Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - Паррино Джо - Страница 156

Цедис поддался панике. Его братья погибали. «Ярость» заставила его тело изогнуться. Путы вокруг запястий затвердели, твердо сжимая его.

Небольшая часть разума Цедиса вернула себе рассудок. У магистра был шанс помочь братьям, если он сможет выбраться. Его орден всегда принимал «изъян», когда остальные отпрыски Сангвиния сражались с ним. Совет исходил от гнилого источника, но какой был выбор?

С молитвой Императору Цедис начал выискивать черноту в своем сердце и погрузил в нее свою душу.

Разрушающая его тело трансформация ускорялась, вместе с ней росла боль. Цедис извивался в муках. Они предшествовали проклятию, были залом ожидания перед адом.

Путы начали сдвигаться от рывков и толчков.

Самин направлял Волдона, пока сержант работал. Проблема была простой — одно из сдерживающих колец не получало достаточно питания, что приводило к выбросам яростной энергии реактора пульсирующими залпами. Это создало цепь обратной связи, в которой количество питания, поступающего на кольцо, еще сильнее уменьшилось, от чего рассеивалась еще большая мощность. С увеличением выплеска проблема становилась все сложнее. Изначально эффект был почти незаметным, но накопительная природа неполадки привела к тому, что впустую расходовались уже сорок процентов энергии реактора.

Самин обдумал все возможные причины. Корабль обладал значительными способностями к омоложению. Возможно, реактор ослаблял их. Но остальная часть зала была в идеальном состоянии. Если его гипотезы верны, то где-то неподалеку должны быть другие очевидные повреждения.

Магоса осенило:

— Сержант, мы ищем посторонний объект, вероятно, что-то утопленное в стену.

— Где?

— Он может находиться где угодно. Я не знаю ничего о распределении силовых реле в этом реакторе. Начни с отказавшего сдерживающего кольца.

На двери наверху начали появляться следы повреждений. Сквозь нее пробивались кончики когтей. Дверь заделывала дыры, но с каждым пробитием она постепенно теряла целость и деформировалась, оседая подобно старой коже.

Они быстро продолжили поиск. Самин удивился, насколько быстро им удалось найти источник неполадок — неровность на металлической стене корабля. Прорезав отверстие, он пробрался внутрь и обнаружил дистанционный зонд, погруженный в силовой канал. На конце зонда был нанесен символ Адептус Механикус.

— Они, похоже, проверяли потоки энергии корабля, — сказал Самин.

Он убрал зубья зонда и с усилием выдернул его. Канал тут же исцелил себя. Реактор отреагировал мгновенно, его пульсирующий гул стал ровнее, звук постепенно нарастал. Самин закрыл глаза. Реактор разгорался все ярче и ярче, рев становился все громче, но прилива энергии, которого он ожидал, не последовало.

Шум прекратился. Его место занял легкий гул.

Самин открыл глаза и увидел, что вокруг ядра реактора сформировалось круглое силовое поле. Оно каким- то образом слегка приглушало сияние реактора, чтобы не повреждать глаза смотрящего. Магос выдохнул с восторгом и облегчением. Если бы он оказался так близко к ядру имперского реактора, его поглотило бы.

— Теперь огонь реактора чист. Они смогут уловить сигнал и забрать нас отсюда.

— Это все хорошо, — ответил Волдон, — но от нас останется не так много, чтобы это телепортировать. Скажи, у тебя есть оружие?

Самин кивнул и достал из сумки лазпистолет. Чтобы поднять его, ему потребовались обе руки, и они дрожали.

Сквозь дверь пробилась когтистая рука.

Руки Самина перестали трястись.

Гальт беспомощно смотрел, как погибли Метрион и Сандамаэль. Броня предала его. Все индикаторы систем горели красным. Капитан не мог пошевелиться. Крики его братьев мучили его.

