Запах костров - 1 (СИ) - Верницкий Владислав - Страница 29

Раненный человек, чем-то похожий на монаха, лежит возле входа в пещеру. Временами, отплёвываясь кровью, он что-то бормочет на своём языке. Может, ругает местную власть, а возможно благодарит меня за спасение. Я помог старцу встать на ноги, присесть на лошадь и повесить на чересседельные суммы его щит с таким же знаком креста, что и у убитых воинов.

Мне пришлось вернуться и конфисковать у первого убитого ремень, с ножнами, в которые с гордостью вогнал меч. Вспоминая уроки езды на лошади, что давал мне родной отец, присел в седло, но не успел дать кобыле шпоры, как ко мне обернулся старче и попросил подъехать меня ближе. Я не стал отрицать возможность этой встречи и потянул поводья лошади в сторону старца.

- Хочу поблагодарить тебя за спасение, незнакомец! Можешь забрать мою лошадь в дар! – начал благодарить меня старец.

- Не нужна мне твоя лошадь, отец! Своей вполне достаточно будет! Но благодарностью твоей сочту за подсказку одну – где можно помыться, перекусить, чем Господь пошлёт, да ночь скоротать в спокойствии?!

- Тогда едем со мной! Я возвращаюсь с долгого похода! До городских стен осталось два рассвета и заката! Там встанем на постой, где можно будет отдохнуть по чести! – старец показал пальцем по направлению дороги, расстелившейся перед нами. – Там и бочонок хмельного напитка, и купальня с горячей водой! Пока же пару котелков с кашей и вяленым мясом! Ехать пора, а не то основное войско обнаружит пропажу дозора, поедет искать и наткнётся на нас! Игрушка твоя хороша супротив нескольких ратников, а на семьсот тысяч ратников её не хватит! Кстати, откуда ты взялся такой, незнакомец?! – дав шпоры своей лошади, спросил старец.

- Издалека! Даже не знаю, как и объяснить! – попытался оправдаться я.

- Не стоит! Вижу, не из этого мира ты пришёл! Не иначе мессия?! Скажу братьям – не поверят! Только вот приход твой мы совсем иначе представляли!

- Кто «мы»? – не понял я.

- Наш Орден! Мы представляли мессию в обычном белом одеянии, в чём его захоронили! Оказывается всё совсем не так, как мы предполагали! Может быть, это и к лучшему!

- Так вы церковное духовенство!

- Мы хранители принадлежностей Бога – копья Соломона, доспехов и самой важной реликвии – чаши, которую мы называем Граалем! Эти дружинники, они нападают на наш Орден, больше для того, чтобы отобрать у нас чашу! – уточнил старец.

- Почему именно чашу? Какую ценность она несёт? – держа свою лошадь напротив лошади старца, спросил я.

- По приданию – в эту чашу собрали первые капли крови Иисуса! После этого чаша дарит дар всемогущества и власти каждому, кто овладеет ею!

- Не боишься, что я соблазнюсь и украду эту чашу?!

- Нет, не боюсь! Во-первых, я потому и призываю тебя к помощи нам, что и рассказываю! Во-вторых, тебе никто не даст расположение захоронения чаши! – объяснил старец.

- Так вот почему на вас часто нападают крестоносцы! Грааль! – про себя прошептал я.

- Ты что-то сказал?! – поинтересовался старец.

- Нет! Просто мысли вслух!

- А как это?

- Ну, это когда ты о чём-то только что подумал и непроизвольно для себя вслух повторил!

- Странный ты мессия?!

- Какой есть! – я пожал плечами.

- Теперь надо пробиваться тише, но быстрее иначе не поспеем к закату найти расписное место! – старец прикрыл ребром левой ладони рот.

- Хорошо! Последнее – кто за нами может гнаться? Крестоносцы? – любопытство меня начало распирать ещё больше.

- А кто ж как не они?! Крестоносцы нападают малыми дозорами на членов Ордена или вернее сказать на тех, кто желает присягнуть Ордену! По следам своих жертв войска найдут наш замок!

- Насколько я понимаю, Ваш Орден поклоняется распятому богу?! – вновь поинтересовался я.

- Так есть по сему! – согласился старец.

- Тогда почему они на вас нападают?

- Они же дикари-язычники?! Их главенствующий бог – Ярило, отец тепла, уюта и жизни сей рода человеческого! Ладно, мальчик, гони свою кобылицу вслед за моей кобылкой! – с этими словами старец ударил кобылку сильно шпорами и погнал её в галоп.

