Око Силы. Трилогия. 1937 -1938 годы - Валентинов Андрей - Страница 102

– Они что, действительно обнаружились? – вздохнул Чиф.

– Ага. Вспомнил, что ты изрядный гвок.

«Гвок» было непереводимым детским ругательством, чем-то средним между «дураком» и «простофилей».

– Я действительно гвок. Пора в отставку! Я завалил задание...

– Подумаешь! – невозмутимо парировал Бен.

– Влип в дурацкую историю...

– За тем и приехали...

Оптимизм Бена явно не знал границ. Чиф и сам был не прочь проявить жизнерадостность, если бы не надпись на сером могильном камне.

– Есть еще кое-что похуже...

– Ты что, ранен?

Бен привстал и начал быстро ощупывать приятеля, словно тот валялся перед ним в луже крови.

– Пусти, щекотно! Да не ранен я...

Чиф встал и скривился: левую ногу он все-таки умудрился слегка подвернуть.

– Если не ранен, поговорим дома. Все, пора уходить!

– Не спешите!

...Высокий силуэт возник словно ниоткуда. Тот, кто так и не получил ответы на свои странные вопросы, словно соткался из затопившей кладбище черной мглы.

– Ах ты!

Скрайбер Бена дернулся, но незнакомец легко взмахнул рукой. Бен вскрикнул, рванулся – и растерянно замер.

– Джон! Не могу двинуться... Скрайбер!..

Чиф сорвал с шеи приятеля оружие и щелкнул предохранителем. Послышался негромкий смех.

– Я не буду стрелять. Опустите вашу игрушку!

Резкий жест – и Бен облегченно повел плечами.

– Это и называется, товарищи, «Непускающая Стена». Ею можно отгородиться, а можно и замуровать человека. Но я должен был догадаться, что один из вас – не человек...

Рассуждать над странными словами было некогда. Чиф оглянулся – на пустынной аллее больше никого не было.

– Мои люди окружили кладбище, но сюда я пришел один, – понял неизвестный. – Лишний шум ни к чему, вы и так устроили иллюминацию.

– Понравилось? – осведомился Бен.

– Недурно! А теперь у вас есть выбор. Либо мы поговорим и разойдемся, либо мои ребята устроят облаву – и тогда вам придется говорить совсем в другом месте. И не со мной.

– Слушайте, что вам надо? – не выдержал Чиф. – Мы что, нарушили закон?

– Голос вас выдает, – неизвестный вновь негромко рассмеялся. – А так – и не отличить. Кто вы?

Приятели переглянулись. Похоже, от странного типа не отвязаться.

– Я просто пришел на могилу... – неуверенно начал Чиф.

– ...Степана Ивановича Косухина, – нетерпеливо перебил неизвестный. – Кем он вам приходится?

– Я его сын.

– Ах вот оно что!..

Человек в шинели, шагнув ближе, внимательно вгляделся в лицо Косухина-младшего.

– Да, немудрено! Стало быть, вы Косухин...

– Иван Степанович, – неохотно отрекомендовался Чиф.

Бен промолчал. Его личностью, кажется, не интересовались.

– В таком случае позвольте представиться: Всеслав Игоревич Волков. Ваш отец знал меня как Венцлава. Мы с ним... можно сказать, однополчане. Наверное, он вам обо мне рассказывал?

– Да...

Снова смех:

– Значит, Степан все-таки жив! Или, по крайней мере, был жив, если успел вам кое-что поведать. Впрочем, извините, я употребил неправильное слово. К нему, к вам, да и ко мне, этот глагол не имеет отношения...

– То есть? – совсем растерялся Чиф.

Тот, кто назвал себя Всеславом Волковым, не ответил. Отвернувшись, он глядел в сторону, словно надеясь что-то увидеть в густом мраке. Затем, внезапно повернувшись, бросил:

– Отвечайте быстро и без вранья. Первое: что рассказывал вам отец обо мне?

Чиф пожал плечами:

– В годы Смуты... революции вы работали в большевистской разведке и, кажется, были с моим отцом... не в самых лучших отношениях...

Волков кивнул:

– Не по моей вине, Иван Степанович. Это все, что вы знаете?

– Джон? – шепнул Бен, красноречиво кивая на «скрайбер».

Волков никак не реагировал, казалось, вновь погрузившись в раздумье. Наконец, он поднял голову:

– Значит, вы прибыли сюда не из-за меня? Вы и этот мелкий колдун просто шпионы Семена Богораза?

Чиф вытер со лба внезапно выступивший пота. Кажется, об их миссии знала уже вся Столица! Зато его приятель не медлил:

– Господин большевистский офицер! По поводу «мелкого колдуна» могу сообщить, что меня зовут Бен, я хорошего дворянского рода и полностью к вашим услугам. Свою фамилию я сообщу вам у барьера. Если, конечно, вы не предпочтете написать на меня донос – говорят, здесь это заменяет дуэли!

– Бен! – шепнул Косухин-младший, но Волков лишь рассмеялся:

– Я не могу принять вашего вызова, господин Бен, поскольку мы не в равных условиях. Не будем нарушать дуэльный кодекс!.. И не вздумайте в меня стрелять – вам же хуже будет. Кстати, передайте Богоразу, что я помню пулю в церкви Святого Ильи!..

– Передам, – вежливо кивнул Бен. – А насчет равных условий... Я могу подождать, пока вы сходите за оружием, если забыли его дома.

Волков легко дернул рукой. Бена шатнуло и бросило назад, спиной на прутья ограды.

– Мы в неравных условиях, господин Бен, – повторил Волков. – С вашим товарищем – дело другое. Но не хочу... Господин Косухин! В присутствии господина Бена прошу засвидетельствовать перед вашим отцом: я не хочу враждовать с ним и с теми, кто ему помогает. Сегодня я спас ваши жизни, господа. Надеюсь, этим я покрыл свой долг Степану Косухину, передайте ему это! И еще: скажите Богоразу, чтобы не вмешивался в наши дела. В каждом аду свои порядки. Пусть устраивает свой ад по собственному усмотрению, а нам предоставит такое же право!..

– Господин Волков! – Чиф пришел в себя и несколько осмелел. – Вы сказали слишком много или слишком мало...

– Я сказал достаточно. Ваше дело – выслушать и передать. Эта история не касается вас прямо, Иван Степанович...

– Кроме одного. Вы намекнули, что я не человек. Это у вас здесь заменяет традиционные оскорбления?

Волков усмехнулся – смех был злым и обидным:

– Неужели отец оставил вас в счастливом неведении? Забавно!.. Один человек падает на брусчатку с переломанными костями и проломленным черепом, затем получает две разрывные пули в голову и сердце, его закапывают на глазах у всего города. А потом он объявляется как ни в чем не бывало на вашей паршивой планетке! Ну и другой... тоже человек... не боится Непускающей Стены, которая действует даже на чугов, вместо крови имеет черт знает что... Продолжать?