Империум человечества: Омнибус (ЛП) - Ренни Гордон - Страница 153

Наконец, громоздкой костюм оправдал себя, хотя Натану казалось, будто его целиком засунули в огромную духовку. Жар был довольно ощутимым и обжигал ему горло всякий раз, когда он пытался вдохнуть. Натан увидел, как несколько человек из команды «Оптикона» превратились в кучки пепла, кто-то был объят пламенем. После того, что показалось часами, но могло быть всего лишь секундами непередаваемого страха, пожар внезапно прекратился, оставив внутри шлема отвратительный привкус тлеющей резины. Взревели сирены, и мощный голос начал перекрикивать царивший хаос:

— ОРУДИЯМ ЛЕВОГО БОРТА ПРИГОТОВИТЬСЯ К НАВЕДЕНИЮ, ЦЕЛЬ — ТОЧКА ДВА-ШЕСТЬ-ДЕВЯТЬ И ОДИН-ШЕСТЬ-НОЛЬ.

Приступить к своим обязанностям матросов вынудила железная дисциплина и мрачное предчувствие, что ради выживания им придется сражаться и победить. Корабль был поврежден, но все еще вполне боеспособен. Огонь потушили, а мертвых и раненых вынесли. Спустя пару мгновений корабль вышел из зоны поражения, и палуба перестала дрожать. В ушном устройстве Натана заскрежетало дыхание Крона, когда они вновь навели линзу на вражеский гранд-крейсер. «Возмездие» прошло возле носа противника, и метрикуляторы указали, что он шел на сближение.

— НАВЕДЕНИЕ.

Крон активировал вторую иконку на раме линзы. На ней возникло изображение шестеренки с наложенным поверх нее имперским орлом, но бегунки заклинило, поэтому Натану пришлось помочь ему перетянуть устройство к цели. Линза высветила витиеватый указатель, направленный на зиккурат с заостренными гранями. Там, где иконка останавливалась, корпус гранд-крейсера будто излучал призрачный свет.

— ГЛАВНЫЕ БАТАРЕИ — ОГОНЬ!

Из-за перегрузки конденсаторов свет на мгновение потускнел, а затем корабль огласился грохотом орудий. Сорок орудий выстрелило в открытый космос, и Натан почувствовал, как давление невидимых сил ударило его подобно шлепку. Секундой позже он увидел направляющееся к противнику растущее облако снарядов. На этот раз не было приближающейся огненной бури, снаряды взорвались просто под носом корабля. Невидимые щиты рушились под атакой, и разрушительный град столкнулся с укреплениями крепости-зиккурата. Обломки разлетелись от него подобно ореолу дымчатых колец.

— ГЛАВНЫЕ ЛЭНС-ОРУДИЯ — ОГОНЬ!

К врагу понеслись белые лучи чистой энергии, которые прочертили его корпус пылающими алыми пробоинами. Гранд-крейсер затрясся под залпами и начал совершать маневр уклонения. Во время этого позади корабля возникли два быстро приближающихся тепловых следа, которые осыпали его корму спиралевидной сетью лазерных огней. У Натана отлегло от сердца. Вместе с этими новыми союзными кораблями им удалось открыть перекрестный огонь по общему врагу. Канониры внизу бросились перезаряжать «Бальтазар», в то время как небольшая группка матросов начала заделывать искрящуюся перебитую линию питания. Он взглянул на линзу и увидел, как из носа вражеского гранд-крейсера вылетает рой ярких огоньков. Крошечные тепловые следы корректировали курс по направлению к ним, и вскоре стало очевидным, что, несмотря на медлительность, эти снаряды были куда крупнее первых. Сирены завыли.

— ВСЕМ ПОСТАМ ПРИГОТОВИТЬСЯ К АБОРДАЖНОЙ АТАКЕ!

Облегчение Натана мгновенно испарилось. Должно быть, враг запустил абордажные торпеды — простые атакующие корабли, набитые войсками, бомбами, зажигательными, разъедающими, нервнопаралитическими веществами и другим адским оружием, необходимым для нанесения максимального урона при попадании на борт. Оказаться втянутым в титанический поединок боевых кораблей уже было скверно, но теперь враг шел прямо к ним, постоянно находясь под угрозой гибели, так и не добравшись к цели. Исайя быстро роздал оружие из шкафчика — клинки, шоковые дубинки, короткие автопистолеты и дробовики. Натан получил старое помповое ружье и обойму патронов. Он рискнул взглянуть на окна, ощупью пытаясь вставить наполненные дробью цилиндры в казенник. Остроконечные торпеды уже были размером с палец, и казалось, летели прямо на него в ярких коронах света. Сирены продолжали выть сигнал тревоги.

