Разорванный круг, или Двойной супружеский капкан - Новиков Николай Михайлович - Страница 76

— Макс, что там происходит? — загремел на лестничной площадке грозный бас Алтухова. — Кто у тебя? Ты можешь открыть дверь, или я высажу ее?

— Высаживай! — крикнул Данилов и успел уклониться от удара Цуцмы, который в тот же момент повернулся к двери.

И Шурик смотрел туда же. Им обоим был хорошо знаком этот голос.

— Впушти его! — зашипел Цуцма. — Он шам на наш нарвалшя! Ражберемшя ш ним, а потом ш этим…

Шурик молча кивнул и шагнул в прихожую, где дверь содрогалась от мощных ударов.

В соседней квартире пожилая женщина с опухшими глазами схватилась за сердце. Болезненная гримаса исказила ее оплывшее лицо. Отдышавшись, она решительно придвинула к себе телефон и набрала 02.

— Але, это милиция? Приезжайте немедленно, у моего соседа кого-то убивают в квартире, а снаружи выламывают дверь. Вчера полночи скандалили, а сегодня убивать друг друга начали. Адрес? Пожалуйста. — Она продиктовала адрес и вздохнула с облегчением.

Сбитый резким боковым в голову, Алтухов грохнулся на палас, но на сей раз он был готов к этому. Стремительно переворачиваясь, докатился до кресла, избежав новых ударов лакированными туфлями, истерично кромсавшими воздух, и вскочил на ноги, отодвигаясь в угол между свободным креслом и письменным столом.

— А я вас уже где-то видел, ребятки, — со злым весельем прищурился он. — Цуцма и Шурик, правильно? Только вот не знаю, кто Цуцма, а кто Шурик. Ты Цуцма? — Он резко выбросил вперед правый кулак в направлении Шурика.

Тот уклонился. Тяжелый бинт на руке мешал Шурику, и он пожалел, что перевязал ладонь куском от шторы. Цуцма заходил с другой стороны, косясь на сидящего в кресле Данилова. Нервно ударил его ногой по ногам, чтоб не рыпался и… получил ответный удар ногой в колено.

— Ш-шука! — прошипел Цуцма.

— Вот он и есть Цуцма! — крикнул Данилов. — Макака беззубая!

— Это я ему зубы выбил! — радостно рявкнул Алтухов. — Теперь второго нужно довести до такой же кондиции, ребятки заслужили это! Ну, Шурик, подойди поближе!

Но Шурик уже понял, что лучший выход из этой ситуации — «делать ноги», то есть сматываться. Мало того, что их двое, они еще и знают, как зовут нападающих! Жена Савина все рассказала этому лоху, а может, и сам Савин «раскололся»!

— Сваливаем, Цуцик, — крикнул он. — Здесь нам не хрена хавать!

— Да пошел ты! — яростно отозвался Цуцма, сунув руку в карман джинсовой куртки и сумасшедшим взглядом отслеживая каждое движение Алтухова.

А тот все свое внимание сосредоточил на Шурике, чувствуя животный страх противника. Рванулся вперед, выбрасывая огромный кулак. Шурик попытался уклониться — и уклонился: кулак врезался в плечо, но этого было достаточно, чтобы охранника отбросило метра на три назад. Шурик грохнулся спиной о стенку и медленно сполз вниз.

Цуцма выдернул руку из кармана. Щелчок — и узкое лезвие выскочило из черной рукоятки.

— Это еще не все, — с довольной усмешкой сказал Алтухов Шурику. — Зубы я тебе все равно выбью. Пока посиди, подумай, где деньги взять на вставные, а я поговорю с твоим дружком…

— Ал, у него нож! — крикнул Данилов, пытаясь ногами помешать Цуцме.

Но тот, не обращая на него внимания, пулей метнулся вперед.

Алтухов развернулся, взмахнул рукой, но в это мгновение лезвие ножа вонзилось ему в левую сторону груди. Рука зависла в воздухе, потом медленно опустилась к ране, зажимая ее ослабевшими пальцами.

— Получил швое, падла! — мрачно ухмыльнулся Цуцма.

— Убийца! — закричал Данилов. — Сволочь, подонок!

Шурик открыл глаза, тряхнул головой и, увидев кровь, текущую меж пальцев Алтухова на пол, и окровавленный нож в руке Цуцмы, завопил:

— Что ты натворил, ублюдок! Нас же посадят!

— Жаткнишь! — заорал Цуцма.

