Эратийские хроники. Темный гном (СИ) - Лукашевич Денис - Страница 87

- Здесь. - Командор остановился на околице небольшой и некогда весьма преуспевающей деревушке.

Ярко, словно фонарь в небе, светила луна. И разукрашивала сдержанными приглушенными оттенками голубого, расчерченного резкой чернотой теней, лежавшую перед ними деревню. С многочисленными садами, аккуратными домиками и узкими дорожками, выложенными цветными камешками. Да вот только сейчас деревья стояли черные, с когтистыми ветвями, в окнах, несмотря на ночную пору, не было ни огонька, заколочены и двери толстыми тяжелыми досками. Тропинки вбили в грязь ногами, колесами повозок и копыт тарквиниев. Заборы исчезли, наверняка разобранные на костер, кое-гжде даже срубили деревья в некогда богатых домах — через деревню прошли люди. Много людей. Беженцы теперь казались саранчой, разорявшей Королевство не хуже находников, только страдали от нее большей частью люди простые, крестьяне и свободные общинники.

Хорас угрюмо оглядел разорения, ткнул пятками в бока лошади и двинулся было вперед, но его остановила рука Шмиттельварденгроу, коснувшаяся его локтя.

- Не стоит так внаглую. Если здесь проживает твой Дероил, то я, клянусь Бездной, устроил бы засаду на его друзей. Если бы был его врагом, конечно.

- Обо мне беспокоишься, гноме? - жестко ухмыльнулся командор.

Цверг оскалился, показав острые акульи зубы.

- Больше о себе, паладин. Ты у нас человек конченый, терять особо нечего. А вот мне польза в тебе имеется: как я без тебя секиру свою отыщу, клянусь Бездной?! Вот то-то же. Обмозговать все надо.

Он кивнул Джаладу.

- Ходи сюда.

Южанин выглядел жалко после всех странностей. Похудел, осунулся еще больше, кожа приобрела какой-то пепельный оттенок, а вот лишай свой, как рассказал он сам, исчез после лечения у троллей.

- Ты у нас человек незамеченный, - сказал Шмиттельварденгроу и ободряюще похлопал по плечу, - и не вызовешь излишних подозрений...

- Я понял, - холодно прервал его пиромант, посмотрел внимательно на Хораса и кое-что в его взгляде цвергу не понравилось: затаенная злость, что ли. - Я должен проникнуть в деревню, оглядеть дом Дероила и вернуться. Хорошо, только есть одно «но».

Он вновь поглядел на паладина и потянул гнома в сторону.

- Когда ты будешь меня темной магии обучать? Или я тебе мальчик на побегушках?

- Хорошо, - цверг тяжело выдохнул. - Я займусь тобой Будь уверен, ты вырастешь знатным чернокнижником, но теперь мне нужна твоя помощь...

- Опять, - вставил Джалад, - и ни слова о магии.

Шмиттельварденгроу тяжело вздохнул.

- Хорошо, я даю тебе свое слово , - сказал он. Голос его словно кристаллизовался в воздухе, а потом резко треснул и рассыпался. Поплыл едва уловимый, но узнаваемый аромат магии. - И оно нерушимо. Теперь доволен?

- Да, - кивнул маг. - Теперь я готов выполнить вашу просьбу.

Пути негодяев.13-16

13.

Ночью ударил мороз. Не сильный, но для уроженца южного Заморья вполне чувствительный. Не спасал даже толстый шерстяной плащ, сменивший его лохмотья, и кожаные штаны и рубаха из плотного сукна, купленные на деньги командора.

Вернувшись до первых соловьев, он успел основательно продрогнуть и, когда он вернулся в таверну, то первое, что сделал: присел к камину и протянул к нему дрожащие руки. В зале было душно и жарко, судя по потным и раскрасневшимся лицам посетителей. С почерневших стропил свисали лохмотья сажи, густо пахло подгоревшей снедью и гнилым луком, который богато начиняли блюда этого заведения. Люстра из железного обода, с насаженными на него оплывшими свечами, чадила сильно, но света давало едва-едва. Так, что углы тонули в густых тенях.

Когда рядом появился Хорас, он так и не смог вымолвить ни слова. Единственное, что получилось, немного унять зубы, выбивающие затейливый ритм.

- Тихо?

Джалад кивнул.

- С-с-странно, - сумел он-таки выдавить из себя, - если бы было иначе. Все-таки его разыскивают по всему Королевству!

- Я знал, - равнодушно согласился командор. – Но никто и не думал, что будет иначе. Дероил – не дурак.

