Свобода Маски (ЛП) - Маккаммон Роберт Рик - Страница 80

— Говорите, — строго приказал доктор Харди.

Мэтью заговорил.

— Сэр, откуда вы знаете судью Арчера?

— Он здесь очень знаменит. Судья Арчер повлиял на то, что этой больнице начали платить пособия. Теперь, когда я вам ответил, задаю свой вопрос. Снова. Как так получилось, что его ранили? И что, во имя всего святого, он делал в Уайтчепеле в такой час?

Мэтью почувствовал, как маска Альбиона, которую он предусмотрительно перепрятал в карман своего плаща, начинает раскаляться. Он понимал, что все, что может быть сказано сейчас, приведет к печальным последствиям, поэтому, не получив предварительных правильных ответов от Арчера, самым мудрым ответом счел следующее:

— Вам лучше спросить об этом его самого, когда он очнется.

— Если он очнется, — поправил доктор. — Стоит ли мне послать за констеблем, чтобы он вытряс из вас информацию?

Рори хохотнул.

— Этого не будет, док! Вы можете найти чертову Королеву в Уайтчепеле раньше, чем встретите тут хоть одного констебля, и вы это прекрасно знаете.

Харди посмотрел на Рори испепеляющим взглядом, а затем — на его татуированную руку.

— Вы из Черноглазого Семейства, как я вижу. В этом есть своя ирония.

— Какая? — спросил Мэтью.

— Один из ваших послужил причиной гибели жены судьи Арчера. Вы, наверное, это знаете.

Все чувства Мэтью мгновенно обострились.

— Его жены? — он поймал себя на том, что голос у него предательски дрогнул, и постарался взять себя в руки. — Нет, я этого не знал. Как это случилось?

Харди несколько секунд изучал его взглядом. Затем кивнул:

— Вы не из Семейства. У вас есть метка, да, но… — он прищурился. — Вы говорите, ваше имя Мэтью Корбетт?

— Да.

— Я слышал это имя совсем недавно… где-то.

Плимутский Монстр атакует снова, беспокойно подумал Мэтью. Он понял, кто-то из медсестер, если не весь персонал этой больницы, мог видеть тот самый выпуск «Булавки». Но, несмотря на это, он решил позволить своему любопытству пробить себе путь вперед.

— Я бы хотел узнать, что произошло с женой судьи Арчера.

— Зачем? Что вам до этого?

— Док, — обратился Рори с едва ощутимым жаром в голосе. — Мы принесли этого человека сюда, так? Мы могли оставить его на улице истекать кровью. Вместо этого мы сидим здесь уже два часа и дожидаемся вестей о его состоянии. Разве не стоит с этим считаться?

— Это заставляет задуматься, зачем вам это, еще сильнее.

— Вы говорите, его женушку убил кто-то из Семейства? Так?

— Я не сказал «убил». Я сказал «послужил причиной смерти».

— Это не одно и то же?

Харди снова повернулся к Мэтью.

— Его жена — Хелен — принимала активное участие в становлении этой больницы. Она жертвовала своим временем и помогала при любой возможности, и не только нашей больнице. Однажды она прибыла в своем экипаже, чтобы привезти новых добровольцев для работы, и по дороге обратно погибла, потому что на нее упал человек, выпрыгнувший из окна.

У Мэтью пересохло во рту. Ему показалось, что кто-то отвесил ему звонкую оплеуху, лицо его напряглось.

— Вы этого не знали? — хмыкнул Харди, обратившись к ошеломленному молодому человеку. — Как долго вы бегаете с этими детьми по улицам, считая себя взрослым?

— Джош Оукли, — произнес Рори, хотя он, скорее, выдохнул это имя, настолько тихим был его голос.

— Да, так его звали, — продолжил Харди. — Мы выяснили это у хозяина таверны неподалеку. Татуировка на его правой руке помогла опознать в нем одного из вашей банды. Мы также выяснили, расспросив людей в округе, что у него была болезненная зависимость от «Белого Бархата», который, конечно, является не единственным бичом Уайтчепела, но одним из основных.

— Продолжайте, прошу, — подтолкнул Мэтью. — Насчет Хелен Арчер. Она не погибла тогда, на улице?

