Воздух, которым он дышит (ЛП) - Бриттани Ш. Черри - Страница 40

— Ты действительно осуждаешь мужчин, которых я пускаю в свой дом? Напомнить тебе некоторых мужчин, что приходили в твой?

Она лукаво улыбнулась.

— Твоя взяла.

— Тристан, — позвала я. Он подошел, запустив свои пальцы в перемазанные кетчупом волосы.

— Что? — он улыбнулся мне перед тем, как посмотреть на мою маму.

— Это моя мама, Ханна. Мама, это мой сосед, Тристан.

Его взгляд встретился с моим, и я видела, как на долю секунды его губы изогнулись вниз, словно он был разочарован тем, как я его представила. Но он сразу же улыбнулся и протянул моей маме руку для рукопожатия.

— Рад встрече с вами, Ханна. Я много слышал о вас.

— Это забавно, — кивнула мама. — Потому что я ни слова о тебе не слышала.

Наступила тишина.

Неловкая тишина.

— Так мне следует присоединиться ко всем вам в неловкой тишине или стоит подождать в машине? — пошутил незнакомый мужчина, шагая по крыльцу с чемоданом в руках. На нем были очки и одетая поверх темных джинсов горчичного цвета рубашка, застегнутая на пуговицы.

Мама должна была отвесить скучноватому бойфренду пинок. Я не удивлюсь, если он окажется прорицателем.

И снова тишина.

Ужасно неловкая тишина.

Мужчина прочистил горло и протянул руку Тристану, вероятно, потому что заметил, что Тристан не подарил ему напряженный и растерянный взгляд, как я.

— Я Майк.

— Рад встрече, Майк, — ответил Тристан.

— Что случилось с Ричардом? — прошептала я маме.

— Не сработало, — тихо ответила она.

Шокирующе.

— Итак, мы с Майком надеялись, что сможем остаться на ночь здесь. Я имею в виду, мы можем поехать в отель, но… Я подумала, что было бы отлично поужинать вместе и пообщаться.

— Мама, сегодня вечеринка по случаю моего дня рождения. Эмма останется у Кэти и Линкольна на ночь, — я нахмурилась. — Тебе следовало позвонить.

— Ты бы не ответила, — ее щеки покраснели, и она крутила пальцы, как будто была расстроена. — Ты бы не ответила, Лиз.

И только после этого я почувствовала себя, как самая дерьмовая дочь в мире.

— Мы можем остаться на ужин, хотя… Я могу приготовить твое любимое мясо, если хочешь. И ты можешь присмотреть за Эммой. Я могу позвонить и отменить планы с Кэти.

Ее щеки порозовели, а улыбка стала шире.

— Это было бы прекрасно! Тик… эээ… Тристан, тебе следует присоединиться к нам за ужином, — он закатил глаза, выглядя разочарованным. — Хотя, возможно, сначала тебе следует принять душ.

— Ты продолжаешь делать лучшую курицу пармезан, которую я когда-либо пробовала, Лиз, — мама сделала мне комплимент, когда мы сидели за обеденным столом.

— Она не лжет, это прекрасно, — согласился Майк. Я подарила ему натянутую улыбку и поблагодарила их обоих. Майк казался милым, лучшим спутником для мамы, чем прошлый провальный опыт, с которым я видела ее. Каждый раз Майк тянулся через стол и держал маму за руку, что на самом деле заставляло меня чувствовать себя плохо из-за этого парня. Он смотрел на нее такими томными от любви глазами — я была уверена, что это всего лишь вопрос времени, когда она сделает ему больно.

— Итак, Майк, чем ты занимаешься? — спросил Тристан.

— Оу, я дантист. Я в процессе получения семейного бизнеса, потому что мой отец через год уходит от дел.

Это имеет смысл. У мамы нюх на мужчин с самыми большими кошельками.

— Очень круто, — ответил Тристан. Все продолжали болтать, но я перестала слушать — я не отводила взгляда от Майкла, массирующего мамину руку. Как она никогда не чувствовала вины за то, что использует мужчин таким способом? Как это до сих пор не дошло до нее?

— Так как вы двое познакомились? — выпалила я, заставив каждого уставиться на меня. Мою грудь сдавило, я просто устала от того, что мама использует очередного мужчину. — Простите, просто любопытно. Потому что последним, о ком я слышала от мамы, был мужчина по имени Роджер.

