Преумножающий дары (СИ) - Драфтер Ули Александрия - Страница 76

— Это правда? — видимо, старший из смертных обращается к Марису. Тот кивает, приняв мой план, — а кто разминировать будет?

Мы с Марисом переглядываемся.

— Я, — опережаю его ответ. Человек, немного озадаченный этим, задумчиво чешет голову под меховой шапкой, — это не первое мое задание, — пытаюсь заверить его.

Марис тоже преодолевает ступор, добавляет.

— Госпожа Несвета опытный сапер. Потому ее и вызвали из самого Центра.

Вероятно, это ослабляет степень недоверия, но не полностью.

— Я конечно, все понимаю, — мужчина подходит к Марису чуть ближе, сам прося того приблизиться, — но как-то не выглядит ваш сапер опытным.

— Не сомневайтесь, — твердо отвечает ему функционал, — лучшего у нас нет.

Мужчина вздыхает, снимает шапку и делает шаг ко мне.

— Я понимаю ваше беспокойство, — говорю ему, начиная первым, — поэтому я постараюсь сделать все как можно более аккуратно.

— Это место дорого для нас как память, — говорит он, прижимая шапку к груди, — мои мать и отец погибли там. Там половина села своих родственников схоронило.

Киваю. Вижу, как это важно.

Мы договорились на том, что люди останутся наблюдать за ходом процесса запечатывания с безопасного расстояния. Это создавало нам некоторые трудности, но вполне решаемые. Установив изолирующий купол, невидимый для смертных, я активировал силу своей сомы, прикрываясь оболочкой. Со стороны это так же не было заметно. Для видимости процесса и правдоподобности, мне был выдан бронированный контейнер, используемый как раз при разминировании.

К полудню мы уже закончили. Источник действительно был небольшой, скорее лазейка, чем полноценный переход, но заложенный в него потенциал намекал на дальнейшее расширение. Реликты, упокоенные в земле под руинами, к моему удивлению, не были потревожены. Спектр излучения я определил, как светлый.

Закончив, я стабилизировал полуразрушенное святилище и, с чувством удовлетворения от завершенной работы направился к людям.

— Все цело и простоит еще очень долго, — говорю мужчине, по всем признакам главному среди них. Это строение теперь точно простоит долго, может быть, до самой жатвы.

— Спасибо, — отвечает он, опять сняв головной убор, — вы уж нас извините, но мы не первый раз этот храм отстаиваем. Вечно он кому-то мешает — то строительству, то чиновнику какому земля нужна. А тут вы приехали, стали местность огораживать, вот мы и подумали, что снова…

— Все хорошо, что хорошо кончается, — улыбаюсь ему.

— Да. А может, зайдете к нам? Отметим? — приглашающий жест.

Как поступить здесь я не знаю. Но, раз их поселок на охраняемой мной территории, то, наверно, нужно познакомиться с людьми поближе.

Часть 111. Застольные беседы

— Нас приглашают в поселок, — подхожу к Марису, уже распорядившемуся собрать оборудование, — думаю, стоит согласиться. Все же он на нашей территории.

Марис задумывается и, отпустив одну машину, соглашается. Вирис так же идет с нами. Впятером, с Ником и еще одним функционалом мы подъезжаем к поселку.

— Я Васий, — встречает нас тот же самый мужчина, — это моя жена Ната. Наши сын и дочь учатся в городе.

Женщина тоже здоровается с нами. Мариса они знают, а меня и Вириса нет. Для дальнейшего знакомства мы проходим в дом Васия. С нами идут и еще несколько жителей поселка.

Дом, частично сложенный из кирпичей, частично из бревен. Внутри оказывается обставлен более современно. Есть и электроприборы и новая мебель. Но присутствуют и старинные элементы убранства. «Прялка» — вижу я деревянный инструмент механического устройства, рядом же стоит «швейная машинка» вполне современного вида.

