Магия страсти - Чарова Анна - Страница 17

— Нигде, его надо призвать. Не советую больше никому рассказывать, потому что если узнают, тебе не поздоровится.

— Как призывать?

— Очень сильно захотеть его увидеть, он услышит зов и решит, приходить или нет.

Саяни покосилась на подарок Незваного, как на ядовитое насекомое. Поддела цепочку мизинцем, поднесла предмет к глазам, пытаясь разобрать иероглифы, повертела и сказала:

— Арлито не заметил на тебе это?

— Нет, хотя пластина всегда была при мне.

— Странно, вещь точно магическая. Видимо, у нее хорошая маскировка. Советовала бы тебе ее выбросить.

— Так что это?

— Не знаю. — Она качнула головой. — Язык мне не знаком. Давай спрячу в сумку, там ее вряд ли будут искать.

Когда в дверь постучали, я сняла пластину Незваного, и Саяни положила ее в сумочку, где хранились шепчущие камни.

— Войдите, — прохрипела я и замерла посреди комнаты, выпрямила спину, вздернула подбородок. Получился столб столбом, зато очень важный. Надо будет поучиться грации у Саяни.

Одновременно вошли Арлито и Тайя, я выдержала пытливый взгляд злобного карлика, подождала, когда служанка поставит ванночку с лечебным раствором, и приказала ей убираться. Арлито тоже хотелось выгнать, но пришлось снисходительно улыбнуться:

— Проводи свой ритуал и уходи. Или мне идти за тобой на дознание?

Маг склонил голову, приложил руку к груди, затем выпрямил ее. Надо запомнить этот жест уважения. Или покорности? Или он так извиняется? Сколько всего! Чтобы не оступиться и не опозориться, надо пару недель брать уроки хорошего тона у Саяни. Как мне реагировать на его жест?

— Приношу свои извинения, — сказал он, выпрямляясь, сел на корточки и принялся чертить на полу моей комнаты звезду Давида размером с человека — два взаимопроникающих треугольника. Надо же, наши люди и здесь отметились. Закончив, отложил белый мел и над верхним углом начертил знак углем, похожий на червяка, нанизанного на вертел. Внизу нарисовал нечто, напоминающее пухлую сову. — Бэрри, встаньте, пожалуйста, в середину.

Обмирая, я переступила через сову и очутилась в центре звезды Давида. Сначала кровь гулко билась в висках, поглощая другие звуки. Когда стало ясно, что ни молнией меня не поразило, ни замертво я не рухнула, реальность начала приобретать привычные звуки и оттенки.

— Я ж говорила, что это Вианта, — сказала Саяни с упреком.

Арлито ответил для нас двоих:

— Теперь я тоже вижу, что не демон, но кое-что меня настораживает. К тому же я обязан отчитаться в книге наблюдений — случай все-таки особенный. Один на тысячу. А теперь не отвлекайте меня.

Маг принялся ходить вокруг меня, бормоча неразборчиво. Два шага вперед, шаг назад, остановка, взмах руками. Два шага вперед, шаг назад, взмах руками. Снова и снова, круг за кругом, круг за кругом…

У меня закружилась голова, показалось, что я стою в оке циклона, а снаружи ничего не видно и беснуется буря. Потом меня будто стиснул в объятиях человек-невидимка, аж дыхание перехватило. Что происходит? Кто-то словно проник в меня, ухватился за позвоночник и попытался его вырвать.

— Хватит! — крикнула я, опустилась на одно колено, ощущая, как земля уходит из-под ног.

Мгновение — и я снова стою внутри гексаграммы, напротив замерли Саяни и Арлито. Маг таращится непонимающе, бормочет заклинания. Саяни смотрит не мигая. В окно бьет ветер, завывает в дымоходе, хлещет ветвями о стекла.

— Что? — спросила я, поднимаясь и отряхиваясь. — Что-то не так?

Арлито потер подбородок, сканируя меня взглядом. Не дожидаясь разрешения, я плюхнулась на свою кровать, мысленно отругала себя, напомнила о грациозности. Перевела взгляд на стекло, куда, будто ладони, шлепали пикообразные листья неизвестного дерева.

— Неужели не видно, что она — не демон? — проговорила Саяни и обратилась ко мне: — Тебе плохо?

— Голова закружилась. — Я потерла виски.