— ПОСТАМ ТУРЕЛЕЙ ЛЕВОГО БОРТА — ОТКРЫТЬ ОГОНЬ!

Натан выругался, уронив патрон на решетчатую палубу — в толстых перчатках костюма его пальцы казались сосисками. Турели близкого радиуса действия открыли огонь, прочерчивая космос голубоватыми следами лазеров. К стрельбе присоединились барбеты «Возмездия», снаряды и ракеты начали рваться в сгустках оранжевого пламени. Торпеды первой волны были уничтожены либо разгерметизированы, выбрасывая в открытый космос крошечные корчащиеся фигурки, которые постепенно улетали вдаль. Но все же большинству торпед удалось преодолеть обстрел, и они поменяли курс, идя на остаточное сближение.

Натан аккуратно передернул затвор, загоняя патрон в патронник. В последние секунды до столкновения он понял, что торпеды были гигантскими, размером с шаттл. Звенящий удар отбросил Натана на дрожащую палубу, и за этим последовала бесконечная какофония кричащего и разрываемого металла. Из-за чистой силы, которая пробивалась сквозь многометровые бронированные пластины корпуса, ему показалось, будто все его кости вот-вот раздробятся.

Ужасные звуки становились все медленнее, а затем прекратились, после чего в шлем Натана проникали лишь крики раненных канониров и шипение стравливаемого воздуха. Часть палубы «Оптикона» прогнулась в орудийный отсек. Натан подполз к самому краю и увидел царившую внизу разруху. Из пластин корпуса возле казенной части «Бальтазара» торчала огромная крокодилья морда из стали и меди. Все было перевернуто вверх дном — стойки и трубы смешались в кошмарные металлические джунгли с цветками из пара и распыляемых жидкостей. Выжившие канониры заняли оборонительные позиции, целясь в торпеду из дробовиков и пистолетов.

Внезапно вокруг крокодильей морды ожили пушки. Замелькали вспышки автоматического оружия, когда оно начало обстреливать орудийный отсек разрывными снарядами. Они выкашивали людей, а раскаленные осколки рикошетили от стен, раня всех оказавшихся поблизости. Нос со скрежетом открылся, и из него высыпала орда ужасных фигур, которые тут же открыли огонь. В мерцающем свете они поначалу могли сойти за людей, если бы не их безумное веселье. Они корчились, заполняя своими бьющимися в судорогах телами крокодилью пасть, когда жалкая горстка канониров начала по ним стрелять. Они безудержно хохотали, стреляя в ответ из своего оружия и бросая во все стороны гранаты, которые взрывались во вспышках яркого голодного пламени.

Натан прицелился в уродливую фигуру, когда та отвела руку для броска. Он выстрелил из помпового ружья, и человека поглотил взрыв его же бомбы. Пламя охватило крокодилью пасть и подожгло следующие две фигуры, которые пытались выскочить оттуда. Но несколько нападающих уже проникли в орудийный отсек и теперь карабкались по обломкам к канонирам. По всей палубе вспыхивали яростные рукопашные схватки, крюки и изогнутые клинки сталкивались с баграми и абордажными пиками.

Теперь, когда слаженный бой превратился в свалку, помповое ружье стало совершенно бесполезным.

— Нам нужно помочь им! — крикнул Натан.

Крон кивнул, все еще облаченный в тяжелый шлем, и они оба скользнули по прогнувшейся палубе вниз. Исайя и еще двое выживших матросов из команды «Оптикона» пошли вслед за ними и неорганизованной толпой ринулись в бой. Натан использовал помповое ружье в качестве дубины, размозжив им голову человека в черных одеяниях, который собирался выпотрошить упавшего канонира. Ружье с треском ударилось об обритую голову, и на мгновение Натану показалось, что древнее оружие просто распадется у него в руках.

Он передернул помпу, убеждаясь в работоспособности ружья, когда из дыма на него выскочило две фигуры. Под их капюшонами были видны безумные глаза, которые блестели почти так же, как в свое время у Фетчина. На секунду Натан даже заколебался, но тут же прострелил одному из них грудь. Он хотел передернуть затворную раму, но на полпути ее заклинило. Он с руганью выставил ружье, чтобы блокировать иззубренный нож второго противника. Враг бросился на него всем телом и повалил на землю, зажав бесполезное ружье между их телами. Натана все сильнее охватывала паника, пока он пытался отбиться от маниакальной атаки. На его лицо закапала слюна, когда существо сорвало с него шлем и свободной рукой придавило к палубе.