— Проходите, — приглашает нас Ната. В комнате, самой большой в доме уже накрыт стол и выставлены рядом с ним стулья и длинные скамьи. Хозяин дома рассаживает гостей и, только потом садится сам. Я оказываюсь сидеть справа от него и слева от Мариса. Первым действием по стаканами Васий разливает прозрачный алкоголь. Я отказываюсь, как и Ник, который управлял транспортом. В поддержание традиции, хозяин дома поднял «тост» за гостей, затем, и люди и функционалы взялись за еду. Я ограничился овощем, подвергшемуся обработке соляным раствором. Вкус я ощутил, но слабый, этого было достаточно.

— Вы говорили, что мина осталась с войны? — завел разговор один из жителей, — Как же получилось, что она так долго лежала там?

— Возможно, какой-то из зарядов не разорвался, или был заложен после и его завалило или засыпало, — продолжает развивать мою легенду Марис, больше знакомый с историей параллели, — делали обход и заметили характерные элементы.

— Несвета, — обращаются уже ко мне, — а что за тип мины был?

Вот теперь я понимаю слабую сторону своей тактики. Тип мины? Какие я помню благодаря знакомству с Фагиром? Разрывная, с поражающими элементами, мощности или радиуса действия, принцип активации. Соотношу с информсоставляющей относительно истории последней войны. Поражаюсь тому, какое разнообразие орудий уничтожения себе подобных было использовано тогда людьми.

— Фугасная, сорок четвертого, — говорю кратко, — большего сказать не могу.

«Военная тайна» — подтверждает мне информсоставляющая. Но, этого оказывается достаточно. В течение разговора выясняю количество людей в поселении и род деятельности. Оказывается, что поселок существует за счет небольшой фермы, разводящей крупный рогатый скот и птицу. Заняты там большинство. Однако возрастная категория в основном старше среднего, либо пожилые. Почти восемнадцать семей, дети многих из них заняты в городе учебой или работой.

— В поселке им не интересно, понимаете, — говорит мне, уже принявший приличное количество алкоголя, мужчина напротив, — там ведь им все — и еда готовая и одежда и гулянки.

— А что же у вас? — спрашиваю у него.

— А у нас, — говорит он, разводя руками, — только мы сами и работа, — смеется.

— А вы замужем? — следует вопрос уже от женщины, — Вы так молодо выглядите.

Тут заинтересованно на меня смотрят и функционалы. Замужем? Как правильно объяснить мое положение при Высшем. Наложник, в понимании этой параллели — просто партнер для удовлетворения физиологической потребности. Но, учитывая, что я и доверенное лицо Патрона, то только этим не ограничивается. Я и его собственность и его законный представитель. С трудом, но это можно соотнести с «браком» в понимании смертных.

— Да, замужем, — отвечаю улыбаясь и переключаю внимание уже своим вопросом, — А вы не замечали ничего странного около разрушенного храма?

— Странного? — переспрашивает женщина более старшего возраста, — странности тут происходят с самой войны. Потому-то и взорвали, их религия не терпела нашу, а место здесь святое.

— Да не говори ерунды, — перебивает ее почти старик, ее муж, — радиация там, или захоронения отходов устроили, наверно. В этом месте долго ничего не росло.

— Нет, излучения там нет, — спокойно говорит Марис, — не росло, скорее всего, после взрыва. Там действительно все выжгло на сотню метров. А культивацией здесь даже после войны долго не занимались.

— А, только ни одно животное туда не шло, — продолжила женщина.

— Возможно, чуяли железо и взрывчатку, — находит, что ответить Ник. На том селяне и соглашаются.

— В последнее время, правда, вспышки видели и хлопки, но это, наверно от ЛЭП, — робко добавляет женщина, уже потерявшая надежу придать «мистический» подтекст своим наблюдениям.

Для меня же эти факты звучат очень красноречиво. Лазейкой, вероятно, воспользовались. Но об этом я не тороплюсь сказать остальным. Сначала нужно убедиться самому.

Застолье мы покинули часа в три, солнце уже клонилось к закату. Вычислитель и Марис сели в машину, что-то обсуждая. Как мне удалось расслышать — некие спортивные состязания. Тему им задал еще Витий и теперь оба функционала в легком опьянении спорили относительно состоятельности команд. Меня же начинала беспокоить запечатанная нами «аномалия». Почему так долго она не попадала на глаза функционалам. Или усилилась она только сейчас?