Старая надежда - Тихонов Сергей - Страница 34

— Но «Сигма» призвана защищать Омегу от «Отверженных».

— Да.

— Значит «Сигма» служит Пирону?

— Да, — Марко выкрутил руль, и автомобиль перестроился в другой ряд. — Чёрт, нет! Мы служим людям, а Пирон... он скорее лидер, а не командир.

— Ага, значит...

— Эматалла, — перебил он, — вы ищете второе дно там, где его нет. Вы спрашиваете: почему в омарете всё бесплатно? Потому, что Пирон научил — жизнь человека дороже, чем минимальные удобства. Нас, людей и ортодоксов, катастрофически мало. Новые технологии возродили Землю, но не способны её заселить. Понимаете?! Человек важнее денег! Поэтому общество помогает тем кто испытывает временные трудности или... не находит себя в этой жизни.

— А что если все захотят только отдыхать?

— Хм. Что за глупость?! Мосайды и роботы выполняют рутинную и тяжёлую работу. А людей с раннего детства воспитывают так, чтобы труд раскрывал таланты, а не превращался в наказание. Кто-то изобретает, кто-то конкурирует на поприще бизнеса, а кто-то моделирует виртуальные миры. Рабочие, строители, фермеры или шахтёры — это не изнурённые непомерным трудом люди, а профессиональные инженеры и механики, которые повелевают империей машин.

Он вдарил по клаксону, и автомобиль впереди порхнул в сторону как испуганная птица.

— Проклятье, — пробормотал он, — Я готовлю тебя к жизни в нашем мире, а ты во всём сомневаешься.

Эми коснулась его ладони. Пальцы Марко сжимали руль как спасательный круг. Такой напряжённый...

— Извини.

— Не за что извиняться, — он помолчал и добавил с ноткой уважения: — А всё же ты по натуре спорщица.

— Немного, — Эми убрала руку и откинулась в кресле. — На самом деле я не очень хорошо лажу с людьми. У меня и друзей-то не было. Я имею в виду настоящих, с кем можно говорить о чём угодно, а не поддакивать в стиле Карнеги. Ну, кроме Джека, конечно! Но он — другое дело...

— Ты так привязана к нему, — Марко не спрашивал, а утверждал.

Эми отвернулась к окну. В горле застрял комок, и она никак не могла сглотнуть.

* * *

Истекая кровью, он пролетел три этажа, оттолкнулся от стены и прыгнул на десяток метров через дорогу. Рухнул на кровлю и застыл как поваленное ветром пугало. Эми отошла от разбитого окна. Жаль, но некоторые моменты уже не забыть.

Более трёх часов она провела с криминалистами, реконструируя по секундам прошедшую ночь. Прогулка по городу. Сражение в безымянном переулке. Бегство. Вторая стычка. Победа. Победа ли?

Эми завела руки за спину и облокотилась о стену. Жарко, но окно выходит на затенённую сторону улицы, так что в подъезде стоит прохлада. Марко сидит чуть ниже, на ступеньках. Он читает с экрана планшета, хмурится и покусывает губы как озадаченный мальчишка.

Всё же хорошо, что он рядом. Иначе бы точно сорвалась...

— Хочешь взглянуть? — спросил Марко, не отрываясь от экрана.

Она наклонилась, но тут же отпрянула. Обезображенное тело. Плоть словно расплавленный воск растеклась вокруг костей, красное желе вместо глаз, обрывки чёрной ткани плавают в зеленоватой жиже.

— Предупреждать же надо!

— Эксперты считают, что это останки нападавшего.

— Не знаю, — Эми заставила себя всмотреться в изображение. — Ночью лицо скрывала маска, а здесь... месиво какое-то.

— В том и проблема. Тело обнаружили в трёхстах метрах отсюда, в коллекторе. Перед смертью он принял капсулу с крифо-бактериями. Они разложили плоть и изменили генетические метки. У нас хватает нетронутых образцов его крови, волос и частичек кожи с места первой атаки, с твоей одежды. Но сравнивать не с чем.

— Значит это не его тело? Ложный след?

— Возможно, — Марко свернул планшет и засунул в кармашек на рукаве. — Вот только кости трупа раздроблены в районе предплечья и голени, что сходится с твоим рассказом.

Он встал и махнул рукой:

— Идём, нам здесь больше делать нечего.

— Ты только не смейся, — Эми перепрыгивала через две ступеньки, чтобы успеть за Марко, — но я думаю, что убийца не совсем человек. Или вообще не человек. Он уклонялся от пуль словно тень, да и спуск по отвесной стене...

