Буря Теней (ЛП) - Кемп Пол - Страница 9

— Ты вернулся, несмотря на то, что был изгнан из этих стен.

Абеляр поклонился.

— Ты знаешь, что я не нарушил бы ваш запрет, если бы дело не было таким серьёзным. С твоей стороны очень любезно принять нас. Мои благодарности.

— И мои, - добавил Регг, хотя его голос звучал напряжённо.

Аббат не обратил на Регга внимания. Его умные коричневые глаза вглядывались в лицо Абеляра, когда он спросил:

— Ты наконец-то увидел свет, Абеляр?

— Мудрость, которой я владел тогда, осталась при мне и сейчас, - ответил тот.

Аббат нахмурился.

— Несомненно.

Он указал в потолок.

— Как тебе новое окно?

Абеляр услышал за этим настоящий вопрос и ответил на него:

— Мастерская работа, но ему не хватает содержательности. Встающему Солнцу я предпочитаю розу.

Аббат изобразил улыбку.

— Понятно. Что ж, как ты и сказал, мудрость, которая была при тебе тогда, осталась с тобой и сейчас.

Регг усмехнулся и начал что-то говорить, но Абеляр коснулся его ладонью, чтобы остановить друга.

— Можем мы подойти и сесть, Денрил? - спросил он.

Аббат склонил голову.

— Без титула, лорд Корринталь? Мы зашли уже так далеко?

Абеляр позволил сказанному говорить за себя. Наконец Денрил указал на скамью со словами:

— Да. Пожалуйста. Садитесь. Вы, должно быть, устали с дороги. Хотите чем-нибудь подкрепиться?

Он собирался кликнуть Асрана, но Абеляр остановил аббата, подняв руку и покачав головой.

— Спасибо, но нет. Мы не можем остаться надолго. Мои люди ожидают нашего возвращения.

Абеляр и Регг прошли по проходу между скамьями к центру круга. Оба поклонились статуе Латандера и сели. Денрил остался стоять. Он сказал:

— Ты ведь преступник, знаешь ли. Как и твой отец. По крайней мере, так утверждает главная правительница.

— Правительница — лгунья, - спокойно ответил Абеляр. - Но ты уже об этом знаешь.

Аббат сделал пренебрежительный жест, обходя статую.

— Как и все политики. Что я знаю, так это то, что ты уходишь от света и тратишь свои силы на политическую возню. Ты упрям, Абеляр. Ты полон гордыни. Избавление приближается. Я вижу знаки повсюду, как и любой с ясным взглядом. Вернись к нам, пока ещё не слишком поздно.

Регг неловко поёрзал на скамье. Абеляр осторожно выбрал слова для ответа.

— И вижу повсюду знаки, но не знаки Избавления. Я вижу знаки того, что зло набирает силу. А хорошие люди тем временем бездействуют. Церковь бездействует, ограничившись своими владениями. Бездействуешь ты.

Аббат покачал головой.

— Ты ошибаешься, но ты всегда видел вещи подобным образом. Нет никакой великой борьбы, Абеляр. Это обычная политика, она ниже тебя. Я виню твоего отца в том, что затащил тебя в эту грязь.

Абеляр напрягся.

— Ты уже второй раз отзываешься о моём отце с презрением. Не делай так больше.

— Он убийца, разве нет?

Абеляр почувствовал, как кипит кровь, но взял свою нарастающую ярость под контроль. Регг, должно быть, тоже это ощутил; он успокаивающее коснулся друга.

— Последний раз предупреждаю, Денрил, - сказал Абеляр. - Не говори так о моём отце.

Регг встал.

— Возможно, нам уже пора...

Взгляд аббата посуровел.

— Зачем ты пришёл, Абеляр? Хочешь моей поддержки и поддержки церкви? Ты не получишь ни того, ни другого. Ты видишь, как зло набирает силу? Ты бредящий еретик. Это политическая распря. Ничего больше.

Абеляр поднялся со скамьи. Он с трудом мог поверить услышанному.

— Твой рассудок покинул тебя? Политическая распря, говоришь?

Аббат шагнул к нему, в его взгляде был гнев. Регг встал между ними.

— Да. Какое мне дело до того, кто правит Сембией? Вера поддержит всякого, кто обладает властью. И вера важнее страны или того, кто ею управляет. Каждый день она обращает народ в веру повелителя утра. И этот поток увеличится с началом войны.

— Ты безумен, - сказал Абеляр, прежде чем здравомыслие успело его остановить.

