Хроники Смертельной Битвы-2: Турнир второй (СИ) - Ла Имие - Страница 17

- Рейден, ты что - испугался? Кого? Шэнг Цунга, что ли? Я уже один раз победил его - смогу победить и во второй! - вмешался Лю.

Тут на склочного божка принялся орать Джакс.

- Просто прекрасно!!! Мы тут уже месяц лезем на стенку, зная, что на тебя у нас вся надежда и что ты один можешь открыть портал во Внешний Мир, а ты нам тут такое выдаешь! В конце концов - ты бог грома или кто?

- Ладно, ладно, так уж и быть, только сначала я должен привести сюда еще одного человека - Лю, он, кстати, твой дальний родственник...

***

Отправившись за Кунг Лао, Рейден оставил невидимый для всех телепортационный канал открытым, не заметив того, что туда из дворца Тьена случайно просочилась собачка Мастера Чоу, причем случилась сия неприятность практически перед самым возвращением протектора Земли на виллу Джонни.

Появившись перед Избранными в сопровождении юного Кунг Лао, Рейден узрел нечто совершенно невообразимое. Собаковидный мутант Мастера сначала долго крутился возле актера, который не знал, как его отпихнуть, поскольку боялся испачкать свои новые домашние туфли об омерзительную тварь, а потом принялся лихо носиться по всей комнате. Пробежав по столовой три почетных круга, собачка сделала кучу на лучший ковер Джонни Кейджа. Бедного Избранного перекосило.

- Это был ковер за пять тысяч долларов...

Тут поганая псина Мастера умудрилась сделать лужу возле лакированной ножки антикварного обеденного стола киноактера.

- Это был стол за двенадцать тысяч долларов...

Бог грома застыл в позе столба с разинутым ртом, не зная, что делать.

- Откуда эта гадина, черт возьми? - Джакс встал и собрался было вмазать незваной гостье ногой под зад, но тут следом за Рейденом из телепортационного канала выполз Мастер собственной персоной.

- Не шмейте трогать мою шобаку!!!!

Майор остановился, разгневанно глядя на визитера.

- Это кто еще...

Рейден приобрел совершенно озадаченный вид, но положение спас Кунг Лао, который, во всяком случае, был посообразительнее протектора Земли.

- Это Мастер Чоу, великий знаток боевых искусств, всю свою жизнь проведший в лесном уединении и достигший высшей мудрости. Он пойдет с нами, - пояснил юноша.

Джакс, который до этого был просто серым от бешенства, несмотря на темную кожу, посмотрел на Кунг Лао со снисходительным недоверием, но собаку укокивать все-таки не стал.

- В лесном уединении, значит? - пробормотал майор, про себя подумав, что во время достижения высшей мудрости Мастер явно забывал о существовании в местах лесного уединения водоемов, в которых можно помыться.

- Теперь вы можете отправляться, - произнес Рейден таким голосом, словно его собирались насильно поить уксусной эссенцией. - Я открываю вам портал в Эдению...

- А ты? - удивленно поднял брови Лю Канг.

Рейдену идти туда явно не хотелось, и он решил попробовать откосить от турнира, несмотря на персональный вызов, присланный Шэнгом.

- В Эдении я потеряю свою силу, я же защитник Земли... - принялся унылым голосом мямлить бог грома.

- Рейден, что ты нам тут мозги конопатишь? - озадаченно произнес Джакс. - Даже если ты не сможешь применить там всякие магические штучки, боевыми искусствами-то ты владеешь? Неужто их мало, чтобы сражаться с врагами? Можно, конечно, этого вашего Шэнг Цунга молнией шарахнуть, а можно ему и кулаком в морду засветить, тебе что важнее - способ или все же результат?

Тут Рейдену стало совсем дурно. Придется переться к ненавистному старшему братцу.

"Чтоб он провалился вместе со своим турниром и своими людьми", - с ненавистью думал он о Шао Кане, открывая портал.

8. Внешнемирская пленница

Через месяц Шэнг Цунг и Тэра, как и было задумано, сыграли свадьбу, на которой Император был почетным свидетелем. Эсмене тоже был приглашен на торжество и, когда увидел новобрачную, не сразу ее узнал - да и трудно было узнать в роскошно одетой и накрашенной невесте профессионального военного, к образу которого он успел привыкнуть за время знакомства с Тэрой.

- Ну, сегодня твой день, и ты действительно потрясающе выглядишь, - сказал он ей, рассматривая ее малиновые платье и шапочку из нежного бархата, расшитые золотом. Та же с непривычки чувствовала себя даже немного неуютно с искусно сделанным маникюром, нарисованными на глазах стрелками, накрашенными ресницами и блестящей пудрой на лице - примерно как и в день открытия турнира, когда тоже надела дорогой наряд. Она радостно улыбалась - так искренне, как это делают те люди, у которых наконец сбылась давняя мечта, щеки ее пылали, глаза сияли.

- Спасибо, а ты потрясающе умеешь вводить людей в заблуждение, я тебе это еще раз повторю, - ответила та. - Если что, это не ирония и не укор, а самый настоящий комплимент. Я и в самом деле поверила, что ты не имеешь к Великому Кунг Лао никакого отношения - ну мало ли кто там из нас внешне на кого похож, может, где-то найдется и такой человек, который на меня похож. А потом оказалось... вон оно что!

Придя на праздник, Эсмене поначалу недоумевал и даже чувствовал легкую обиду, потому что его лучший друг, по логике вещей, должен был позвать в свидетели его, а не Шао Кана, но молодожены объяснили ему ситуацию.

- Согласно нашим традициям, - сказали они ему, - если двое людей познакомились не просто так, а с чьей-то помощью, то они зовут его к себе на свадьбу почетным свидетелем, а Император отправил Тэру на остров. Так что все в соответствии с обычаем.

- Хотелось бы мне тоже такой праздник, как у тебя, - со скрытой завистью и печалью сказал Шэнг Цунгу Шао Кан, - и позвать в свидетели тебя либо Эсмене.

Тот ничего не ответил. Он чувствовал, что между нынешним Императором и прежним, с которым у него еще пару месяцев назад были более чем натянутые отношения, пролегла бездонная пропасть. Сейчас ему казалось, что перед ним стоит совершенно другой человек, хотя на самом деле он всего лишь сбросил маску, которую носил долгие годы, и предстал перед приближенными в своем истинном обличье. С этим незнакомцем ему и Эсмене сейчас предстояло вместе заниматься прежними делами - вернее, они тоже уже никогда не будут прежними.

Играла веселая музыка, столы в пиршественном зале Имперского Дворца ломились от всевозможных вкусных блюд, многочисленные гости пели, танцевали и поднимали бокалы, желая счастья молодым - торжество удалось на славу, если не считать того, что Эсмене, пригласив невесту своего лучшего друга на танец, нечаянно наступил ей на расшитую бисером бархатную туфельку, и несколько бисеринок все-таки отлетело. Анми, отец Рутая, провел собственно свадебную церемонию - согласно куэтанскому обычаю, руки новобрачных связывались алой лентой, символизирующей жизненную силу и любовь, после чего будущие супруги при свидетелях подтверждали свое согласие вступить друг с другом в брак по доброй воле, и их объявляли мужем и женой.