Тень Радуги - Клименкова Антонина - Страница 93

Ведь как знала! Гортензия подбежала к припавшему к земле зверю — еще миг и он прыгнул бы! — и с размаху огрела палкой по загривку.

— Да пропадите вы пропадом! — заорала ведьма.

И смех и грех — от ее крика рванулись в рост и чахлые травинки, в одно мгновение превратившиеся в копья, пронзившие нескольких демонических тварей насквозь, и когти-рога на этих же чудовищах. Изогнутые, словно сабли, крепкие когти пригвоздили уродливые лапы к земле, так что сколько ни рвись — не сдвинешься с места. Рога на башках других тварей будто выстрелили у кого вверх, у кого в стороны — и воткнулись, ввинтились в деревянную стену, или просто перевесили, пригнули головы книзу.

— Тётя Тень!! — завопила обрадованная драконесса, спрыгивая с дерева, куда они с Мерианом забрались, спасаясь от окруживших их чудовищ. — Наконец-то ты нашлась!!

— А я и не терялась!! — заорала ведьма, ударом палки благословляя следующую наглую тварь. — Как вы тут оказались?! Я же велела вам дождаться меня!..

— Тетя Тень, там было так страшно! — в воодушевлении затараторила Рики, пока Эд и Фред отплевывались огнем сразу от трех демонических образин. — Мы тебя ждали-ждали, а потом погулять вышли...

— Погулять?! — воскликнула Гортензия. Схватив увлекшуюся драконессу, ведьма потащила ее за собой, прочь от взвывших от ярости тварей. Мериан поспевал за ними, то и дело отмахиваясь непонятно откуда раздобытой алебардой. — Там страшно — а тут весело?!

— Дошли до городских ворот, — продолжала Рики, увлеченно тыкая пикой в сунувшуюся было к ним саблезубую морду, — а там никакой стражи уж нету! Все солдаты разбежались, как только мертвецы притащились! И мы спокойно следом за мертвяками в город и вошли. Не понимаю, чего ты так переживала из-за пропуска?

— Какие еще мертвецы?! — Гортензии некогда было вникать в болтовню подопечной. Как бы живыми вернуться к трактиру, под защиту морока. Да только, кажется, все эти твари сами к трактиру неслись галопом!

— Ой, такие смешные мертвяки! — откликнулась Рики. Эд и Фред уже осипли отфыркиваться пламенем от чудищ, сорвали на бегу со стены кого-то дома факел, запалили — и уже отгоняли огрызающихся чудищ им. — Представляешь, эти мертвяки из леса на дорогу вылазили, прямо один за другим, не сосчитать! Все такие жуткие, синюшные. А уж вонючие!..

— Да-да! — встряла охрипшая Эд. — Мертвые ведь, а прямо как живые! Вылезали из болота, все в тине, в зеленой жиже — и сюда, к городу.

— Когда их увидали стражники, которые при воротах стояли, — добавила рассудительная Фред, — сразу оружие побросали и бегом. Ну, а мы с Мерианом пику-то с алебардой подобрали, на всякий случай, и сюда пошли, тебя искать. Ты ведь обещала к обеду за нами вернуться, а сейчас вот уж ночь скоро. Вот мы и подумали, мало ли что с тобой стряслось, вдруг выручать надо!

Исвирт не забыла о своем ученике. Похоже, теперь сюда спешили чудовища со всего города! Рвались вперед, грызлись между собой, опережая один другого... и перед самым домом словно о невидимую стену налетали. Останавливались, как замороженные, либо продолжали через силу упрямо двигаться вперед — рывками, шатающимся шагом, корчась от невозможности противостоять приказам некроманта.

— Ты вправе меня ненавидеть, — шептал граф, сжимая в объятиях напуганную принцессу. — Я виновен в смерти твоего брата... Я выпустил всё это зло... Но пожалуйста, говори со мной... я должен слышать твой голос... Если потеряю сознание — значит, убью и тебя...

Принцесса не то что говорить — дышать от ужаса забыла. Она слышала нетерпеливое рычание окруживших их тварей, скрежет когтей о мостовую. Кто-то медленно, очень медленно скреб по стене дома, и каменные стены казались преградой, не надежнее картонного листа... Она чувствовала накрывавшую с головой черноту...

Адель цеплялась дрожащими пальцами за руки графа, обхватившие ее плечи, она ощущала его прерывистое дыхание на своей щеке, чувствовала спиной неровный стук его сердца. И только он заслонял ее собою от всех этих чудовищ.

