Рыцари Атлантиды - Быстров Андрей - Страница 50

— Не так, — раздельно проговорил Игорь, — не совсем так. Тут не просто преступление, а целый огромный заговор, и я думаю, что Зимин — всего лишь винтик. Чтобы сделать такое, нужен ряд вещей. Знать все о нашем полете вплоть до мельчайших подробностей. Знать все эти секреты, я имею в виду — и технические тоже. А русская подводная лодка? И еще тысячи деталей, о которых мы с тобой даже не догадываемся и которые не по зубам обычным гангстерам! Это люди с невероятными возможностями, они везде — в России, в спецслужбах, в Пентагоне, в НАСА.

— Ну и что? — Шерон не сразу осознала сказанное.

— А то, что мы единственные свидетели. Только мы знаем о Зимине, и они не остановятся ни перед чем, чтобы найти нас и уничтожить.

— Боже! Как я не подумала… Тогда тем более скорее в полицию!

Шевцов печально усмехнулся:

— Помнишь убийство президента Кеннеди? Читала о том, сколько свидетелей обращалось в полицию? И чем это кончалось? Они исчезали. Никому из них не дали и рта раскрыть. А здесь народ покруче, чем те, которые убрали президента. Стоит лишь кому-то, хоть одному полицейскому, или чиновнику, или сотруднику спецслужб пронюхать, что мы живы, и через полчаса об этом по цепочке узнают ОНИ, даже если наш полицейский чист, как алмаз. И тогда нас ничто не спасет. Теперь поняла?

— Я не полная дура, — недружелюбно сказала Шерон. — Но что же тогда делать? Мы не можем вечно скрываться… Да мы вообще не можем скрываться! Мы знаменитости, а после гибели «Магеллана» — суперзвезды. Любой мальчишка узнает нас за милю… И у нас нет денег.

— Все это так, — согласился Шевцов. — Я и не собираюсь всю жизнь прятаться в норе, как крот. Мы придумаем способ, как нам выбраться и посчитаться с ними. Но для этого надо хотя бы остаться в живых. Для начала достать деньги, обычную одежду, автомобиль…

— Как ты себе это представляешь?

— Гм… Где мы примерно находимся? Шерон помолчала, прикидывая:

— Где-то в Луизиане. Ближайшим городом к западу должен быть Порт-Артур… Нет, погоди, Лейк-Чарлз поближе. На юге — Батон-Руж, хотя нет, я все перепутала. Юг прямо перед нами, то есть на юге океан, Батон-Руж на севере. А к востоку — Лафайетт, озеро Понтчартрейн и Нью-Орлеан, но он слишком далеко.

— Да нет, от городов лучше всего держаться подальше… Есть тут какие-нибудь фермы?

— Не знаю, какие тут фермы, сплошные болота да леса… Эх, вот если бы угнать вертолет, — вздохнула она.

— Ты умеешь водить вертолет?

— Конечно. У меня и свой есть, «Хани Би». Правда, сейчас он в ремонте… А ты?

— Я же летчик. С вертолетом как-нибудь управлюсь… Но если бы у нас и был вертолет, куда бы мы улетели?

— Ко мне, в Висконсин. У нас с мамой там домик на берегу озера Мичиган, очень уединенный.

— Отлично. Вот туда-то ОНИ и явятся в первую очередь. Впрочем, идея мне по душе, хотя бы чтобы раздобыть деньжат… А вот задерживаться там никак нельзя.

— Но вертолета все равно нет, — уныло напомнила Шерон.

— Ладно… Пошли.

— Куда?

— Куда глаза глядят. Если наткнемся на ферму, подождем темноты и попробуем что-нибудь… гм… взять в долг.

Повозившись со своей повязкой, Шевцов переодел просохший комбинезон наизнанку, чтобы скрыть броские эмблемы НАСА. Девушка поняла его и быстро оделась подобным же образом. Они шли на север, пока не уперлись в бетонную полосу автострады Бомонт — Нью-Орлеан. Машин не было. Они поспешно пересекли дорогу и снова углубились под сень леса.

— Стой! — внезапно скомандовал Шевцов.

— Что?

— Вон там.

Среди плотно стоящих деревьев проглядывал деревянный забор, а за ним верхушка двухскатной крыши.

— Ферма? — шепнула девушка.

— Черт ее знает… В чаще лесной? — усомнился Шевцов. — Во всяком случае, это дом. А коли так, в нем живет кто-нибудь, кого можно обокрасть.

