Простые вещи - Сотер Таис - Страница 15

Это была обычная просьба, а не ментальный приказ, я уже начала различать их. Поэтому послушно подняла глаза и… пискнула от неожиданности. Облик Карла начал странно размываться. Я видела в нем то Петера, то рыжеволосого мальчика — каким запомнила Танаса Шварца в детстве. Черты текли и менялись, и в какой-то момент мне показалось, что передо мной стоит Мартин Шефнер.

— Как работает ваше заклинание? — спросила хрипло.

— Оно заставляет видеть в том, кто его применил, человека, к которому объект испытывает симпатию и влечение. Очень удобно, если нужно расположить к себе… София, с вами все хорошо?!

— Больно!

Я упала на колени, сдирая с руки раскалившийся браслет. Тот упорно не поддавался, вместо этого сминаясь под пальцами, будто металл плавился.

Перед глазами все поплыло, а затем я погрузилась во тьму. Последней мыслью было сожаление о том, что браслет безвозвратно испорчен.

Очнулась я от весьма интересных ощущений. Нет, больно не было, как ни странно. Просто кто-то очень нежно и ласково гладил мою руку. Почему-то показалось, что это Шефнер, только он мог быть настолько наглым, чтобы касаться столь интимно. Это что еще такое?!

Я возмущенно распахнула глаза и подавилась гневной тирадой. Никакой это был не Шефнер, как я себе напридумывала, а целительница, божий одуванчик преклонных лет. Да и не гладила она меня, а лечила мое запястье, на котором отчетливо были видны багровые следы ожогов от браслета.

— Очнулись, фрейлейн? — ласково спросила меня целительница. — Ну и перепугали вы нас. Вы знаете, где вы?

— Где я? — испуганно переспросила, оглядев белые стены и потолок. Неужели меня поместили в тюремную лечебницу за проведение эксперимента?!

Старушка огорченно поцокала языком.

— Вот беда. Такая молодая… А имя ты свое хотя бы помнишь? — Кажется, она решила, что ментальная магия отшибла мне память, а может, и разум.

— Помню. София Вернер.

Спустя какое-то время старушка убедилась, что я вполне вменяема, и поделилась со мной информацией. Как оказалось, провалялась я на больничной койке до глубокого вечера.

— Из-за каких-то ожогов? — расстроенно спросила, пока мою кисть смазывали жирной мазью и бинтовали. Я старалась не торопить целительницу, хотя спешила домой. Дед мог волноваться, что я задержалась, не предупредив его.

— Помимо ожогов, у вас физическое и магическое истощение, но все это, полагаю, вы получили еще до воздействия ментального артефакта. Чем еще, кроме крайней усталости, можно объяснить ваше пренебрежение правилами безопасности?

Кто бы сомневался, что Шефнер в курсе всего. Стоит в дверях больничной палаты, недовольно скрестив руки на груди, и сверлит осуждающим взглядом.

— Вы ошибаетесь. Я подошла к эксперименту со всей серьезностью, — заверила его.

Шефнер хмыкнул, выражая сомнение.

— Вы должны были получить у меня разрешение на проведение испытания. Но так как вы не основной сотрудник моей организации, София, то всерьез наказать я вас не могу. В отличие от ваших соучастников. Ногг как непосредственный ваш руководитель получил выговор и оштрафован в размере месячного оклада. Карл Крайз также схлопотал выговор и отправлен в командировку. И будьте уверены, служба в Керне ему не понравится.

Керн был шахтерским городком на северо-востоке империи, где антиправительственные настроения были наиболее сильны. А еще в этом местечке дожди шли едва ли круглый год.

— А может… — робко начала я, но Шефнер меня прервал, обращаясь к целительнице:

— София нуждается в наблюдении?

Старушка заколебалась, но поймала мой умоляющий взгляд.

— Она может ехать домой. Но пусть не перенапрягается и зайдет ко мне дня через три. Я дам ей с собой укрепляющие средства.

— Хорошо. София, я буду ждать вас снаружи. Отвезу домой.

Шефнер вышел, а я осталась краснеть под весьма пристальным взглядом целительницы.

— Господин Шефнер — старый друг моего дедушки, — пояснила.

— Почему же старый? Очень даже молодой. И весьма заботливый, — пробормотала старушка ехидно.

