Душа грозы (СИ) - Беренс Лилия - Страница 61

Мира брела в стороне от главного обоза, плотно закутанная в звериные шкуры, чтобы избежать попадания солнечного света на кожу и в глаза. Вдали мелькали точно такие же, одетые в шкуры, силуэты. Эфирное тело Дария ощущало неприятное жжение из-за скверны, в которую погрузилось. Он пару минут медитировал, стараясь взять разбушевавшиеся эмоции под контроль. Наконец, ему удалось с собой справиться.

— Мира… — Тихо позвал он, создав ментальный канал. — Это Дарий. Не показывай вида, что слышишь меня. Просто думай так, словно говоришь со мной.

— Дарий? — Изумилась женщина. Она оказалась очень понятливой и разговаривала мысленно. — Ты живой? Что с остальными? Что с Ольдом?

— Ольд жив. Он был ранен, но теперь все хорошо. Камиль… Мне жаль, Мира.

— Я знаю, что он погиб, — печально ответила она. — Это случилось на моих глазах.

— Фаня тоже жив. Его забрали темные, но он в порядке. За ним присмотрят.

— Ты знаешь, где Фаня? — забеспокоилась Мира.

— Пожалуйста, не реагируй так остро. Могут заметить. Да, он как-то оказался на севере. Мы отправимся с Ольдом его выручать сразу же, как спасем тебя и остальных горожан.

— Его забрала Ночная Хозяйка. Она собрала всех наших детей и что-то вливала в рот каждому. Какую-то синюю жидкость. Тех, кто не умер, она забрала с собой и унесла в сторону Ларана. Среди них оказался Фаня. Ты уверен, что он на севере? Она точно улетела в ханство.

— Я уверен. Скажи, Мира… Тебя укусили? Я чувствую скверну.

— Укусили, Дарий. Позапрошлой ночью я пыталась бежать с двумя другими… Нас догнали и покусали. А вчера ночью я превратилась. Мне уже нельзя помочь. Знаешь… Наверное, мне стоит убить себя. Оборотни оказались не такими плохими, как я думала. Выяснилось, что их заставляют помогать ларанцам против воли. Теперь и я это делаю… Эта боль… Не знаю, как они это выдерживают каждую ночь. Солнце садится, сынок. Я очень боюсь.

— Не вздумай что-то делать с собой! Мира, есть средство! Тебе можно помочь. И остальным оборотням тоже. К тому же… Мира, ты еще не знаешь, но у тебя будет дочка. У вас с Камилем будет ребенок. Не смей умирать!

— Чт-то, — вслух прошептала она, запнувшись на ходу.

— Дождись меня. Все будет хорошо. И молчи о нашем разговоре. Верь мне, прошу тебя. Мы с Ольдом и Фаней не вынесем, если ты погибнешь.

Солнце почти скрылось за горизонтом. К Мире подошел невысокий крупный мужчина, завернутый в шкуры, и положил руку на плечо.

— Пора. Мне очень жаль. — Тихо проговорил он. — Пойдем. Нужно сбросить шкуры в телегу до того, как…

Договаривать он не стал. Женщина покорно поплелась к стоящей в отдалении телеге и начала стаскивать с себя шкуры, оставаясь обнаженной. Дарий не смог заставить себя смотреть на ее превращение. Отпустив нить, он вернулся в свое тело. Два заката, две страдающих от скверны души. Почему мир так жесток?

Он очнулся и обнаружил, что лежит на той самой соломенной постели, которую приготавливал для Ольда. Над ним обеспокоенно склонилась Айна, стараясь рассмотреть хоть какие-то перемены в бесчувственно лежащем теле.

— Ну что? — Донесся гудящий бас Ольда.

— Кажется, вернулся, — облегченно вздохнула целительница. — Почему так долго?

Парень не без труда разлепил веки. Только сейчас он ощутил, как измотало его это путешествие. Кряхтя, он поднялся на локтях и принял сидячее положение.

— Они живы. — Услышав синхронный вздох облегчения, Дарий печально покачал головой. — Это не все новости. Есть и плохие.

Рассказывая обо всем, что произошло, громовой волк видел, как меняется в лице Айна, как опускаются от отчаяния плечи Ольда… И сам старательно заковывал внутри себя собственную боль при помощи медитации.

— Когда? — Шепотом спросил сын кузнеца, не поднимая глаз от дощатого пола. Дарий сразу понял, что именно он хочет знать.