— Пожалуйста, Адель... прошу тебя... — шептал он, сбиваясь, уже почти бессвязно.

Чудовищ было слишком много, у него не хватало сил удерживать всю эту толпу. Морок ведьмы больше не мог помешать демоническим тварям учуять свою жертву — и жертва была так близко! — но отчего-то недосягаема. По клыкам из голодных пастей стекала вязкая слюна, когтистые лапы скребли о землю в бешенстве — и твари всё увереннее сопротивлялись воле некроманта, шаг за шагом приближались к своей цели...

— Вот вам, чудища!! — влетела драконесса в толпу, потрясая факелом и пикой. Гортензия онемела от ужаса — ее же сейчас разорвут! Но демонические твари не обращали внимания на Фредерику. Они корчились, но медленно ползли к дому.

— Быстрее внутрь! — закричала Гортензия. Вдвоем с Мерианом им еле удалось втолкнуть развоевавшуюся драконессу в двери трактира.

— Иди, я сейчас! — бросила ведьма помощнику, впихнула его следом за драконессой и заперла дверь.

Гортензия обернулась к скалившимся на нее чудовищам. Нужно, пока есть время, что-то сделать, чтобы от них избавиться, или хотя бы задержать... Невольно прижалась спиной к двери, сотрясающейся от возмущения драконессы, сглотнула — ведьма осознала, что оказалась одна напротив по крайней мере нескольких дюжин чудовищ. Их уродливые морды тянулись к ней, так близко, руку протяни и дотронешься...

Гортензия зашептала заклинание. Отзываясь ее приказу, землю вспарывали копья стеблей, ограждая чудовищ словно частоколом. Вьюны соскользнули со стены дома — и крепче веревок оплели лапы и шеи, вцепились в грубые шкуры колючками. Гортензия надеялась, что это поможет, хоть сколько-нибудь облегчит задачу графу...

Но она опоздала.

— Простите... Я больше не могу... — выдохнул некромант, прижимая к себе всхлипывающую принцессу, зарываясь лицом в ее волосы.

— Гилберт? — оглянулась Адель. — Гилберт, нет!! Очнись! Пожалуйста, держись!..

Она высвободилась из его ослабевших рук, схватила его за плечи, встряхнула, но голова безвольно мотнулась в сторону, глаза не открылись. Принцесса прильнула к нему, прижала к своей груди:

— Нет... нет... — шептала она растерянно.

Ставни на окне сотряслись от удара. Это вверх взмыли чудовища, имевшие крылья. Принцесса вздрогнула — но осталась на месте, теперь ее очередь закрывать его собой... Ставни трещали от натиска. Уцепившись за выступающие в щербатой стене камни, чудовища повисли перед окном, принялись выдирать раму. Под ударами лап дерево сыпалось в щепки. Адель вскрикнула, увидев за обломанной ставней заглядывающую внутрь кошмарную морду. О подоконник заскреблась когтистая лапа, просунулась по плечо еще дальше, желая дотянуться до них... Принцесса сжалась напуганным комком, заслоняя любимого. Хотя бы умрут они вместе...

Гортензия не успела справиться с дверью. Чудовища вокруг нее разом ожили. Они перестали дергаться, сопротивляясь невидимой стене — эта стена просто исчезла. Никто их больше не удерживал, никто не приказывал их мертвым телам остановиться. Демонические твари взвыли в азарте, и чары ведьмы оказались слишком слабы перед их жаждой крови. Стебли-веревки лопались от яростных рывков, чудовища ломились сквозь выращенные ею преграды, рыча от предвкушения.

Сопротивляться было бессмысленно, надеяться на что-то — напрасно. Но сдаться ведьма не могла, на кону собственная жизнь. И жизни ее подопечных, и еще многих...

— Что ж это я, — пробормотала ведьма успокаивающим тоном, — с какими-то чудищами страшными не справлюсь?

Гортензия очертя голову ринулась в бой. Она танцевала среди чудовищ, размахивая факелом и алебардой, описывая в сумраке огненные дуги. Опаляла уродливые морды, выжигала глаза, рассекала шкуры. Демоны рвались к дверям, от нее же отмахивались как от надоедливой осы, огрызались, но не пытались разделаться, как будто посчитав, что из-за одной помехи не стоит терять время и упускать возможность скорее схватить главную добычу. Это их безумное стремление и спасало пока ее жизнь — но надолго ли?