— Это-то как раз объяснимо. В горных перчатках и ты бы съехала вниз не хуже. Мне прислали результаты анализа — у него не кровь, а коктейль из стимуляторов. Сила, ловкость, скорость реакции, ночное зрение, снижение болевого порога. И ещё несколько хитрых препаратов. Которые даже «Сигме» не известны.

На улице солнце окутало жарким светом, и Эми прищурилась. Оцепление сняли. По тротуарам вновь спешили люди, деловито сновали мосайды, а детишки ортодоксов с визгом носились по игровым площадкам.

Так мирно. Ночью погибли люди, а город живёт и не замечает. Её могли убить, но кому какое дело?! Эми сжала зубы. Да ну и к чёрту! Это её дело. Личное! Выжить самой. Найти брата. И тогда...

— Эми! — Марко стоял напротив, склонив голову на плечо. — Ты меня вообще слушала?

— Задумалась, а что случилось?

— Есть хочешь?

— Нет, спасибо.

Ещё как! Но Марко итак носится с ней с первого дня в этом мире. Заставлять его платить за еду уже чересчур. Лучше потерпеть до ужина в омарете.

— А я хочу, — он вывел карту на стену здания и прокрутил список с фотографиями разных кафе. — Идём.

Ничего не оставалось, как последовать за ним. Марко шёл быстро, на шаг впереди, словно не сомневался что она рядом. Утром он оставил автомобиль у первой линии оцепления, в нескольких кварталах отсюда, и Эми была благодарна хотя бы за то, что Марко возвращался другим путём; за то, что не заставил вновь проходить тот самый переулок, где на асфальте чернело кровавое пятно. Она сжала кулак. Надо будет навестить Ольгу в больнице. И того, другого парня, тоже. И принести цветы на могилу третьего. Павел. Она его никогда не видела, не перекинулась и словом, но он погиб... выполнил приказ Марко, защитил её.

— Павел Громов, — сказала она.

— Что? — Марко обернулся, брови сошлись над переносицей.

— Я запомню его имя.

Он кивнул и придержал дверцу автомобиля, а вырулив на проспект, добавил с едва различимой грустью:

— Тебе предстоит запомнить много имён.

— Но я не хочу!

— Жизнь как буря, Эми, — в этот раз он вёл машину спокойно, без агрессии, что сквозила утром в его движениях. — Хочешь или нет, но она гнёт и ломает всё вокруг. Обычный человек может лишь приспособиться и, если хватит сил, позаботиться о других.

— А почему ты заботишься обо мне? — она отвернулась к окну, но прислушивалась к малейшим изменениям в голосе Марко.

— Когда аватар Пирона лично просит возглавить проект, отказать непросто.

— Вот как…

— К тому же другие командиры отрядов открещиваются и говорят: «Точка разрыва открылась рядом с тобой? Девушка свалилась на тебя? Вот и занимайся!»

— Серьёзно?! — Эми повернулась и заметила, как кончики его губ на мгновение поднялись вверх.

— Конечно. Кому охота торчать в городе и работать телохранителем, когда можно сходить в рейд на укрепрайон «Отверженных»?!

— О-о, так я испортила тебе карьеру?

— Нет, — его голос потерял смешливые нотки: — На самом деле я за неделю вычистил из Бельха больше террористов, чем за последние два года.

— Так я приманка?

— Нет. Приманка не ты, а сам факт твоего существования. Он притягивает врагов как сахар пчёл. Понимаешь, мы ведь арестовываем не всех «Отверженных», о которых знаем. Иногда используем для дезинформации или как двойных агентов. Достаточно было пустить слух, что Эматаллу Моро прячут там-то или конвой отвезёт её туда-то, как отряды боевиков начинали действовать.

— И попадали в ловушку...

— Словно крысы в капкан! За неделю мой отряд уничтожил несколько законспирированных ячеек террористов. Жили в Бельхе как обычные граждане, работали, учились. И ждали приказа, чтобы ударить нам в спину.

— Ты... убил их всех?

— Бой есть бой. Они всего лишь фанатики, которые не хотят мира. Большую часть местных бандитов арестовали. А вот крупный хорошо вооружённый отряд, что перебросили в пояс Бельха с другого континента, мы с парнями уничтожили полностью. — Марко дёрнул плечом. — Успех вскружил мне голову. Когда тебя выписали из больницы, я считал, что в городе нет враждебных ортодоксов. Что им потребуется не меньше года на вербовку сторонников, тренировки и восстановление местной сети.