Око Силы. Трилогия. 1937 -1938 годы - Валентинов Андрей - Страница 212

...Ветер донес крик. Слов разобрать было нельзя, но голос показался странно знакомым. Косухин прижал бинокль к глазам. Тот, что пониже, остановился, подавая знаки платком...

– ...Джон! Косухин! Джон!..

Еще не веря, Чиф вскочил. Не может быть! Откуда? Его заметили. Тот, что кричал, махнув рукой, побежал навстречу...

– Товарищ Хо! Не надо! – Лю Вэйцзян тоже встал, не зная, что ему делать.

– Не стреляйте!

От волнения Косухин скомандовал по-английски. Сделав несколько шагов, он взялся за бинокль, но понял, что в изобретении Цейса уже нет никакой необходимости.

– Чиф! Джон! Это я!..

– Лу?!

Косухин отбросил скрайбер и побежал. Он ждал всякого, но все же не появления сестрицы Бена вблизи Пачанга. Но удивление тут же уступило место радости. Лу здесь! Чтобы не случилось, она жива, с ней все в порядке...

– Чиф!

Девушка налетела на Джона, чуть не сбив его с ног. Звонкий поцелуй прямо в нос. Лу улыбалась, светлые волосы выбились из-под летного шлема, а новенький скрайбер грозно оттягивал плечо.

– Ты... Слушай... Но почему?

Ничего более связного Чиф высказать не смог, да и то не на русском, а на привычном англо-американском суржике. Девушка вновь рассмеялась, ткнула Косухина кулаком в плечо.

– Мы за тобой, Джон. Тебе срочно надо в Столицу...

Косухин только головой помотал. Люба Бенкендорф на советском самолете прилетела в Пачанг, чтобы везти его в большевистскую Столицу!..

– Только не спрашивай, как мы тебя нашли, Джонни-бой. Ты всегда был недогадливый, поэтому объясняю сразу: Бен налепил тебе радиомигалку на ремень и еще одну – на скрайбер. Мы шли, как по маяку, и не промахнулись. Кстати, познакомься...

Тот, кто вышел из самолета вместе с Любой, уже был рядом. Чиф поглядел на него не без удивления. Высокий, крепкий, загорелый – прямо герой из голливудской ленты...

– Артамонов, – последовало могучее рукопожатие. – Все-таки нашли вас, лапа медвежья! Ну чисто иголка в сене!..

– Джон Косухин... То есть, Иван Степанович, – Чиф не без труда перешел на русский.

Тем временем бойцы, увидев, что бой откладывается, подошли поближе. Пришлось объяснить, что краснозвездный самолет прибыл за товарищем Хо из самой Красной Столицы. Это вызвало радостные улыбки. Разведчики окружили Артамонова, с восторгом поглядывая на богатыря, которому большинство едва доставало до плеча. Между тем, Чиф представил девушку. Валюженич и господин Чжао приветствовали сестру Бена с утонченной вежливостью интеллигентов, давно не бывавших в приличном обществе, а бесстрашный Лю Вэйцзян несколько растерялся, особенно узнав, что Люба, то есть «Лу» – его «тезка». Вдобавок он отчего-то решил, что гостья – сестра товарища Хо. Чиф не стал разочаровывать молодого командира ни в первом, ни во втором. Наскоро извинившись, он отвел Лу в сторону.

– Ждешь объяснений? – усмехнулась девушка. – Еще не понял? Догадайся!

– Знаешь, уже играл в угадайку. Чуть ли не всю ночь... – Джон вздохнул. – Ладно, самолет советский, да еще какой-то особый...

– «Сталинский маршрут», – подсказала Лу. – Артамонов – личный пилот Усатого. Теперь понял?

– Вдобавок, ты не арестована... Мы помирились с большевиками?

– Уже теплее. Ладно, не буду мучить. Тускула устанавливает дипломатические отношения с СССР...

– Что?!

Наверное, он ослышался. Или оговорилась Люба. Или они оба спятили.

– Подробнее тебе объяснит Дядя Сэм, он тебе письмо передал на десяти страницах. Не знаю, что там, потом расшифруешь. Но если коротко...

Девушка помолчала, собираясь с мыслями, затем заговорила совсем иначе – деловито, без всяких эмоций:

– До прошлой недели все шло без изменений. Мы переправили уже нескольких человек. Я контактировала с Корфом, Бен – с Бертяевым. Мне даже удалось ненадолго устроиться в одну серьезную клинику. Материал – я тебе скажу! Но об этом отдельно... Меня едва не арестовали, спасибо, нашлась добрая душа, предупредила. Казим-бек уже собирался отзывать меня, а заодно и Бена, чтобы выслать смену, но тут мы получали срочную телеграмму лично от Дяди Сэма... В общем, у нас дома не очень хорошо...

– На Тускуле?!

Косухин вздрогнул. Кажется, то, о чем он боялся подумать, все-таки случилось.

– К сожалению. Все началось еще зимой, нас просто не спешили информировать. Правые подняли крик по поводу нашей группы. Богораза обвинили в том, что он посылает под пули детей...

– Кого?

– Нас. Без знания обстановки, условий работы и так далее. Шум вышел изрядный. Дядя Генри держался молодцом, а наша с Беном маман, признаться, не выдержала. В общем, пошел разговор о том, что Богораз нарочно подставляет лучших представителей Генерации под чекистские пули, чтобы скомпрометировать идею помощи жертвам большевизма...

– Постой, постой! – Косухин помотал головой. – Где же они были раньше?

– Оппозиция заявила, что Казим-бек и Дядя Сэм держали подробности операции в тайне и дезинформировали Думу. Шум с трудом улегся, нас срочно наградили Знаками Отличия... Кстати, поздравляю, это уже второй у тебя и у Бена.

– Взаимно, – вздохнул Чиф. – Бен заслужил, а вот я...

– Ну, это не самое страшное... В общем, началась новая дискуссия по поводу нашей внешней политики. И в самый ее разгар Сэм сделал ход конем. Он заявил, что посылка группы – действительно большой риск, поэтому для защиты наших интересов и помощи жертвам режима надо установить прямые отношения со Сталиным.

Чиф задумался. В том, что делал Президент Богораз, всегда была логика. Но отношения с большевиками...

– Насколько я помню, – осторожно начал он, – все прежние годы контакты с СССР запрещались в связи с вероятной опасностью вторжения.

Лу кивнула:

– Совершенно верно. Но после того, как Бен установил, что у Сталина нет «Пространственного Луча», опасность была признана преувеличенной. Мы можем достать до Земли, Сталин до Тускулы – нет. Поэтому ему придется идти на уступки...

Да, и здесь чувствовалась железная логика Дяди Сэма. Но ведь СССР – это не только Сталин и послушный ему народ! Есть подводная часть айсберга – база на Тибете, Венцлав с его бандитами и, наконец, Агасфер...

– И Дума согласилась?