Арлито молча наблюдал за нами, то и дело поглядывал за окно, снова склонил голову, приложил руку к груди:

— Добро пожаловать домой, бэрри Вианта. Надеюсь, что скоро вы все вспомните.

Почему-то облегченно выдыхать не хотелось. Пока мажик здесь, под одной крышей со мной, я в Опасности.

— Арлито, вроде ты прикреплен к землям моего жениха? В моем княжестве должен быть свой маг, где он? Почему бы тебе…

— Вы сами отослали его, к тому же бэрр Ратон просил меня помочь вам — не дать умереть, — напомнил он с упреком. — Прошу простить мне случившееся недоразумение. Думаю, мы найдем взаимопонимание в дальнейшем.

Хотелось скрипнуть зубами от злости. Как жаль, что не получится от него избавиться! Он все равно меня подозревает.

— Бэрри Вианта, лучше присядьте. И ты… вы, Саяни. Должен кое-что вам сказать. Пожалуйста.

Противоречить ему не было желания, мы одновременно встрепенулись и уселись на кровать, соприкасаясь плечами.

— Ваша жизнь по-прежнему в опасности, — проговорил Арлито. — Вы не целиком в этом мире, вашу душу будто кто-то заштопал, на ней шрам. Похожие образования наблюдаются у проклятых и у людей с порчей, но ваше… Словно заморожено. Больше всего меня волнует другое. Еще вчера, когда вы спали, ничего подобного я не наблюдал. Но и следов магического воздействия я не вижу. Однако кто-то ж сделал это с вами… Неизвестно, что будет, когда запечатанное нечто в вашей душе пробудится, вероятнее всего, вы умрете. Советовал бы вам обратиться в орден Справедливости.

Только я собралась пообещать ему, что поеду туда в ближайшее время, как на выручку пришла Саяни:

— У нее помолвка и свадьба через два месяца. Да, мы отменили ее, но гости еще не разъехались, и надо их вернуть. Завтра возвращается Ратон, через два дня объявим о помолвке…

— Завтра? — воскликнула я с ужасом и снова объявила себе выговор за несдержанность.

Перед глазами возникла широкая постель с белым бельем, я лежу и жду нелюбимого мужа, цепенея. Одно дело — отдаться понравившемуся мужчине, другое — исполнять супружеский долг. Даже если Ратон окажется харизматичным красавцем, внутренний бунт отвратит от него. Чувствуешь себя породистой коровой на случке. Отвращение заставило забыть даже о том, что жизнь висит на волоске и с моей душой что-то не так.

— Ты его не помнишь, это не страшно. Он поймет и даст тебе время. Тебе очень повезло с ним, — ласково пообещала Саяни и обратилась к Арлито: — Неужели обязательно ехать в орден и нет другого выхода?

— Почему же, необязательно. Пэрр Мэтиос вполне способен помочь, он отлично разбирается в порчах и проклятиях. Это — очень странное, оно может убить Вианту.

Я подняла с пола ванночку, пахнущую травами, попыталась разбинтовать руку и позволила сделать это Саяни, его слова не произвели впечатления. Наверное, устала удивляться — слишком много за последнее время случилось невероятного, мир с ног на голову перевернулся, я умерла, возродилась и навсегда рассталась с Эдом…

Неплохо было бы куда-нибудь поехать, посмотреть на людей — вдруг у Эда есть двойник? Если нам судьба быть вместе вопреки всему, то мы обязательно встретимся и здесь. Вот только узнает ли он меня? Так, хватит думать о несбыточном! У тебя есть шанс начать жизнь с чистого листа — так возродись новым человеком, живи и радуйся!

Арлито тер подбородок и не спешил уходить. Помотал головой, извинился и наконец оставил нас.

— Он все равно меня подозревает, — пожаловалась я.

Саяни повертела головой, прислушалась к свисту ветра и прошептала:

— Ты совершенно на нее не похожа. Тело то же, но ты не кривишь губы и не втягиваешь голову в плечи, смотришь иначе, даже разрез глаз изменился. Голос стал тише и приятнее, характер улучшился. Человек, который побывал за пределом и решил исправиться, все-таки остается прежним.

— Поможете мне измениться?

— Нет… То есть мне не хотелось бы, чтоб ты менялась. Это необязательно — ты была нелюдимой, ладила только со мной и Тайей…

С Тайей?! Держись, Оля, то есть Вианта! Сохраняй невозмутимость, тут так принято.

— Сейчас мне больше по душе Лииса.