Мне ничего не осталось делать, как нагонять старика и придерживаться скорости его лошади. Обе лошади скачут ходко, не сбивая дыхания. Белые гривы треплются на встречном ветру по мордам. Уши периодически покусывает встречная мошкара. Огромные изредка моргающие глаза смотрят вперёд. Из их огромных ноздрей валит пар. Большие губы периодически открываются от боли. Мощные ноги вбивают дорожную пыль.

Путники иногда погоняют поводьями, набирая лошадиную скорость. Впереди показался перелесок. Мы свернули чуть влево по извилистой дороге. Чем ближе к лесу, тем больше меня начинает донимать животный страх, что там, в лесу, нас будет ждать нечто. У меня начало сохраняться чувство, будто кто-то смотрит на мою грудь. Но пока не въедем туда, проверить мои опасения будет не реально.

Край великой жаркой звезды задел бескрайний горизонт. На бесконечном веками небосклоне восстают первые яркие звёзды. Вечерние птицы возвращаются стайками в свои гнёзда после удачной охоты. Потроха жертв они несут малым птенцам, которые толком клокотать ещё не умеют. Сохатый вынул свою морду из первого ряда молодых сосен, посмотрел на двух путников вдаль и вновь ушёл вглубь, приглашая гостей в свои владения. Войдя в лес, я заметил качающиеся ветки. Похоже, белки веселятся, играясь с сосновыми шишками.

- Следи за белками! Они хорошие проводники к жилищу! – старец обернулся ко мне. – Эти места меня знают с самого моего детства! Здесь живёт один дровосек с дочерью! У него-то мы и передохнём ночку!

Я услышал совет старца и махнул головой в знак понимания. Старец тоже махнул головой и помчал лошадь вперёд, мягко уходя вправо. Белки скачут по ветвям сосен на уровне старца. Вот одна белка отстала, вильнула хвостом и перемахнула на соседнее дерево, напротив второй белки, нагнала свою сестрицу и продолжила прыгать. Я чуть ли не соскочил с седла от хлестнувшей меня ветки, с которой только что прыгнул бельчонок, но мне удалось удержаться за луку. Примерно через два часа лихой скачки белки рассредоточились.

Путники остановились, чтобы перевести дух и осмотреться. Кругом лес. Но вот в пятидесяти метрах от нас я заметил за деревьями что-то похожее на сруб. Указал старцу одним мановением руки на что тот, молча, послал свою лошадку шагом. Я последовал примеру старца. Преодолев намеченное мной расстояние, через несколько минут мы спешились возле крыльца массивного по размерам бревенчатого домика. От того места до терема оказалось всего семнадцать шагов. Краем левого уха я услышал конное ржание, помимо наших лошадей. Завертел головой, но никого не заметил. Отбросил дурную мысль о затаившемся в кустах враге и пошёл к крыльцу, из-под сапога вздымая небольшие тучки пыли.

Домик со стороны улицы казался небольшим ввиду трёх узких слюдяных оконца со ставнями. Небольшое крылечко поприветствовало нас диким дощатым скрипом. Я постучался несколько раз, но шагов так и не услышал. Заметил, что дверь приоткрыта, только после чего вошёл внутрь, окликая хозяев. Тишина. Старец прошмыгнул следом. Обежал весь дом и замахал головой в неведении. Чуть позже уши уловили звяканье металла.

Помещение изнутри оказалось довольно внушительных размеров. В сенях стоит лавка. Возле лавки расстелен персидский ковёр, на который поставлен стол. Предмет накрыт шёлковой скатертью. На поверхности стола стоит глубокая миска, прикрытая клочком овечьей шерсти. Её кампанирует Хрустальный графин с букетом белых ромашек и синих поникших от стыда колокольчиков. Сени отделяет от остального помещения дверной проём. В брус вбит металлический шест напоминающий чем-то гардину, с которого свисает одна единственная штора.

- Ты тоже это слышишь, отец? – невольно спросил старца я.

- Нет! Что именно я должен услышать? – старец стоит в недоумении и смотрит на меня.

- Звон железа!

- Уфх! Двор! Хозяева во дворе могут трудиться! Вот я старым индюком стал?! Когда прибудем на место, обязательно найду мазь от памяти! – выходя из дома, начал ругать себя старец.