От края до края. Шаг первый. (СИ) - Жилигий Ульяна Владимировна "Ab imo pectore" - Страница 25

— Лентяйка! — надменно бросил Светлый Принц и, гордо выпрямив спину, направился в таверну, покинув бедную меня на произвол судьбы.

Полежав так некоторое время и убедившись, что на помощь никто не спешит, я кое-как встала на четвереньки. Во весь рост я поднялась только с пятой попытки, вспомнив при этом всех известных мне святых. Дальше — больше: только я сделала пару шагов, как на меня обрушился поток ледяной воды — дождь пошел. Жалобно хныча, я ползла по направлению к таверне, остро ощущая свою беспомощность и заброшенность.

Все мои беды от лени: я действительно расслабилась за то время, что мы были в пути. Мое обучение начиналось с тренировок, не превышавших по времени часа. Постепенно Ламирр увеличивал время занятий, повышал нагрузку ровно настолько, насколько высоки были мои успехи. И сегодня тренировка длилась никак не более тех, что мы проводили во дворце в дни перед моим отъездом, вот только мое тело, отвыкшее от постоянных нагрузок, упорно отказывалось следовать установленному графику занятий. Что ж, и поделом мне!

Мое жалкое состояние окончательно разрушило барьер между мной и Лиссой. Раздев и бережно обмыв меня, девушка уложила израненное тельце в постель.

— Тебя к ужину будить? — с сомнением поинтересовалась подруга, на что я только промычала что-то невразумительное, после чего погрузилась в сладкий, исцеляющий сон.

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо, причиняя тем самым невероятные мучения моему истерзанному телу. Казалось, что я уснула всего пару часов назад, но, разлепив глаза, я увидела серое предрассветное небо, уныло заглядывающее в грязное окно комнаты. Сфокусировав взгляд на внешнем раздражителе, я обнаружила Лиссу.

— Ну, наконец-то! Вставай, мы отправляемся через час.

Легко сказать: вставай, а как прикажете сделать сие, когда конечности упорно отказываются слушаться? Обидевшись на всех и вся, я с трудом сползла с кровати. Видя мое плачевное состояние, подруга сжалилась, предложив свою помощь в сборах. Вместе мы управились быстрее, то есть за два с половиной часа, в течении которых я решительно нагнала, ломившегося в комнату Ламирра.

Медленно, но верно мое тело приходило в норму, напоминая о вчерашних издевательствах лишь неприятной ломотой в суставах. Нам пришлось вытерпеть несколько неприятных минут после того, как мы, наконец, спустились вниз: Ламирр грозно сдвинул брови и, уперев руки в бока, прожигал нас укоризненным взглядом, но страху нагнал столько же, сколько кролик на удава. Темный — вот кто давил на нас своим авторитетом, задавая вполне закономерный вопрос о наличии у нас совести. Вперив глазки в дощатый пол, и виновато покивав головками, мы были прощены и милостиво отпущены на свободу, после чего был отдан приказ выдвигаться.

Из таверны я выходила последней и потому не могла не заметить мелькающую впереди спину… Рофиуса! Словно почувствовав мой взгляд, вампир обернулся и с лукавой улыбкой указал на небольшой амулет в виде руны Солнца с черным камнем в центре. Значит, Темный все же предвидел, что именно потребует за свою помощь Рофиус. Это существенно упрощает дело, ведь теперь мы имеем возможность передвигаться днем, что уменьшает опасность, подстерегающую нас в Мертвых Землях.

Шли молча, каждый занятый своими мыслями. Во главе колоны Орринас, за ним Лимаэль, Темный, я и Лисса, прикрывал нас Ламирр, за ним шли Велинаэль и замыкавший шествие Редгарр. Рофиус отправился вперед, выбирая наиболее доступные и безопасные тропы. Стратегически расположение было наиболее выгодным, но меня устраивало мало: уже через час после начала пути Ламирр довел меня до белого каления своими издевками, на которые достойно ответить я не имела сил. Так мы и продвигались в течении последующих трех часов: впередиидущие и замыкающие — настороженно, а Темный и Ламирр — развлекаясь тем, что поддергивали меня с периодичностью в пару минут.

