Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - Паррино Джо - Страница 224

Охотничьими тропами до Призрачной Горы было три дня пути. Нас все время сопровождал страх. То, что казалось возможным в теплом вигваме, оказалось ужасным в холодных осенних ночах, когда луна была полной и между деревьями мелькали духи. Я думаю, будь мы поодиночке, то давно бы уже вернулись, потому что приближаться к местам упокоения мертвых в предзимние ночи было просто ужасно.

Но мы не могли показывать страх, ведь один из нас всегда смотрел на другого, и наша конкуренция вела нас вперед. Никто не хотел отступить первым.

Вечером третьего дня мы встретили первые предупреждающие тотемы, покрытые черепами тех, кого судили Воины Неба и нашли их неподходящими. Я тогда хотел убежать, но гордость заставила меня идти дальше.

Мы начали взбираться. Ночь была безмолвной и холодной. В подлеске что-то шелестело, и луна светила вниз подобно Колдовскому Духу. На тропе сгорбились чахлые деревца, похожие на погибельных призраков. Мы взбирались до тех пор, пока не добрались до обширного и пустынного плато, отмеченного знаком крылатого черепа.

Нас переполняло чувство успеха, и в тот момент наша вражда умерла. Мы находились в месте, виденным немногими людьми. Мы бросили вызов призракам и выжили. Однако мы находились на краю.

Не знаю, о чем я подумал, когда Серебряный Лось указал вверх. Оттуда донесся вой тысячи пробудившихся призраков, и небо осветило зарево. Возможно, я думал, что духи решили покарать меня за самонадеянность. Возможно, меня настолько переполнил ужас, что я вообще не мог ни о чем думать. Я знал, что просто стоял на месте, в то время, как Серебренный Лось обернулся и побежал.

Если я боялся и до того, так вообразите себе, что я почувствовал, когда увидел большую крылатую тень вдали и услышал рев приближающейся громовой птицы. Представьте мой ужас, когда я увидел, что это было Крыло Смерти, конь Императора, избирающий павших, Крылатый Скелет-Охотник.

Я горько жалел о своей глупости. Я не мог сдвинуться с места, чтобы спастись, и ждал, когда Крыло Смерти поразит меня когтями и заберет мой дух.

Я удивился, когда громовая птица села на землю лицом ко мне, и прекратила свой сердитый рев. Я все еще не мог убежать. Его клюв открылся, извергая массивные фигуры избранных мертвых в черных доспехах. Каждый из них носил на плече знак крылатого клинка.

Тогда я понял, что находился в царстве духов, потому что среди них стоял Коготь Ястреба, дед моего деда. Я видел его лицо, вырезанное на балке крыши нашего семейного вигвама. Он выглядел постаревшим, седым и усталым, но все еще сохранял семейное сходство.

Видеть столь знакомое и странное лицо в настолько ужасном месте казалось чем-то успокаивающим. Это позволило мне преодолеть страх. Переполняемый удивлением, я шел вперед, пока не остановился перед ним, этим ужасным, седым стариком, лицо которого так походило на мое собственное.

В течение долгого времени он просто смотрел на меня. Затем он улыбнулся и рассмеялся. Он прижал меня к бронированной груди и закричал, что это было удачное возвращение домой. Он, казалось, был столь же рад видеть меня, как и я его.

Бегущий по Туче замолчал, сравнивая возвращение своего предка с собственным. Здесь не звучал смех, как это происходило среди тех Десантников давным-давно. Теперь он понял, как, наверное, обрадовался старик, увидев знакомое лицо. Он был рад тому, что Когтя Ястреба здесь не было, и он не видел гибели их народа.

— Конечно, я поражался тому, что стоял среди этих легендарных воинов, разговаривая со своим древним кровным родственником. Я знал, что они вернулись, чтобы избрать себе преемников в служении Императору, и позабыв обо всем, попросил разрешения присоединится к ним.

Старик посмотрел на меня и спросил, имел ли я какую-либо причину, чтобы остаться или что-то, о чем я буду сожалеть уходя. Я подумал о Бегущей Лани и заколебался, но я был всего лишь зеленым юнцом. Видения славы и чудес за небом переполняли меня. Что я в действительности знал о жизни? Меня призвали сделать выбор, и сделав его, я смог бы жить в течение многих столетий, хотя я не знал об этом.