— Так... - начал Регг.

Аббат покачал головой.

— Твои мирские заботы затмевают твой взор. Вскоре случится Избавление. Мой долг перед повелителем утра — обращать народ в его веру, а не выбирать сторону в гражданской войне.

Слова аббата как будто доносились из уст чужака.

— Ты обращаешь народ, потому что предлагаешь ему лёгкую веру, - сказал Абеляр. - Учишь их сидеть на своих руках и ждать, пока бог поднесёт им всё на блюдечке. Но он не станет этого делать. Это не его путь.

— Я предлагаю им веру в надежду. И откуда тебе знать о его путях?

— Что я знаю, так это...

— Мы уходим, - сказал Регг, пытаясь оттолкать Абеляра к двери. Абеляр не поддался.

— Ты предлагаешь ложь, - выплюнул он, обнаружив, что повысил голос. - Не будет никакого Избавления. Это ересь.

Регг тихо выругался.

В ответ аббат закричал:

— Ересь? Ты осмеливаешься говорить так в этих залах?

— Потише, люди, - сказал Регг, но аббат проигнорировал его.

— Ты слеп, Абеляр Корринталь! И когда Избавление придёт, ты останешься позади!

Абеляр усмехнулся, обвиняюще наставив палец на бывшего учителя.

— Грядёт тьма, а не Избавление, и когда она наступит, ты осознаешь свою глупость.

Двери в часовню распахнулись настежь, и полдюжины жрецов и стражников с булавами наготове влетели внутрь.

Регг отодвинул Абеляра от аббата.

— Здесь всё хорошо, - сказал он новоприбывшим.

Аббат оскалился.

— Мне стоит взять тебя под стражу и отправить в Ордулин для суда.

— Можно я, аббат? - спросил один из стражников, молодой и слишком ретивый новообращённый, едва успевший отрастить бороду.

Регг отпустил Абеляра, положил ладонь на рукоять оружия и посмотрел на юношу.

— Попробуй, мальчик, и никакого избавления ты не дождёшься.

Абеляр услышал сталь в словах друга, и это привело его в чувство. Он не станет проливать кровь верующих, тем более в стенах храма. Усилием воли он взял себя в руки, выбранил себя за потерю самообладания, и посмотрел на своего бывшего друга и наставника.

— Ты не арестуешь меня, аббат, - спокойно сказал он. - Мы зашли ещё не так далеко.

Аббат посмотрел на Абеляра в ответ. Его лицо было багровым, тяжелое дыхание — громким. Наконец, он сказал:

— Уходи, Абеляр. Никогда сюда не возвращайся. Я прикажу тебя арестовать, если увижу ещё раз.

Эти слова сделали Абеляру больно, но он кивнул. Обернувшись, он потащил за собой Регга, и они прошли через толпу латандеритов, когда-то бывших его братьями. Они смотрели на Абеляра, и у того не было сил взглянуть на них в ответ. Ноги под ним ослабели.

Когда они вышли за порог часовни, аббат окликнул его.

— Я каждый день получаю силу творить заклинания именем повелителя утра, Абеляр. Подумай об этом. Если то, во что я верю, ложь, откуда берётся этот дар?

Абеляр не остановился и не обернулся. У него не было ответа. Он тоже мог направлять божественную силу во имя владыки утра. Как и Регг. Он не понимал, почему его бог позволяет обоим сторонам раскола получать свои дары. Абеляр считал, что Латандер намеренно продлевает конфликт, но не понимал, зачем.

Покинув часовню, они вышли во двор. Регг крикнул, чтоб привели лошадей. Следом за ними из часовни высыпала толпа жрецов и воинов. Во дворе на них смотрели с враждебностью. Некоторые присоединялись к стражникам и священникам.

— Он потерян в глубинах своей ереси, - сказал Абеляр Реггу, качая головой.

— Да, - отозвался тот, кивая. Он обернулся кругом, крича всем глазевшим на них:

— И вы тоже все потеряны! До последнего человека!

Некоторые из наблюдателей что-то злобно забормотали.

— Прочь отсюда! - крикнул один.

— Убирайтесь! - добавил второй.

— С радостью! - отозвался Регг.

Белд привёл их лошадей, и два друга вскочили в сёдла.

— У меня даже не хватило времени их расседлать, - сказал Белд, указывая на лошадей. - Норовистые кобылки.

— Это здешняя компания на них так действует, - сказал Регг, потрепав Первый Лучик по шее.