До автомобиля меня проводили почти под конвоем. Шефнер уселся на водительское место, даже не открыв для меня дверцу машины. Я юркнула на заднее сиденье и затаилась мышкой. Впрочем, надолго меня не хватило. Когда мы выехали за ворота СБ, я робко спросила:

— А может, все-таки вы накажете меня, а не мастера Ногга и Карла?

— Накажу, обязательно накажу, — мрачно заверил маг. — Никто не уйдет от расплаты. Я все никак не мог решить, кого можно назначить обучать вас основам менталистики…

— Карл бы мог…

— Шахтеров ваш Карл будет учить… основам вежливости, — неприятно улыбнулся Шефнер, прибавляя скорость. — Мне раньше казалось, что он весьма разумный человек. Видимо, ваша легкомысленность заразна и весьма опасна. У меня не так много незанятых менталистов под рукой, и если мне и их придется сослать в Керн, то моя служба просто развалится. Я сам с вами буду заниматься.

— Это же надо так не доверять собственным людям, — я осуждающе покачала головой.

Шефнер нервно дернул плечами, но промолчал. Остаток пути мы провели в напряженной тишине.

На выходе из автомобиля у меня закружилась голова, я покачнулась и упала обратно на сиденье. Сердце заколотилось как бешеное.

— София! — встревоженно позвал меня Шефнер, поспешно открывая дверцу и подходя ко мне. Благодаря его помощи я приняла вертикальное положение, хоть и вынуждена была опереться на мага. Попытки поднять меня на руки пресекла сразу. Не люблю я всех этих глупостей.

— Вы мне до крыльца помогите дойти, — попросила смущенно, — а дальше я сама.

— Не говорите ерунды. Не хватало, чтобы вы еще с лестницы упали.

— Да все хорошо будет. Я крепка как вол…

— Скорее уж упрямы. Надеюсь, хватит ума в ближайшие дни оставаться дома и не ходить на учебу? Учтите, я проверю. Если узнаю, что вы были в университете, буду весьма недоволен.

— Прекратите влезать в мою жизнь! — возмутилась громко. — И кстати, от вас пахнет вишневым табаком. А мне вы курить запрещаете!

Окно на втором этаже открылось.

— София?

— Да, дедушка, — смиренно отозвалась я.

— Ты с кем там? Я слышал шум подъезжающего автомобиля.

— С господином Шефнером. Он любезно подвез меня домой.

— Добрый вечер, мастер, — вежливо подал голос маг. — Прошу прощения, что задержал вашу внучку.

— Мартин, зайди, — властно приказал дед. — Попьешь с нами чай.

Мы с менталистом обреченно переглянулись. Конечно, чай был только предлогом для того, чтобы устроить нам обоим головомойку. И дедушку не смущало, что я уже взрослая, а Шефнер и вовсе один из влиятельнейших людей империи.

Утаить от деда случившееся оказалось невозможно. Он спокойно выслушал меня, а затем отослал спать.

— Может, все-таки чай сделать? — предложила я, надеясь его умилостивить.

— Ты в таком состоянии мне всю посуду перебьешь. Иди давай, мы тут с Мартином еще немного поговорим о том, как нужно заботиться о стажерах, — проворчал дед.

— Но господин Шефнер ничего не знал!

— И я о том же! Тебя, Софи, окружают совершенно безответственные молодые люди. Вот если бы ты послушала меня и вышла замуж за хорошего надежного человека, я бы так о тебе не волновался.

— Фрейлейн Софи еще рано всерьез думать о замужестве, — неожиданно вступился за меня менталист. — Пусть сначала доучится.

Пусть я хотела сказать так же, но вмешательство Шефнера меня задело. Я сухо попрощалась с ним, чмокнула деда в щеку и поковыляла к себе в комнату, держась за стеночку.

Заснула я сразу же, как только моя щека коснулась подушки. И проснулась среди ночи. На улице было еще темно. Зевнула, поворочалась в кровати и все же поднялась. Накинула на сорочку халат и отправилась на кухню добыть горячего молока. Проходя мимо гостиной, увидела, что свет там еще горит. Видимо, дед забыл выключить лампу, а может, и вовсе заснул, сидя в кресле.

Но деда в комнате не было. Зато на диване, скрючившись и поджав длинные ноги, грустно сопел Шефнер. На столике стояли два бокала и почти пустая бутылка виски.