Птице нужно небо. Часть I и II (СИ) - Гультрэ Икан Релавьевна - Страница 10

Подходящий заплечный мешок нашелся на конюшне. Поскольку он валялся в углу пустого денника без дела, я сочла, что его пропажа никого не расстроит. Добычу я притащила в свою ванную и долго отстирывала, а потом вывесила сушиться на башне. Неприятный запах выветрился, но темные пятна непонятного происхождения вычистить не удалось. Ну и ладно.

А флягу мы с Маром вместе выпросили у конюха для игры. За несколько дней до предполагаемого побега я припрятала ее, а потом утащила в свои покои. В тот же день я взяла у мальчишки ключ от храма, а потом заставила его забыть об этом. На этот раз полностью стерла из его памяти все, что касалось меня и храма. В оставшиеся часы все присматривалась к пацану, но никаких последствий своего вмешательства не заметила. Обошлось.

Я собиралась еще раз заглянуть в храм без Мара, чтобы кое-что поискать, но мне такой возможности не представилось. Оказалось, что герцог все-таки не поверил, что я смирилась со своей участью.

За три дня до черной луны ко мне зашла горничная с ужином, и я уловила волны тревоги и вины, исходящие от нее.

— Постой, Лиша, — остановила я ее, придержав за руку. — Что тебя так расстроило, что ты почти плачешь? — имя служанки я узнала от Мара.

Глаза у нее и впрямь были на мокром месте. Я знала, что ответить мне она не может, но зато всколыхнулись мысли, которые тревожили девушку, а я, касаясь руки горничной, легко их считала.

Лиша выдохнула с облегчением, стоило мне отпустить ее, и выскочила за дверь. Итак, в мое сегодняшее питье подмешаны два зелья — снотворное, чтобы не вздумала гулять по ночам, и некий состав, способствующий покорности и даже апатии. В общем, герцог решил подстраховаться. Если бы это было только сонное зелье, выпила бы с чистой совестью, поспала бы дольше обычного, зато успокоила бы хозяина. Но вторая составляющая меня напугала. Очень напугала. А кроме того, днем меня собирались охранять, не выпуская из комнаты. Хорошо хоть не ночью — на снотворное понадеялись.

Чудодейственный напиток я вылила в туалет, а вечером вполне успешно притворялась спящей во время визита герцога. Пособие по ментальной магии — наше все, как говорится. Уже ближе к полуночи я выглянула в коридор, чтобы убедиться, что ночью меня действительно никто не охраняет. Потому что на следующую ночь я собиралась бежать, а в эту спать пока не спешила. Успеется. Я аккуратно распорола самое неказистое из своих платьев. Часть юбки пошла на мешочек для сухарей, из еще одного куска я сшила для своих штанов специальный карман для моего единственного оружия. Еще скроила два кошеля и распределила монеты. Хорошо еще, что швейные принадлежности я заранее выпросила у жены садовника. Скальпелем аккуратно спорола вышивку с голенищ сапог. Вдумчиво собрала дорожный мешок. После чего с чистой совестью легла спать.

Утром проснулась позже обычного, как и ожидала, а после завтрака выглянула в коридор, чтобы проверить считанное из головы горничной. Так и есть: у двери скучал охранник. Один из тех, кто обычно стоит на воротах. На службе у герцога было вообще мало вооруженных людей, как мне показалось, и в доме они обычно не паслись. Для меня сделано счастливое исключение. Я попробовала выйти из комнаты, и страж, не говоря ни слова, схватил меня за плечи, развернул и впихнул обратно. Пришлось изобразить полную покорность — вернуться в комнату и сесть на диван с книжкой. Впрочем, книжка оказалась вполне увлекательным приключенческим романом.

Убедившись, что никто мной не интересуется, я сделала небольшую разминку — решила не перенапрягаться в этот день, а после обеда и вовсе завалилась в постель, чтобы набраться сил перед бессонной ночью.

