постепенно вернув себе нейтральный облик, понимаю, что платье с накидкой на мне целы.

Вард, чувствуя свою победу, удаляется, взяв сдержанную рысцу. «Позер» — слышу его комментарий на мою демонстрацию. Я же несколько успокаиваюсь, надеясь, что сказанное врачом было просто преувеличение.

В город я отправляюсь уже с Патроном.

— Я представлю тебя демам, которые взаимодействуют с нами в локации, куда тебя направят, — Куратор говорит обыденным тоном, — ты будешь прямым моим представителем там, но полностью твои действия я регламентировать не стану.

— Вы доверяете мне, куратор? — если так, то достоин ли я доверия?

— Это и ответственность и привилегия. Только от тебя зависит, оправдаешь ли ты ожидания многих, — значит, не все так однозначно, — но знай, я сам поручился за тебя. И не только я.

Видимо, Высший Созидатель отблагодарила меня далеко не только подарками.

Под свои раздумья я не замечаю, как мы приближаемся к стенам города. Уже с большого расстояния становятся заметны сложные устройства на башнях и бойницах. Когда же мы приближаемся к воротам, я понимаю всю мощь этого строения. Каменные створки не откидываются, а под действием мощнейшего механизма складываются подобно ширме. За ними же открывается вид на широчайшую площадь. Я поражен.

Моя обитель и обитель Высших, конечно никогда не даст нейтральному уровню обойти себя, нет сил в этой параллели сотворить такое, что есть в хаосе энергии высоких температур и радиации. Но, привыкнув к нейтральному уровню, начинаешь сравнивать и оценивать в его категориях. И то, что я видел, было непостижимо. Огромная высота и величественность зданий. Сложность барельефов и скульптур заставляет разглядывать каждый элемент в отдельности. Сложные устройства, так или иначе, проглядывают через изысканные украшения стен, а иногда, сами являются украшением. Витые лестницы и витражи внезапно оказываются иными по своему назначению, чем кажется на первый взгляд. Я всеми силами пытаюсь распознать их назначение, но часть них все равно оказывается от меня скрытым.

— Вы были правы, называя это жемчужиной параллели, — говорю я, пребывая в созерцательном экстазе.

Но куратор в ответ молчит, даже закрывает не на долго свою ауру. Я сказал что-то неуместное?

— Да, ты прав, — наконец отвечает Патрон, — ты еще не раз будешь здесь и осмотришь все более подробно.

Здание, к которому мы приближаемся, казалось, собрало в себе всю силу и великолепие города. Высота шпиля даже превосходит городские стены. Постройка раскинулась на сотни и сотни шагов самыми разнообразными и изящными формами. Сады, пруды, все это существовало не только у его подножия, на земле, но и на самих строениях. Они стелятся подобно лесу по склонам стен, стекают водопадами и горными реками по причудливо созданным руслам. Создают радуги в свете солнца и узоры из брызг. Сам город за стенами — не однородная плоскость, а целая долина с оврагами и горами, но их рукотворность бросается в глаза ажурностью каменных выступов и упорядоченностью растительных узоров. Но времени у меня не столь много, чтобы рассмотреть все, потому как мы входим в невероятную обитель смертных. Наши животные оставлены у входа, сами уходят в нужном направлении.

За порогом, отмеченным высокой узкой аркой, идет коридор, по обе стороны которого выстроились встречающие. Почетный строй отмечает каждый шаг нас троих поклоном того, с кем мы поравнялись. Зал, невероятное по сложности и красоте пространство, сначала принимается мной за лес из витража и тончайшего кружева металла и камня. Только потом я понимаю, что потолок, в котором видно столь сложное разнообразие и переплетение материалов, является подобием энергетических куполов Уровней. Рукотворно здесь воссозданы элементы мира насыщенного энергией и из энергии состоящего.

— Будь внимателен, наблюдай, — говорит мне уже Вард, который до этого момента безмолвно шел рядом.

Я смотрю в высоту купола, понимая, что некий запущенный в его недрах процесс начинает порождать множественные разряды. Они нагнетаются и аккумулируются в центральной сфере. Ее структура такова, что под пронзенным тысячей игл корпусом загорается метал. Он достигает такого уровня накала, что превращается в рукотворное солнце. Яркий свет озаряет помещение и оно начинает петь сиянием невообразимую песнь. Говорит на множестве языков. Перечисляет диалекты этой параллели. Вторит знания на сотни ладов.

В сфере над головами рождаются знаки. «Внемлите посланникам уровней, примите и приумножьте их дары» — затем сфера являет символы-руны: лебедь — Милидаританон, Милидар, бык — Патранатариан, Патрон, затем сменяется еще несколько рун — червь — распределитель, ящер — лекарь, затем, после некоторой паузы является то, что я не забуду и после смерти — белые крылья, пронзенные черным лучом — Миштар, энгах.