Злой дух, которым был одержим корабль, продолжал говорить:

— …три тысячи лет в сердце этого скитальца. Но я буду свободен, и вы помогли мне. Думаешь, это совпадение, что я направлялся к тем мирам, где побывал? Я знал, что привлечь внимание вашей жестокой диктатуры — для меня лишь вопрос времени. Благодарю за то, что избавили меня от нашествия чудовищ. Скоро у меня будет собрано достаточно топлива от этого и остальных солнц такого же класса, которые я посещал, чтобы навсегда покинуть эту Галактику и…

Корабль вздрогнул. В голове Гальта внезапно раздались вокс-переговоры второго отряда. Похоже, на них напали. Волдон докладывал, что реактор исправен. Он тщетно пытался связаться с ними.

— Вы превзошли себя! — сказал голос. — Мой вторичный реактор работает!

Корабль загудел с новой силой, его переполняла энергия.

— Да! Да! Скоро я буду свободен. Спасибо тебе и твоим шаманам, жрец, — сказал корабль. — Ты исполнил то, что я считал выше твоих способностей.

Заговорил вторичный голос:

— Первичное орудие активировано. Вторичное орудие активировано. Основной двигатель готов к работе. Варп-двигатели готовы к работе.

— Теперь ты узришь истинную силу древних, жрец. Наблюдай и дрожи в ужасе от того, что потерял.

Вид на экране уменьшился до небольшого окошка в правом верхнем углу. Остальную часть изображения занимала широкая панорама имперского флота, держащегося на расстоянии от скитальца.

— Думаю, это твой корабль, — сказал «Дух вечности», приблизив вид «Экскомментум инкурсус» в нижнем левом углу экрана. — Он выглядит крайне непривлекательно.

Постепенно начал нарастать истошный вой мощной энергии, которую нельзя было сдержать. Корабль взревел и затрясся. Космический мусор перед судном был уничтожен. На большом экране звезды пересек яркий энергетический луч, вонзившийся в корабль Адептус Механикус.

На приближенном изображении «Экскомментум инкурсус» они увидели, как выстрел ударил прямо в середину корабля. Пустотные щиты запылали, падая один за другим, и луч пробил корпус. Орудие отключилось, оставив в боку «Экскомментум инкурсус» огромную дыру со светящимися белыми краями. От корабля разлетался мусор, и судно накренилось на левый борт, выпав из построения с остальным флотом. Его двигатели отключились. Находившаяся на ремонте «Непрестанная бдительность» оторвалась от корабля и поплыла в сторону.

Гальт закричал, проклиная свою броню, но она не двигалась с места. Он молился, что у Арести окажется достаточно здравого смысла, чтобы эвакуировать скиталец до того, как механикусы нанесут ответный удар.

— Посмотри, как разбегаются мыши! — сказал ИИ. Безумие звучало в его голосе все очевиднее.

Гальт беспомощно наблюдал, как скиталец покидают шаттлы и «Громовые ястребы». Остальных можно было забрать с помощью телепортации. Если им повезет, эвакуация не займет много времени.

— Они не стреляют в ответ! Какая сдержанность! Я дал бы им больше времени, но жажду очутиться на свободе. Посмотрим, смогу ли я спровоцировать кого-нибудь из ваших более порывистых воинов.

Орудие корабля вновь подало голос, в этот раз ударив в «Люкс рубрум». Щиты выгорели за доли секунды.

— Все еще никакого ответа! — посетовал корабль. — Как это разочаровывает!

Теперь, когда реактор работал, связь с отделением восстановилась, но сержант все еще не мог связаться с Гальтом. Волдон наблюдал сквозь сенсорий, как Астомар выкрикивал боевые гимны Новадесанта. Он остался один, остальные пали. Глухой шум огнемета создавал мощный контраст к его похоронной песне о погибших братьях.

Волдон не мог помочь брату. Разрушенная дверь выплескивала генокрадов.

— Встань за мной, магос! — сказал сержант и подтолкнул юного техноадепта в укрытие за своей огромной броней. Десантник поднял оружие и выстрелил.

— Осторожнее! Не повреди сдерживающие кольца! — прокричал Самин.

— Я не промажу! — зарычал Волдон. Он стрелял и стрелял, уничтожив пять генокрадов. В штурмболтере закончились боеприпасы. Сержант мысленно отключил мощности, соединяющие болтер с броней, отбросил его в сторону и достал меч. Генокрады бежали на Новадесантника, стремительно перемещаясь по стенам, будто изменение гравитации их не касалось.