Разорванный круг, или Двойной супружеский капкан - Новиков Николай Михайлович - Страница 73

— В куртке оставил. Я же не знал утром, что сейчас мне придет в голову такая классная идея. Ладно. — Он вырулил на проезжую часть. — Смотаемся домой, я возьму адрес — и вперед! Спокойно, Цуцик, сегодня к вечеру у тебя будут новые зубы, получше моих даже.

— Надо их выбить и вштавить новые, будут одинаковые, — сердито прошамкал Цуцма.

— «Утро красит нежным цветом стены древнего Кремля…» — зычным басом затянул Алтухов.

— Уже не утро, балбес, почти полдень! — засмеялась Светлана.

Они проснулись час назад, но только теперь, расслабившись под тонкой простыней, вспомнили о времени.

— Да? Надо же, а я и не заметил. Но это песня не про нашу страну, а про другую, там, наверное, как раз утро.

— Про какую другую?

— Послушай, в припеве все сказано прямым текстом. — И Алтухов грозно рявкнул: — Кампучия! Могучая! Никем не победючая!

— К счастью, я этот вариант не слышала. И, между прочим, в Кампучии, или Камбодже, сейчас уже вечер! Признавайся, ты почему такой неграмотный? — Она приподнялась на локте, озорно погрозила пальцем. — Это совершенно никуда не годится, господин Алтухов! Придется попросить нашу учительницу позаниматься с тобой!

Бронзово-белая грудь упруго выпрыгнула из-под простыни. Алтухов замер, не в силах оторвать взгляд от этого чарующего вида. Светлана поддернула простыню, прикрываясь, смущенно ткнулась лбом в его грудь.

— Ты куда смотришь, Ал?

— На мою принцессу… и сколько буду жить, столько буду смотреть только на нее.

— Врешь ты все!

— Нет, не вру.

— Нет, врешь!

— Могу доказать.

— Как, интересно? Ну, докажи.

— Пожалуйста. — Алтухов резво сунул голову под простыню, нежно поцеловал ее загорелое бедро. Светлана охнула, не зная, что делать: то ли поколотить его под простыней, то ли погладить, но тут его голова вынырнула обратно. — Вот видишь, — с серьезным видом продолжил он. — Сейчас смотрю, а когда буду умирать, сделаю то же самое.

— Очень мне нужны такие доказательства! — засмеялась Светлана. — Лучше живи еще сто лет, я и так тебе верю. — Она потянулась. — Пора вставать, Ал. Но сегодня почему-то не хочется. То, бывало, такая тоска, когда просыпаешься, прямо хочется поскорее выпрыгнуть из постели и куда-то уйти из дому. А сегодня… Ты случайно не знаешь, почему?

— Случайно знаю. Ты не хочешь вставать потому, что ждешь, когда я принесу тебе кофе в постель. А я не хочу вставать потому, что ты рядом. Уйти от любимой женщины по доброй воле — кто захочет?

— Мне так хорошо с тобой, — улыбнулась Светлана. — Так здорово чувствовать себя женщиной, любимой… Ты себе представить не можешь, как это прекрасно, Ал!

— А ты не можешь… да ладно, — Алтухов махнул рукой. — Ты всегда будешь права, моя принцесса.

— Вот ты сказал, что никто не хочет уйти от любимой женщины по доброй воле, — задумчиво сказала Светлана. — А вот Макс ушел. И не собирается возвращаться. Ленка вчера была у него…

— Да? Это я ей посоветовал. Ну и что?

— Вечером я позвонила ей, Ленка сама не своя была, прямо какая-то убитая горем. Она все-таки решилась, пришла, но что-то не получилось. Похоже, у него была другая женщина.

— Не может быть, — решительно возразил Алтухов.

— Ты ведь минуту назад сказал, что я всегда права!

— Но ты ведь не знаешь, говоришь «похоже», а я совершенно точно знаю, что у Макса нет другой женщины и он любит Ленку. Только ему комплексы мешают. Я и Ленке об этом сказал. Всякий, кто поживет хотя бы год с этой… зеленоглазой блондинкой, станет закомплексованным.

— Пожелаем Савину удачи, — усмехнулась Светлана.

— Света, а что, они снова поругались? — спросил Алтухов.

— По крайней мере, Ленка заявила мне, что Макс — подлец, — Светлане уже расхотелось говорить о подруге. Вспомнила, что у нее Савин, Ал не знает об этом, а она не знает, стоит ли говорить ему. До сей поры они так и не вспоминали об отсутствующем хозяине квартиры.

