Кровь Зигмара (ЛП) - Келли Фил - Страница 25

Волкмар услышал хлопанье крыльев и повернул голову, чтобы снова увидеть трёх похожих на летучих мышей существ, спустившихся со своих насестов под разрушенной башней. Дьяволы Шварцхафена завизжали, на бреющем полёте направляясь к нему. Костлявая лапа одного из толпящихся внизу скелетов схватила его за лодыжку, и он наступил на неё изо всех сил. Когда он снова поднял голову, варгейсты уже настигли его, толкая его на пол ударом когтистых лап. Они были огромными, закрывшими весь обзор своими слюнявыми заострёнными мордами и перепончатыми крыльями. Один из них дотянулся до его священного молота и вырвал оружие из его рук, прежде чем бросить его, словно обжёгся.

Каслайн упал на крылатых дьяволов сверху, спрыгнув с площадки на вершине золотого грифона, чтобы обрушить Молот рейка в двуручном ударе. Древний боевой молот ударил одно из огромных, похожих на летучих мышей существ прямо в затылок, сокрушая каждую кость в его теле и размазывая его по железной балюстраде алтаря. Волкмар пинком отправил его останки к скелетам внизу. В то же мгновение его товарищ по стае бросился вперёд, вцепившись зубами в лицо Каслайну с тошнотворным хрустом. Прокричав Молитву вознесения, Волкмар призвал всю свою ярость в раскалённый добела шар и швырнул его в тварь, отгоняя её, сжигая плоть зверя пламенем веры. Оно завизжало и отпустило архлектора, Калсайн повалился назад будто срубленный дуб, в то время как крылатый дьявол умчался прочь на дымящихся крыльях.

Внезапно Волкмар почувствовал, как что-то погружается в его затылок, и всё погрузилось во тьму.

В тени пустого кургана Горст встал в полный рост на вершине своей ужасной повозки. Две точки горящей чёрной энергии появились у него в глазах.

— Значит, в последний раз, Альберих фон Корден, — прохрипел некромант.

Фон Корден схватил труп стирландского ополченца и поднял его перед собой, когда двойные разряды тьмы с треском вылетели из глаз некроманта, превращая импровизированный щит в клубы чёрного дыма. С уже разряженными пистолетами и без времени на их перезарядку, охотник на ведьм подобрал с земли оторванную руку и швырнул её в голову некроманта. Воспользовавшись мгновенным отвлечением, фон Корден бросился вправо, когда труповозка помчалась к нему, забравшись в трясину разлагающихся тел, валявшихся в перевёрнутой грудной клетке её шасси. Мёртвые руки схватили его за ноги, сжимая их до крови своими костлявыми пальцами, но ничто не могло поколебать концентрацию охотника.

Горст сплюнул чёрные искры, готовя следующее заклинание, но фон Корден накинулся на него раньше, чем он успел закончить. Он схватил некроманта за тонкие волосы обеими руками и резко потянул его голову вниз, чтобы встретить её со своим коленом на полпути, выбивая зубы и ломая челюсть в потоках собственной крови.

— Больше никаких заклинаний для тебя, Хельман, — ликующе произнёс фон Корден. За его спиной несколько пассажиров повозки поднялись и погрузили свои гнилые зубы в его бёдра, но охотник заблокировал боль усилием воли, достав кольцо из слоновой кости и приложив его к ладони. Он протянул обе руки вниз и зажал ими рот некроманта.

— Моя очередь, ублюдок. Изыди!

Обжигающий свет вырвался из глаз Горста, рта, ушей и носа, когда энергии белого кольца выжгли его изнутри. Некромант дико затрясся, но фон Корден держал его с мрачной силой, пока кожа Горста не пошла белыми трещинами, и магический свет не выжег его окончательно.

Под ногами фон Кордена телега превратилась в навозную кучу гнилой плоти и костей. Высвободив себя, охотник на ведьм поцеловал медальон, висящий у него на шее, не обращая внимания на могильную грязь, покрывавшую его перчатки.

— Это для тебя, Линн, — пробормотал он.