За ужином мне пришлось несладко: Лиша — вероятно, по распоряжению герцога — принесла еду, но уходить не спешила, уселась на диван, скромно сложив ручки на коленях, кусая губы и краснея, но не сводя с меня взгляда. Я поела и сделала вид, что пью травяной напиток, а сама исподтишка поглядывала на девушку, нащупывая точки воздействия. Мысленно потянулась к выбранным точкам, слегка пережила каналы, сперва успокаивая горничную, а затем погружая ее в состояние, близкое к трансу. Убедившись, что она больше не обращает на меня внимания, я выбежала из комнаты и повторила вчерашний фокус с зельем, отправив его в канализацию, после чего вернулась на свое место и «пробудила» девушку. Теперь она будет думать, что все время держала меня в поле зрения, а та минута, которую она провела в отключке, благополучно изгладилась из ее памяти.

Лишу было жалко — те картинки, которые я выудила из ее памяти, свидетельствовали, что девушка — одна из жертв садистских развлечений герцога и боится его до беспамятства.

После ужина я переоделась и улеглась в постель. В этот вечер герцог навестил меня снова. Я усердно притворялась спящей, игнорируя его прикосновения, только позволила себе поежиться, когда он откинул в сторону одеяло. Все остальное пришлось терпеть — и задранную рубашку, и отвратительно чужие руки во всех доступных местах — и все это время держать ментальный щит, чтобы никоим образом себя не выдать. С трудом дождалась, пока извращенец покинет комнату. Вот что это было? Жених пытался проверить, не обманываю ли я его? Или у него просто терпелка на исходе, и возникла срочная необходимость полапать невесту, не дожидаясь свадьбы? Фу…

Я еще некоторое время повалялась в постели, прислушиваясь к окружающему миру. Замок засыпал. Герцога поблизости не было, охранник тоже покинул свой пост — ушел вместе с хозяином, когда тот убедился, что я крепко сплю.

Я оделась, подхватила свою нехитрую поклажу и выскользнула из комнаты. Удивительно, но меня даже не заперли. Что это, уверенность герцога, что я уже полностью в его власти, или меня ожидают сюрпризы?

Коридор был пуст. Я прокралась до одной из боковых лестниц, спустилась на первый этаж и, приоткрыв окно, перекинула тело через подоконник и сползла вниз, благо до земли было недалеко. Сердце глухо бухало в груди, когда я кралась к двери в подвальный этаж. Но по пути мне никто не встретился, я открыла замок украденным ключом и нырнула в темноту. Примерно полсотни шагов — и я в храме.

Самая ненадежная часть моего плана, которая ставит под сомнение его исполнение, — обращение за помощью к тем, в чье существование я пока не очень-то верю. Ну да, что-то такое было во время прошлого визита в храм и после него, но… Все ведь можно списать на простые совпадения и собственное нестабильное эмоциональное состояние.

Я вздохнула несколько раз, пытаясь справиться с волнением, заставила себя подойти к статуе Лейнар, опустилась перед ней на колени и извлекла из заплечного мешка единственную вещь, с которой мне было действительно жаль расстаться, и единственную, которую я считала по-настоящему своей: ажурную птицу, сделанную мастером Крелом. Вспыхнули искры на кончиках моих пальцев, маленькая деревянная фигурка в углублении жертвенника исчезла в пламени. Справляться со слезами не было ни сил, ни желания… Одновременно я говорила — мысленно — о том, как попала в этот мир, о том, какая участь меня здесь ждет, если я не получу помощи, о том, что я никакая не Тэнра, я не невеста герцога и не безумная самоубийца, а совсем даже наоборот — та, кто стремиться избежать мучений и смерти, а также сохранить разум. Высказав все, что накипело, я застыла перед статуей, погрузившись в странное состояние то ли сна, то ли транса. Это было ожидание. Ожидание приговора. Или милости.

— Ш-ш-ш… — это не ветер, это голос.

По-прежнему стою на коленях, не поднимая глаз.

— Ш-ш-ш… Не плачь больше. Подойди к купели, опусти в воду руку с браслетом.

Все еще не веря своим ушам, я поднялась с колен, подошла к чаше, стоявшей у ног богини, и погрузила в нее руку. А дальше было чудо: металлический браслет вдруг заколебался в воде, «поплыл» и… легкими струйками стек с моей руки и растворился до полной невидимости… Ох! Я вскинула взгляд на статую — та выглядела по-прежнему неживой, но чье-то присутствие я ощущала.

— Спасибо!.. — прерывающимся шепотом.