— Стоять! Милиция! — раздался грозный окрик в дверях. — Руки за голову, быстро, быстро!

Дверь была не заперта. После того как ворвался Алтухов, никто не успел этого сделать.

Оперативник в штатском резким ударом ноги выбил нож из рук Цуцмы, следующим ударом уложил беззубого охранника на пол. Двое других уже стояли в разных углах комнаты с автоматами. Шурик поспешно забросил руки за голову, но этим не спасся от тяжелых ботинок.

— Это бандиты, они ворвались в квартиру, ранили моего друга! — закричал Данилов. — Помогите ему!

Алтухов, ничего не замечая вокруг, наклонился влево, шагнул вперед, потом назад и, споткнувшись о лежащего Цуцму, грохнулся на пол, зажимая правой рукой свою страшную рану.

— Я не убивал его! — истошно завопил Шурик. — Мы просто хотели… хотели поговорить вот с этим! — Он ткнул пальцем в Данилова. — Нам босс приказал, Савин Лев Константинович!

— Разберемся, — мрачно сказал оперативник в штатском, развязывая узел компьютерного кабеля.

Данилов метнулся к Алтухову, встал рядом с ним на колени, тронул за плечо.

— Ал, ты как?

Алтухов открыл глаза, тоскливо усмехнулся.

— Нор… нормально, Макс… Свете скажи, — он тяжело вздохнул. — Бандитская пуля… — и потерял сознание.

47

«Шпионская» страсть обуяла Светлану.

— Налево! — скомандовала она Марине, которая, обиженно поджав губы и гордо подняв голову, все свое внимание уделяла дороге, стараясь не смотреть на соперницу, сидящую в машине рядом. — А теперь направо и прямо.

Марина послушно крутила баранку, а Светлана внимательно вглядывалась в зеркальце заднего вида, нет ли за ними «хвоста». Насмотрелась американских боевиков, знала, как нужно вести себя. Марина заметила это и пожалела, что перед выездом не отвинтила зеркальце и не выбросила его. Эта преувеличенная подозрительность раздражала ее.

— Какой-то огромный завод, — холодно сказала она. — Как называется?

— Не знаю, — отрезала Светлана.

Она знала, что это — завод имени Хруничева, некогда секретный ракетно-космический, на две трети ушедший под землю, а теперь непонятно какой. Но решила не говорить об этом Марине. Не знает — и пусть не знает.

Машина катилась по тихой, тенистой улице меж огромных тополей по обеим сторонам обочины.

— Вот здесь, у «Фабрики-кухни», — налево, — показала Светлана и, как только Марина выполнила ее просьбу, добавила: — А теперь остановитесь.

— Зачем?

— Посмотрим, не едут ли за нами ваши холуи.

— Вы так заботитесь о безопасности Левы, что можно подумать, он вас еще интересует, — раздраженно сказала Марина, однако машину остановила.

— Ничуть. Но я не хочу, чтобы у человека, который его приютил, возникли хоть какие-либо неприятности, — Светлана по-прежнему не отрывала взгляда от зеркальца заднего вида.

Прошел 653-й автобус, за ним — пара легковушек и грузовик. Больше машин не было.

— Поезжайте вперед, до железнодорожного переезда, а там повернете налево, — сказала Светлана.

— Он что, на старом складе прячется? Сплошные заводские стены.

Светлана могла бы сказать, что это единственная дорога в симпатичный микрорайон «Филевская пойма», но не сказала. Вспомнила об Алтухове — наверное, сейчас позвонит, а ее нет дома. Ничего, она сама позвонит на квартиру Данилова от Ленки сразу же, как только Савин уйдет оттуда.

— Вот у этого дома остановитесь. — Она еще раз посмотрела в зеркальце заднего вида.

— Да нет там никого, нет, я же вам объяснила! — вспыхнула Марина. — За кого вы меня принимаете? За бандитку, которая выслеживает своего босса? Но это же нонсенс! Если бы Леве угрожала опасность, им бы, и вами тоже, занимались совсем другие люди!

— Я вас принимаю за бесчестную женщину, — парировала Светлана. — От которой можно ждать какой угодно подлости, вот и все.

— Не будем пререкаться. Я думаю, мы приехали? Ну так ведите меня к Леве!

— Пойдемте, — сказала Светлана, выбираясь из машины.

Они вошли в подъезд шестнадцатиэтажного зеленого дома. Светлана еще раз обернулась, посмотрела в окно — не идет ли кто подозрительный следом. Вроде бы никого. И лишь после этого нажала кнопку вызова лифта.