Вокруг фон Кордена под проливным дождём бушевала битва. На холме позади него Серебряные пули отчаянно стреляли в привидение в балахоне, которое летело к ним, подняв косу. Точные залпы стрелков проходили сквозь него без всякого эффекта. Кёрсер Бредт рявкнул команду, и его люди сорвали посеребрённые талисманы, которые они носили на шее, перезарядив и выстрелив в упор как раз в тот момент, когда изогнутое лезвие призрака сразило первого из них. Призрак взвыл и распался на части, когда благословлённые пули прошли сквозь него. Мгновение спустя отряд бесплотных рыцарей проскакал сквозь ряды стрелков, появившись у них за спиной, их косы мерцали, когда они забирали одну душу за другой.

Впереди остальные гвардейцы изо всех сил боролись с мертвецами, поднимающимися прямо из земли, когда Маннфред читал свои заклинания. Не только полусгнившие кадавры и трупы поднимались, чтобы сцепиться с выжившими в тесной рукопашной схватке, но и талабхеймские мертвецы в окровавленной униформе, которых они называли товарищами ещё секунду назад. Чувство отчаяния висело в воздухе, неизбежность, которая толкала людей на героизм и трусость в равной степени.

Здоровяк, который возглавлял отребье магов, поднял упавший знамя-знак с горы подёргивающихся мертвецов и изо всех сил размахнулся им на графа-вампира у того за спиной, сломав украшенный козлом знак о затылок его лысой головы. Брызнула кровь, но вампир едва зарычал, схватив мускулистого стирландца за шкирку и швырнув его на копьё рыцаря рейксгвардии, который нёсся на него справа.

За кучей трупов, оставшейся после Горста, фон Корден перезарядил пистолет последней серебряной пулей. Теперь силы вампира превосходили их числом — по крайней мере три к одному, судя по всему. Ноги подгибались, а руки, держащие мечи, ослабевали, когда всё снова начало погружаться во тьму, осветительные ракеты Солнечного творца упали, а затем были потушены проливным дождём. С потерей кавалерии битва на истощение резко скользнула в пользу мертвецов. Зелёная молния сверкнула над головой, когда крики боли и умирающих людей заглушили раскаты грома. Что ещё хуже, Маннфред был на пике своего могущества.

Охотник на ведьм приготовился к последней атаке, когда сияющий поток света, идущий с запада, прокатился по полю боя. Он распространялся словно ртуть, стекая в землю в, казалось бы, случайных местах. Мгновение спустя земля затряслась, словно мех раненого зверя.

Внезапно, каким-то чудом, земля разверзлась в сотне разных мест. В этот раз из неё поднялись не мертвецы, но похороненные символы веры. Украденные символы в виде молота, стальные волчьи тотемы Ульрика, монеты Морра, даже бронзовые солнца Мирмидии вырвались из своих недавних могил и зависли на высоте головы по всему полю боя, каждый сиял грубой магической силой.

Фон Корден издал крик триумфа. Агенты Маннфреда закопали украденные символы глубоко, но не достаточно глубоко. Его сообщение предназначалось Карлу Францу по правде говоря, но план Санскраера передать его коллегиям магии принёс свои плоды в самый критический час. Очевидно, Бальтазар Гельт, Верховный патриарх и мастер изменения металла услышал об их тяжёлом положении и внёс свой вклад как раз вовремя.

Рёв свирепой бурной радости вырвался из выживших крестоносцев при виде их священных символов. По всему полю бестелесные призраки Маннфреда были сметены волной чистой веры, которая прокатилась по полю. Даже реликварий отступил обратно за облака, его стражи закричали от неземной боли.

Прилив жизненных сил расцвёл в рядах крестоносцев при виде такого проявления надежды. Мечи и топоры снова были подняты, уставшие конечности были наполнены новой силой, а боевые кличи нашли новый голос. Объединённые в противостоянии стене нежити, которая угрожала похоронить их заживо, крестоносцы рубили одного гниющего трупа за другим, пока не осталось ничего, кроме разбросанных кусков мяса и зловония смерти.

Фон Корден осматривал поле боя, пока выжившие крестоносцы возносили благодарности своим богам посреди разорванных останков своих врагов. Медленно его настроение упало, отчаяние снова наполнило его сердце. В хаосе происходящего вампир Маннфред отступил. Что ещё хуже, брошенный боевой алтарь опрокинулся на бок.

Волкмара нигде не было видно.

Эпилог