- Не дурак?! – вспылил маг. – Тогда я полный дурак, если пошел сюда. Не удивлюсь, если завтра слягу с горячкой. И ради чего? Ради того, чтобы какой-то рыцарь убедился в своей правоте…

Хорас ухмыльнулся. Похлопал джаффца по плечу.

- Чтоб горячки не было, обычно пьют горячий грог.

- Горячий? Я бы не отказался.

- Тогда, - паладин шутливо поклонился, - прошу к столу.

Шмиттельварденгроу и Героним терпеливо дожидались их, коротая время за тарелкой с тушеной брюквой, приправленной мясом. Вернее, редкими мясными волокнами, похожих на бледных червяков, заселивших серую разваренную массу, но, хоть полуэльф ел с видимым усилием, морщась и кривляясь каждый раз, когда подносил ложку ко рту, цверг уплетал за обе щеки.

Когда Хорас с Джаладом подошли к столу, цверг уже доедал свою порцию и с плохо скрытым вожделением посматривал на тарелку полуэльфа, который едва притронулся к еде.

- А вот и наш друг! – Хорас присел, усадил рядом джаффца.

- И что? – тот испытующе уставился на него.

- Что «что»? – Паладин придвинул к нему глиняную кружку, над которым вился парок, пахнущий кислым вином и специями. – Вот твой грог.

Джалад глотнул. Приятное тепло обожгло пищевод, бухнуло в желудок. Мышцы, сведенные холодом, отпустило. Он расслабился, чуть не расплылся топленым маслом по лавке. По крайней мере, потянуло в сон. Джаффец не отказался бы от хорошо прогретой и мягкой постели и, может быть, чего-то жаркого тело под боком. Мягкого и нежного.

Нет. Рано для этого. Джалад встряхнулся, прогоняя цепкие щупальца сна. Оставил кружку с грогом. Ему было уже достаточно хорошо, что адекватно воспринимать реальность, но не потерять связующую нить разговора.

- Что дальше, я говорю? Что делать-то будем.

- Ждать, - буркнул Шмиттельварденгроу. – Ты пей-пей.

Он кивнул на грог.

- Сам готовил. По традиционному цвергскому рецепту. Чуточку специй, самую малость черной магии, - он хохотнул, - и много, очень много местного паршивого вина. Прошибает до печенок.

- Да, - кивнул Героним, - уважаемый гном сам готовил. Говорит, «мерзлый придет – надо привести в норму». «Клянусь Бездной»!

Последние слова он сказал глухим цвергским басом. И – самое удивительное! – Шмиттельварденгроу вместо того, чтобы вспылить по своему обыкновению, громко расхохотался, чем привлек внимание тухлой компании по соседству. Заросшие по самые глаза мужики заозирались, сказали что-то грубое, отчего цверг мигом обернулся.

Рука опустилась на рукоять рунной секиры. Гном ощерился, показав два ряда острых акульих зуба.

- Надо чего? – Он с тошнотворным скрипом провел грязным ногтем по лезвию, острому, словно бритва цирюльника.

Те мигом стушевались, бормоча извинения. Цверг повернулся опять к столу.

- Демонское дерьмо! Итак, все-таки чего ждем?

Хорас оглядел всех присутствующих.

- Когда нас найдут.

- Найдут?

- А, может, хватит повторять мои слова! – Он опустил большие натруженные руки на стол. – Да, найдут. Те, кто знает, где Дероил, или даже сам клирик.

- Или те, кто сам его ищет.

- Или они, - кивнул Хорас. – По крайней мере, это может означать хоть какую-то определенность. И мы начнем действовать по-настоящему, а не возится, словно слепые щенята.

- А, все эти ваши планы, которые неизвестно – выполняться или еще нет. Дероилы, союзники, друзья… - Шмиттельварденгроу махнул рукой. – Слишком все сложно. Надо было нахрапом – топором постучаться во врата Цитадели.

- И умереть, не успев ступить и шага к этим самым вратам, - хмуро произнес Хорас. – Почему Дероил? Он умнейший из всех, кого я знал. Если кто и знает, какие еще отнорки ведут в Цитадель, то только он. Когда-то он был смотрителем архива Ордена. И он первый догадался о настоящей личности Магистра. Если его уже ищут, значит, он пошел против него в открытую. Так просто Дровосек, или же его надо кликать Повелителем, не посмел бы его тронуть – слишком большой авторитет у Дероила. Такого лучше не трогать.