Но мой предок знал. Он увидел мое колебание и сказал, что в таком случае мне лучше остаться. Мне этого не хотелось, и я настоял, чтобы они подвергли меня испытанию.

Они привязали меня к стальному столу и вскрыли мою плоть металлическими ножами. Я вынес ритуал Когтя Ласки, чтобы доказать свою храбрость, но эта боль была ничем по сравнению с тем, что мне пришлось пережить потом. Когда они вскрыли мое тело, то внедрили вещи, которые, как они сказали, срастутся с моей плотью и дадут мне силу духов.

Я неделями лежал в лихорадочной муке, в то время, как мое тело изменялось. Стены вокруг меня танцевали, и мой дух сбежал на границу хлада. Пока я блуждал, потерянный и одинокий, один из Братьев стоял возле меня, читая Имперские литании.

В видении ко мне пришел Император, верхом на Крыле Смерти, самом могучем из громовых птиц. Он отличался от того, который принес Воинов Неба домой. Это был зверь духа, остальные же были птицами из металла, тотемы несли в себе его образ.

Император говорил со мной, рассказывал о великой борьбе, которая велась на тысячах тысяч миров. Он показал мне расы, не похожие на человеческую, и тайное сердце вселенной, коим являлся Хаос. Он показал мне силы, скрывавшиеся в варпе, и подверг меня их соблазнам. Он смотрел, как я сопротивлялся. Я знал, что если поддамся им, то он низвергнет меня.

В конечном счете, я проснулся со знанием того, что мой дух принадлежит Императору. Мне предстояло оставить своих людей, свой мир и свою невесту, чтобы служить ему. Я знаю, что сделал правильный выбор.

Бегущий по Туче огляделся на других Терминаторов. Он надеялся, что рассказал историю достаточно хорошо, чтобы заинтересовать слушателей и напомнить им об их обязанности перед Императором. Он надеялся, что напомнил им о том, что все они также приняли это решение, и вновь сделают правильный выбор.

Он покачал головой и прикоснулся к амулету из косы, который он до сих пор носил на шее. Он задавался вопросом, принял ли он верное решение тогда, или он мог быть счастливее, оставшись с Бегущей Ланью? Яркие, самоуверенные мечты, которые он имел в своей молодости, поблекли и потеряли свое очарование за все эти годы бесконечной войны. «Я даже с ней не попрощался», подумал он, и почему-то эта мысль казалась ему самой грустной.

Он считал, что поколебал многих Десантников, но когда Хромой Медведь наклонился вперед, чтобы говорить, то понял, что борьба только началась.

— Я буду говорить о генокрадах, — тихо сказал большой мужчина. — Я буду говорить о генокрадах, об их терроре и их жестокости…

Глава 3

Две Говорящие Головы блуждал ночными улицами. Они казались пустыми, теперь, когда рабочие вернулись в бараки. Появился небольшой бриз, неся по улицам пепел и немного очищая город от смога. Его рот заполнил горький вкус пепла.

Он прошел мимо фабрик, где стояли все еще работающие паровые двигатели. Их шум разносился по воздуху. Поршни двигались вверх и вниз подобно головам взбешенных динозавров. Он знал, что они никогда не останавливались.

Он шагал по улице с богатыми особняками, ведомый болезненным любопытством. Он чувствовал, что ему будто показали куски обширной головоломки, и если он сумеет найти последний кусочек, то все станет на свои места.

Каждый особняк, мимо которого он проходил, имел ворота из кованого железа, которые несли на себе знаки Полуночника, Пумы и Крысы. Это были звериные тотемы Кланов Холма. Две Говорящие Головы задумался, обитали ли вожди этих людей внутри. Он полагал, что они могли заключить договор с тем, кто стоял за всем этим. Те люди имели темную репутацию.

Он чувствовал, как в нем, вытесняя замешательство, растет гнев. Его жизнь стала бессмысленной. Его народ предали. Его мир украли. Даже Темные Ангелы погибли. Здесь окончилось десять тысяч лет традиции. Не было больше смелых охотников равнин, которых забирали Воины Неба.