— Слава Богу, нет. Я говорю это, но… на самом деле, лучше бы она скончалась тогда, на улице. Нет… ее привезли в больницу со сломанной шеей, сломанной спиной и еще несколькими внутренними травмами. Мы хотели переместить ее в лучшую оборудованную палату, но она испытывала чудовищные боли, и перемещать ее было нельзя… да и… по правде говоря, наша больница ничего не могла для нее сделать, нужного оборудования у нас нет, — глаза Харди похолодели. — Эта история заставляет вас гордиться собой?

— Не гордиться, — ответил Мэтью. — Это заставляет нас сожалеть.

— Поздновато для этого, молодой человек. Хелен задержалась здесь примерно на две недели. Со временем болеутоляющие препараты перестали давать нужный эффект, поэтому нам пришлось постоянно усыплять ее. Божьей милостью, — он произнес это с нескрываемым сарказмом. — Она скончалась во сне. Теперь судья Арчер появляется здесь после полуночи с огнестрельным ранением, которое все еще может его убить. Так в чем дело?

— Не могу сказать наверняка, — задумчиво и, по большей части, для себя самого, ответил Мэтью. — Но в чем бы ни было дело, оно смертельное.

— Я считаю, что вам двоим пора уходить, — сказал доктор. — Это место и так тяжело поддерживать в чистоте.

— Мы не обязаны сидеть здесь и выслушивать эти гребаные оскорбления! — Рори немедленно поднялся на ноги. — Идем, Мэтью, давай соскребем местное дерьмо с наших ботинок.

Он сделал два шага к двери, а затем остановился, осознав, что его брат по метке все еще сидит на месте.

— Пошли! Нас здесь видеть не желают!

— Иди.

— Что? Ты собираешься остаться и продолжать это выслушивать?

— Да, — ответил Мэтью твердо.

— Я хочу, чтобы вы ушли, — настоятельно произнес Харди.

Мэтью посмотрел прямо в глаза доктору.

— Тогда вам придется вышвырнуть меня отсюда. Я намереваюсь остаться здесь и дождаться, пока судья Арчер придет в себя.

— Точно не в ближайшие часы. Если он вообще очнется.

— Тогда мне придется много часов просидеть прямо здесь.

— Зачем? — всплеснул руками Харди. — Хорошо, вы принесли его сюда! Вы можете позволить себе по этому поводу лишний стаканчик рома… или «Бархата», если вы достаточно глупы, — он на несколько мгновений замолчал, изучая Мэтью с ног до головы, а затем заключил. — Нет, все-таки вы не из Семейства. Вы изображаете одного из них. Кто вы на самом деле?

Мэтью сказал:

— Я человек, который будет сидеть здесь, пока судья Арчер не придет в себя. И я могу сказать вам, что он захочет меня увидеть.

— С чего бы ему этого хотеть? Поблагодарить вас? Вы ожидаете вознаграждения?

— Только если оно будет выражаться в приватном разговоре, — качнул головой Мэтью, понимая, что настоящей наградой для него будут ответы на мучившие его вопросы.

Харди отвернулся от него и отошел.

— А я отправляю свою задницу спать, — сказал Рори. — Я не собираюсь проводить больше ни минуты на этой чертовой скамейке!

— Тебе следует вернуться домой, — посоветовал Мэтью, если, конечно, можно назвать домом комнату на грязном складе, являющуюся настоящей обителью теневого бизнеса и коррупции, отравившей огромное множество сердец в Лондоне.

— Да, так и сделаю, — но Рори не двинулся ближе к двери. Он огляделся, увидел женщину с опустевшим взглядом, которая почти спала на ходу, и двух девиц, дожидающихся на точно такой же скамейке, как Мэтью, своей подруги. Они, похоже, планировали выйти отсюда только вместе. Поэтому, куда бы Рори ни намеревался отправить свою задницу несколько секунд назад, сейчас он опустил ее обратно на скамью рядом с Мэтью.

— Можешь себе представить? — тихо спросил он. — Джош вывалился из окна прямо на жену судьи! И этот самый судья превратился в Альбиона? Почему ты этого доку не рассказал?

— Я хочу сначала услышать, что скажет Арчер.

— У меня сейчас мозг треснет! Судья — гребаный убийца? И я помог ему, зная, что именно он перерезал Бену глотку! Не говоря уже о том, что тебя он упек в Ньюгейт, а потом явился с дружеским визитом! А потом… — Рори потряс головой, приходя в себя. Для него это было уже чересчур. — Что ты обо всем этом думаешь?