— Вот это да! — покачала головой Шерон. — Ты просто Диллинджер…

— Станешь тут… Как бы узнать, не пустует ли сейчас этот дом?

То, что сделала Шерон в следующую секунду, было настолько неожиданным, что Игорь не успел вмешаться. Она подобрала увесистый камень и размашистым движением перекинула через забор. Зазвенело разбитое стекло, глухо залаяла собака, очевидно запертая в сарае. Ожидаемых проклятий и появления владельца дома с двустволкой не последовало.

— Ну здорово! — восхитился Шевцов.

— Идем. — Девушка схватила его за руку и легко побежала к калитке.

Они без проблем открыли нехитрый засов и очутились в ухоженном дворике. Под навесом стоял джип, на который восторженно указала Шерон. Два сарая с пудовыми замками примостились у забора — пес лаял из дальнего.

— Какой смысл заводить собаку, если она не охраняет имущество, — пробормотал Игорь.

— А она для того и заперта, чтобы не укусила случайных гостей вроде нас, — пояснила Шерон. — Американцы — приветливые люди. Не в городах, конечно. Но уже в ста милях от Нью-Йорка никто не запирает дверей на ночь.

Они подошли к скромному двухэтажному коттеджу из некрашеного дерева. Снаряд Шерон попал в центральное окно мансарды. Дверь оказалась не только незапертой — в ней вообще не было замка. Шерон первой вошла в уютную светлую комнату. Мебель незамысловатая, но везде чистота и порядок. Ни телевизора, ни радиоприемника на виду.

— Это домик лесничего, — заключила она после беглого осмотра. — Вот его фуражка, а вот ружья. Знаешь, мне неловко грабить такого доверчивого человека.

— Мы не грабим, а только одалживаем, — успокоил ее Шевцов. — Когда доберемся до Висконсина, вышлем ему деньги за все… Только надо убедить хозяина не обращаться в полицию.

— Как? Дождаться его возвращения?

— Нет, он не должен нас видеть… — Игорь побарабанил пальцами по дубовой крышке стола. — Вот что. Мы напишем записку.

— Какую?

— Напишем, что мы два друга… Да, так лучше… Двое мужчин, ограбленных до нитки во время рыбалки… У нас забрали все, включая одежду, нам надо как-то добраться домой… Пообещаем вернуть ему деньги за все взятое… И при первой же возможности обязательно вышлем эти деньги.

— Не очень-то я верю в такую записку, — вздохнула девушка. — Но делать нечего, пиши…

(Старый лесничий Том Хантер и без всякой записки не стал бы беспокоить полицию. За сорок лет его одинокой жизни в Национальном парке Луизианы, куда забрели Шерон и Шевцов, он крайне редко сталкивался с плохими людьми и непоколебимо — по-своему, по-простому — верил в человечество. Он верил, что если люди взяли у него что-то, так потому, что отчаянно в этом нуждались, и непременно отплатят добром.)

В шкафах нашлась только грубая мужская одежда. Шерон в полотняных брюках и простой куртке выглядела забавно, как хулиганистая девчонка из предместья. Шевцов прихватил лопату, чтобы зарыть комбинезоны в лесу. Ключа зажигания обнаружить не удалось, пришлось напрямую соединить оборванные провода под приборной доской старого джипа. Когда мотор зачихал и завелся, девушка захлопала в ладоши.

Шевцов загнал машину подальше в лес по заросшей дороге, которой по виду не пользовались лет десять. Там они зарыли комбинезоны. Шевцов забросил лопату в кусты, достал из кармана найденные в домике деньги (они взяли примерно половину всей суммы) и пересчитал.

— Сто двадцать шесть долларов ноль-ноль центов. Будем экономить, случай пополнить запас может подвернуться не скоро.

— Куда теперь? — спросила Шерон.

— Пока никуда. Подождем здесь, пока стемнеет, а потом поищем какой-нибудь мотель.

— Ты с ума сошел?

— Нет. — Шевцов засунул деньги обратно в карман. — Если один из нас снимет комнату, а второй потом заберется в окно, — это не опасно. Кто станет разглядывать в потемках нас и нашу машину? И психологический момент на нашей стороне. Что бы ты сказала, если бы к тебе на огонек завернул Мик Джаггер?

— Сказала бы, что это не он.

— Правильно. То же скажет и портье в мотеле, если наши лица ему кого-то напомнят. Но вряд ли… Через мотели проходят тысячи людей.

— Но зачем нам этот мотель? — с досадой проговорила Шерон. — Переночуем в джипе, в лесу.