Простые вещи - Сотер Таис - Страница 36

Сразу стало понятно, что я сделала ошибку. Во-первых, мой побег был спонтанным, я не знала, куда бежать и где можно спрятаться. А понадеявшись, что раненому Шварцу будет сложно меня догнать, забыла о том, что босая. Домашние туфли я потеряла еще где-то в парке, а мои нежные стопы едва ли были приспособлены даже для обычных прогулок по лесу, не говоря уже о беге.

Сначала я пыталась действовать тихо, а потом, поняв, что мои маневры заметили, уже не скрываясь, рванула в лес, надеясь, что в спину мне ничего не полетит.

— Софи! — крикнул Шварц, устремляясь следом.

Я бежала, не оборачиваясь, пытаясь затеряться среди деревьев, пока не наступила со всего размаха на колючую шишку. Неловко взмахнула руками и все же упала. Колени и ладони обожгло болью. На глазах выступили слезы обиды, когда я увидела перед своими глазами ботинки Шварца. Чертовы длинноногие мужчины!

— И что это было? — зло спросил артефактор. Протянул мне руку: — Вставай!

Видя, что я не собираюсь принимать его помощь, он просто нагнулся и, схватив за подмышки, без всяких затруднений поднял.

— Весьма глупо с твоей стороны. На что ты надеялась?

Я подняла заплаканные глаза и, ни на что особо не надеясь, попросила:

— Мастер, отпустите меня. Пожалуйста…

На рассерженном лице Шварца появилась растерянность.

— Как была плаксой, так и осталась, — с досадой сказал он, отводя взгляд. Впрочем, в голосе его появилась какая-то мягкость.

Я вытерла глаза рукавом халата.

— И всего-то раз было.

— Когда мы встретились, ты тоже плакала. Не помнишь? Такая забавная маленькая девочка, забытая взрослыми, слишком занятыми своими делами. Тогда я хотел развеселить тебя, а в итоге чуть не убил.

— А теперь, очевидно, решили исправить ошибку.

Не стоило злить своего похитителя, но я была раздосадована. Мне казалось, что он играет со мной. Вот для чего вспомнил детство? Сейчас мне меньше всего хотелось, чтобы меня что-то связывало со Шварцем. Но он явно думал по-другому. Меня привлекли в объятия и погладили по спутанным волосам.

— Глупая. Я не могу отпустить тебя, думаю, ты прекрасно это понимаешь. Но и твоей смерти я не допущу.

— Тогда зачем все это? Зачем вы предали, мастер?

И для чего рвете мне сердце…

— Как бы я хотел не втягивать тебя во все это, — прошептал артефактор. — Но у меня не было выбора. Тебя бы просто устранили, понимаешь? Не найдя способ обойти охрану, они решили, что легче убить Софию Вернер. Я сам предложил им помочь.

— Вы были связаны с заговорщиками, — не спрашивала, утверждала. Все слишком очевидно. Один вопрос мучил меня: — Добровольно? Вы сделали это добровольно?

Шантаж, ментальный контроль. Мало ли как они могли вынудить его предать Грейдор и министерство?

Артефактор молчал, и таившаяся во мне надежда погасла. Ведь Шефнер говорил с ним, он бы почувствовал, что Танас действует не по своей воле.

— Не надо меня бояться и ненавидеть, — Шварц поцеловал меня в висок и отстранился. — Я буду рядом и не позволю никому тебя обидеть.

Рыжеволосый мастер как всегда чрезмерно самоуверен. Безумие, но, кажется, он и в самом деле думал, что действует во благо.

— Не все в ваших силах, — сказала я.

Мы вернулись к дилижансу. Менталист, чьего имени я так и не узнала, бросил в нашу сторону презрительный взгляд. Представляю, как мы выглядели со стороны: заплаканная, грязная и помятая я и не менее взъерошенный Шварц, ведущий меня за руку. Надеюсь, фантазии на наш счет так и остались фантазиями. Не хотелось бы думать, что Танас Шварц опустится до принуждения. Внутреннее напряжение никак не спадало. Полное незнание своей судьбы, страх за Джиса, тетушку Адель и слуг и вопросы, вопросы, задать которые я никак не решалась. Я наблюдала из-под неплотно сомкнутых век за Шварцем, но всякий раз, когда он смотрел в ответ, поспешно отворачивалась.

— Ты голодна?

Он вытащил из сумки лепешку и, разломив пополам, протянул мне одну часть.