Ногами я двигала слабо, преимущественно опираясь на хрупкие плечики Лиссы. Отступившая было утром усталость, с новой силой вгрызлась в мое тело, доставляя большие неудобства не только мне, но и всему отряду, вынужденному двигаться медленнее. Вскоре появился Рофиус, как-то враз посерьезневший и молчаливый. Что-то тихо сказав Темному, он снова растворился облаком черной пыли.

— Нас уже ждут, — тихо, но вместе с тем отчетливо предупредил отряд дроу.

— В каком смысле? — с недоумением спросила я.

— В самом прямом, касс'аши, в самом прямом. Гаррги почувствовали нас, как только мы ступили на постоялый двор, а сейчас они готовы «радушно» встретить нас в своих владениях, — он говорил об этом так спокойно, словно нас поджидали не кровожадные монстры, а стайка ребятишек, желающих заполучить пару леденцов.

— Это что же получается, мы примем бой, едва ступив на Мертвые Земли? — с истеричными нотками осведомилась я.

— Маловероятно, скорее всего, гаррги будут некоторое время изучать нас, и только после того, как сравнят возможности, осмелятся напасть.

Мне показалось, или он действительно еле заметно пожал плечами? Нет, не может быть, это ведь так… по-человечески, что ли. Я улыбнулась своим мыслям, получив в награду от дроу вопросительно приподнятую бровь и задумчивое выражение глаз.

— Но ведь мы уже предупреждены, значит защищены. Они не смогут застать нас врасплох. Тем более, что в нашем отряде собрались лучшие воины Лероны.

— Нельзя недооценивать противника, девочка, — снова этот тон, от которого все внутри закипает. — Ты забываешь, что гаррги разумны, не чувствуют боли и не имеют представления о милосердии, что делает их очень опасными соперниками. Они возьмут нас количеством, поэтому нужно постоянно быть начеку, — как же меня раздражает снисходительность в его голосе.

Совсем скоро к нам окончательно присоединился Рофиус: видать совсем немного осталось до Рубежа. Ламирр, наконец, оставил попытки довести меня до истерики, зато заставил трижды оббежать отряд по кругу. После его слов я ужаснулась, но наставник твердо заверил меня, что мне станет легче, и я сдалась. Сил моих хватило только на два забега, потом я просто упала на спину, категорично отказываясь двигаться дальше. Впрочем, данное представление продолжалось недолго, так как Ламирр бесцеремонно вздернул меня за шиворот, придав исстрадавшемуся телу вертикальное положение. С удивление вынуждена была отметить, что идти мне действительно стало легче, правда совсем чуть-чуть.

Вдоволь повеселившиеся во время моих потуг, эльфы вскоре успокоились, и продвижение продолжалось в той же томительной тишине, что и ранее. Лисса оставила меня в одиночестве, о чем-то мило беседуя с Рофиусом. Быстро же они нашли общий язык, а ведь совсем недавно он хотел ее съесть. Куда катится мир? Вот так, жалуясь на судьбу и ворча на всех остальных, я плелась дальше, мечтая лишь о наступлении темноты, несущей отдых и покой.

Неожиданно из-за очередного поворота появился… лес? Сплошная стена деревьев простиралась насколько хватало глаз. Вот только цвета он был не зеленого, а серого, и стволы деревьев изгибались под самыми немыслимыми углами, словно жались друг к другу ища защиты и тепла.

— Господь Всемогущий, да что же это? — невольно вырвалось у меня.

— Добро пожаловать в Мертвые Земли, смертная, — ответил наставник.

Казалось, что Лес чего-то ожидает: такая стояла тишина. Издали Лес показался мне серым из-за непрестанно падающего с неба пепла: он медленно кружился, увязая в густом воздухе, обволакивая все вокруг, словно покрывалом. Нет, Лес не был серым, он был черным! Каждый ствол, каждая веточка были из черного, холодного мрамора.

— Что же здесь произошло? — не обращаясь ни к кому конкретно, прошептала я.

— Война, леди, война.

Я взглянула на Рофиуса: плотно сжатые губы, глаза полные ненависти. Что же его связывает этим местом? Интересно…

— Зачем вы были здесь раньше? — на свой страх и риск, спросила я.

Некоторое время он молчал, видимо, погрузившись в воспоминания. Затем, стряхнув с себя наваждение, он с присущей ему ироничностью посоветовал не лезть не в свое дело, и отбыл в сторону лагеря, разбитого на ночь.