— Ого! — Алтухов озабоченно почесал затылок. — Нехорошо получается…

— Да ну их! Пусть сами разбираются. Если и вправду любят друг друга, так чего глупостями занимаются? Оба хороши! — махнула рукой Светлана.

— Нет, моя хорошая… — Алтухов нежно поцеловал ее в губы и сел на постели, прикрывшись простыней. — Нам так хорошо с тобой, а им плохо, это неправильно. Нужно что-то сделать. Макс отличный парень и писатель что надо. И Лена прекрасная женщина. Они просто созданы друг для друга. Мы должны им помочь.

— Как?

— Не знаю. Можно я позвоню Максу?

— Позвони, — пожала плечами Светлана. — А ты не хочешь подумать о том, как решить наши проблемы?

— А они у нас есть? — удивился Алтухов. — Сегодня найдем подходящую квартиру и переедем туда. Потом ты разведешься и станешь моей женой.

— Я еще не сказала тебе… у меня есть сын, Димка… от первого брака. Он сейчас у бабушки в Испании…

— Ты и про бабушку ничего не сказала, — Алтухов снова наклонился к ней, нежно поцеловал белую ложбинку между грудями. — Димка, говоришь? Вот и у меня сын будет, я его драться научу.

— Попробуй только! — счастливо засмеялась Светлана. — Он у меня очень воспитанный мальчик, драться не любит.

— Ну тогда мы будем кататься на велосипеде, а потом я куплю компьютер, как у Макса, и мы будем играть, — не стал спорить Алтухов. — Между прочим, и от испанской бабушки я не собираюсь отказываться.

— Она Димкина бабушка, а моя мама! — смеялась Светлана, обнимая его. А потом легонько оттолкнув, сказала: — Ты прав, Ал, мне даже неловко, что нам так хорошо, а Макс и Ленка страдают. Позвони ему, узнай, что там стряслось.

— Какая ты умница, Света! — с восхищением сказал Алтухов, протягивая руку к журнальному столику, где стоял телефон.

Светлана внимательно следила за их разговором, но ничего не поняла, потому что Алтухов почти ничего не говорил, только слушал и мрачно качал головой.

— Не делай глупостей, Макс, я сейчас приеду. За полчаса, думаю, доберусь.

— Что там? — встревоженно спросила Светлана.

— По-моему, он уже пьян… Такого с Максом никогда не случалось. И знаешь, что твердит? «Вот и жизнь прошла, как прошли Азорские острова…» Почему это она у него прошла?

— Ал, миленький, поезжай скорее к нему, — испуганно сказала Светлана. — А я… я поговорю с Ленкой, хорошо? Ты позвонишь мне от Макса, и тогда решим, что делать дальше.

Алтухов быстро оделся, виновато развел руками:

— А кофе тебе в постель я так и не подал, моя принцесса…

— Обязательно позвони, телефон ты знаешь? Ты ведь звонил сюда Савину?

— Звонил, — Алтухов похлопал по левому карману своей рубашки. — Тут у меня и записная книжка, и паспорт, и даже писательский билет. К серьезному разговору готовился! Я постараюсь помочь Максу, но и о тебе буду думать все время, любимая.

— А я о тебе! И… давай поскорее встретимся снова. Может быть, мы с Ленкой туда подъедем…

Алтухов попятился к двери, приложив к губам палец.

— Ничего больше не говори, а то я не смогу уйти… Я люблю тебя, Света.

45

Когда он ушел, Светлана с удивлением оглядела комнату — как она изменилась! Стены раздвинулись, краски потускнели, мебель вновь стала привычной, обыденной, такой, какой была всегда, даже когда у них с Савиным вроде бы все было хорошо. Вроде бы! Только теперь она поняла это. Благодаря случайной встрече с этим удивительным, непредсказуемым Аладдином. Непредсказуемым и опасным для всех дурных людей, а для нее — нежным, ласковым, покладистым. Такой вот у него «скверный» характер оказался.

Улыбаясь своим мыслям, она потянулась к телефону, решив позвонить Лене, выяснить, что там Савин делает, не собирается ли вернуться домой, ну и, конечно, расспросить, почему она вчера назвала Макса «настоящим подлецом».

Но едва ее пальцы легли на теплую, гладкую пластмассу трубки, как телефон ожил, заполняя комнату мягкой трелью.

— Але? — Светлана взяла трубку, не сомневаясь, что Лена угадала ее желание и на мгновение опередила подругу.