— К вечеру, надеюсь, удастся поесть нормально.

— Спасибо, — неохотно ответила я.

Как бы я ни боялась Танаса Шварца в этот момент, стоило хотя бы сделать вид, что я пытаюсь примириться со своей судьбой. И если получится, заслужить его доверие.

Доев сухую лепешку и выпив немного воды из фляжки Шварца, я несколько неуверенно сказала:

— Я могу вытащить пулю. Вам, наверное, очень больно.

Танас недоверчиво хмыкнул:

— Подозрительная доброта. Надеюсь, ты не будешь пытаться меня убить?

— Я бы не смогла. И думаю, никогда не смогу. В отличие от вас.

Все же не удержалась.

— Осуждаешь? Я ценю человеческие жизни, и свою в том числе.

Я промолчала. Маг снял рубашку. Кровь на плече уже засохла, и ткань рубашки прилипла к коже. От резкого движения рана вновь открылась.

— Знаешь, что делать?

Кивнула, приложив ладонь к ране. И закрыла глаза.

Шварц рисковал. В этот момент я на самом деле могла убить его. Артефакторы, помимо создания чар, умели управлять предметами. Небольшими, конечно, — ворочать булыжники могли разве только боевые маги. Но этого было достаточно, чтобы заставить маленький кусочек металла выйти из тела. Или же, напротив, впиться в сердце.

Но я не врала, когда говорила, что не способна на убийство. Да и не дало бы мне это ничего. Менталист не позволил бы мне сбежать.

Понадобилось минут десять, чтобы сначала найти пулю, а затем «подцепить» чарами. Потом стало проще: «потянула» на себя, и металлический шарик мягко ткнулся в мою руку. Шварц судорожно выдохнул.

— У вас есть чем обработать рану?

— Сейчас.

Он достал из сумки еще один флакон и щедро смазал рану едко пахнущей жидкостью. Затем тщательно вытер мои запачканные кровью ладони оторванным подолом рубашки, отчего-то улыбаясь.

— Молодец, хорошо справилась, — похвалил он.

Я все-таки умудрилась задремать, сморенная духотой. В плотном халате было жарко, но я не могла позволить себе остаться в одной сорочке рядом с мужчиной. Проснулась оттого, что меня негромко, но настойчиво звали по имени. Голова моя лежала на коленях Танаса, а оголившиеся во сне ноги целомудренно накрыты легким пледом. Я резко села и отодвинулась как можно дальше от Шварца.

Дилижанс стоял.

— Мы приехали?

— Впереди может быть застава, так что придется немного пройтись пешком.

— Немного?

— Прости, у меня нет для тебя обуви. Но если станет совсем плохо, готов понести на своей спине.

— Едва ли вам позволит здоровье, — мрачно ответила я.

Мы остановились на обочине пыльной дороги. Вокруг было пшеничное поле, а за ним среди холмов виднелась железная дорога. Туда мы и направились. Ноги я сбила уже через полчаса, но терпеливо молчала, не желая злить похитителей. Правда, через час я едва ковыляла и стала серьезно тормозить мужчин. Повезло, что был уже вечер и мне не грозил солнечный удар, но от боли в ногах и усталости я была готова вот-вот упасть в обморок.

«Вот и пристрелят меня, как загнанную лошадь», — ныла я про себя, с трудом переставляя ноги. Шварц тоже выглядел неважно, к тому же был нагружен вещами, так что надеяться на то, что он сможет меня понести, не стоило. А ведь обещал!

Я в очередной раз споткнулась и, коротко охнув, присела, борясь с головокружением. Меня резко дернули за плечо.

— Забирайся.

Алертиец все же решил покатать меня на себе. Едва ли из жалости, скорее от безысходности. Выглядел он довольно щуплым, но руки его оказались сильными. Ехать в таком положении, когда чужие ладони касались моих ног, а сама я прижималась грудью к мужской спине, было неловко, но выбора не было.

Когда мы вышли к железной дороге, идти стало чуть легче. Но до небольшой грузовой станции мы дошли, когда совсем стемнело. Кирпичный домик смотрителя, несколько бараков. Мужчины остановились невдалеке, и меня поставили на землю.

— Нас могут запомнить, если мы приведем девушку в таком виде. Едва ли у меня хватит сил стереть память всем.

— Убийства привлекут внимание, Рено, — нахмурился Шварц. — Да и не хотелось бы мне трогать гражданских.