— Ричард, — поправила меня мама. — Его звали Ричард. И, если честно, мне не нравится твой тон, Лиз, — ее лицо стало красным, от разочарования или от гнева, и я знала, что скоро, когда мы останемся наедине, она будет ругать меня.

Майк стиснул мамину руку.

— Все нормально, Ханна.

Она сделала глубокий вдох, как будто его слова были всем, что ей требовалось услышать, чтобы успокоиться. Ее плечи расслабились, и краснота со щек начала спадать.

— С твоей матерью мы познакомились в моем кабинете. Ричард был одним из моих пациентов, и она пришла с ним, когда я делал депульпирование зуба. (Примеч. - депульпирование зуба — это операция, во время которой удаляется воспаленный сосудисто-нервный пучок зуба, называемый пульпой).

— Как всегда, — пробормотала я, она всегда изучала других мужчин вокруг, пока была со своим мужчиной.

— Это не то, что ты думаешь, — улыбнулся Майк.

— Поверь мне, Майк. Я знаю свою мать, и это то, что я думаю.

Мамины глаза увлажнились, и Майк продолжил сжимать ее руку. Он смотрел на нее, и это было почти как полное утверждение без слов. Она потрясла головой один раз, и Майк посмотрел в мою сторону.

— В любом случае, это не имеет значения. Что имеет значение прямо сейчас, так это то, что мы счастливы. Прямо сейчас все хорошо.

— По факту, все так хорошо, что… мы собираемся пожениться, — сказала мама.

— Что? — закричала я, все краски покинули мое лицо.

— Я сказала…

— Нет, я слышала тебя в первый раз, — я повернулась к Эмме и ярко улыбнулась. — Детка, хочешь пойти и выбрать несколько пижам для сегодняшней ночи? — она немного поныла перед тем, как спрыгнуть со своего стула и пойти в спальню. — Что ты имела в виду, когда сказала «пожениться»? — спросила я изумленно у очевидно обрученной пары.

Были две вещи, которые мама никогда не делала:

1. Не влюблялась.

2. Не говорила о замужестве.

— Мы влюблены, Лиз, — сказала мама.

Что?!

— Это одна из причин, почему мы здесь, — объяснил Майк. — Мы хотели лично тебе сказать это, — он нервно рассмеялся. — И сейчас это неловко.

— Я думаю, что слово дня — неловко, — кивнул Тристан.

Я повернулась к маме и прошептала:

— Насколько ты в долгах?

— Элизабет! — прошипела она. — Прекрати.

— Ты потеряла дом? Если тебе нужны деньги, ты могла бы просто спросить у меня, — мое горло сжалось, и я прищурилась. — Ты больна, мама? Что-то случилось?

— Лиззи, — сказал Тристан, потянувшись, чтобы прикоснуться к моей руке, но я вырвала ее из его ладони.

— Я просто спрашиваю, — я усмехнулась, пробежавшись рукой по волосам. — Я просто не могу думать ни о какой другой причине, почему ты так спешишь ввязаться в это, кроме того, что ты в долгах или умираешь.

— Может быть, потому что я влюбилась! — заплакала она, ее голос дрожал. Она встала из-за стола. — И, может быть, просто может быть, я хотела, чтобы моя дочь порадовалась за меня, но, кажется, я слишком многого прошу. Не беспокойся, иди на свою вечеринку сегодня, и, когда вернешься утром, я уйду и не побеспокою тебя никогда!

Она пронеслась в комнату для гостей и захлопнула за собой дверь. Майк подарил мне натянутую улыбку перед тем, как извиниться и пойти проверить ее.

— Уфф! — я встала из-за стола. — Ты веришь ей?! Она же просто такая… актриса!

Тристан усмехнулся.

— Что?

— Ничего. Это просто…

— Просто? Просто что?

Он снова усмехнулся.

— Просто ты так похожа на свою мать.

— Я не похожа на нее! — взвизгнула я, может быть, это было слишком громко, может, слишком наигранно.

Он продолжил улыбаться.

— То, как расширяются твои ноздри, когда ты раздражена, или как ты прикусываешь свою нижнюю губу, когда расстроена.

Я уставилась на него с отвращением.

— Я не собираюсь выслушивать это. Я собираюсь пойти и одеться.

Пробежав мимо него, я притормозила на полпути.