— Через два дня. На рассвете третьего выступаем.

— Я буду готов.

Парень только молча положил руку на плечо друга. Все слова сейчас были лишними.

Глава 5

Обряд прощания прошел тихо и печально. Не было слез, не было громких воспоминаний о погибших. Потому что этих людей предавали огню, в то время как их живые семьи и друзья оказались слишком далеко, и вспомнить что-то из жизни покойных было просто некому. Не смотря на жестокое сопротивление со стороны барона Реннского, ради такого события нашедшего время связаться с громовым волком лично, Дарий приказал хоронить тела гвардейцев вместе с жителями. Через своеобразную связь это видел Тайрин, находившийся сейчас в заключении в столице. Командор был благодарен этому жесту уважения и растрогался едва ли не до слез. Проследив отсутствующим взглядом, как маги развеивают по ветру оставшийся от сожжения прах, Дарий извинился и вернулся в кузницу. В тот вечер выудить его оттуда так никто больше и не смог.

Дверь скрипнула, впуская в мрачную кузницу дневной свет. Неужели уже прошла ночь? На пороге показалась от чего-то сильно уставшая Айна с подносом в руках.

— Тебе нужно поесть. Сколько времени ты без еды, Дарий?

— Спасибо, Айна, — отложил в сторону молот громовой волк.

Он сгреб с грубо сколоченного стола чертежи и мелкие инструменты, сполоснул руки и уселся на трехногий табурет. Целительница поставила перед ним поднос с горячей кашей и жилистыми кусочками мяса.

— Присоединяйся, — предложил Дарий. — Ты выглядишь измученной.

— Я уже ела, — мотнула головой девушка. — Ты опять не спал. Как ты собираешься отправляться в погоню за ларанцами, если будешь падать с ног от усталости?

— Почти закончил, — вымученно улыбнулся он в ответ. — Еще немного. Потом обязательно отдохну.

Девушка подошла к еще одному столу, на котором лежала отложенная на время заготовка. Айна внимательно рассмотрела хищное, чуть изогнутое лезвие без рукояти. Будущий клинок завораживал. Ее магические чувства говорили, что он живой, и это было еще более удивительно.

— Потрясающе, — прошептала она, касаясь пальцем живой стали.

— Не трогай! — вскочил Дарий, но было поздно.

Целительница с криком отдернула руку. От большого пальца через всю ладонь пролег глубокий кровоточащий порез. Она стала быстро накладывать одно исцеляющее заклятье за другим, но с изумлением осознала, что ничего не помогает. Рана и не собиралась заживать! Громовой волк схватил ее за запястье, осмотрел порез и сразу сообразил, в чем дело.

— Дайши! — гневно рыкнул он в сторону заготовки. Лезвие в ответ чуть дрогнуло и снова замерло на месте. — Попробуй залечиться теперь.

В этот раз все заклинания подействовали, как им и полагается.

— Как? — изумленно расширились глаза девушки.

— Он еще не завершен, потому ошибся. Хотя, ты смогла решить одну проблему. Прежде чем продолжать, меч нужно было напоить кровью. Моя, к сожалению, ему не подходила. Но впредь никогда не трогай чужое оружие! Даже, если оно еще не закончено.

— Я не это хотела спросить… Как вообще можно выковать нечто подобное?

— Не спрашивай — все равно не смогу объяснить, — проговорил он, возвращаясь к еде.

Взгляд неугомонной целительницы упал на лежавший рядом длинный и острый кинжал. Живым он не ощущался, но Айна все равно не рискнула к нему прикасаться, рассматривая на расстоянии. С треть ладони шириной у основания, двустороннее лезвие к концу сужалось до размеров швейной иглы.

— Этот нож тоже ты сделал?

Дарий пожал плечами, прожевывая кусок мяса. Расправившись с едой, он все же соизволил ответить.

— Пришла в голову идея одна. Когда начал ковать — казалась идеальной. А когда закончил — понял, что вряд ли получится. Зря только с механизмом возился. Можешь забрать себе, если хочешь.

— Нет уж! — Немедленно отошла от стола Айна. — Сам носи свои творения. Как ты только успел все это за одну ночь?

Громовой волк в ответ только снова пожал плечами. Поев, он решил сделать перерыв и вышел во двор. Здесь же был Ольд, довольно уверенно разминавшийся со своим полуторником. Дарий поморщился от смутно знакомого запаха, быстро достал из колодца ледяной воды и опрокинул на себя.