Ничейная земля. Никополь (СИ) - Турбин Леонид Сергеевич - Страница 15

Мэлнон выкинул истлевший табак из трубки и вновь закурил, выпуская в пустоту клубы дыма. Зерзон вдохнул этот дым и раскашлялся, потом продолжил.

- Как бы силён он не был, но, не сняв печати предков с прохода, он мог находиться в нашем мире не более десяти дней. Потом или вернуться, или умереть. Я тогда искал по подземельям в течение четырёх дней, как вдруг до меня донеслась весь о том, что Сермион напал на наш совет. Эту весть принёс мне последний из присоединившихся ко мне каменных драконов. Я поспешил выбраться из подземелий и помчался на выручку. К тому времени, как я добрался до скалы совета, они все были мертвы. Все были убиты всё тем же мечом. Этот меч пробивал нашу чешую как масло, перед ним мы были беззащитны. Мы привыкли к тому, что чешуя нас защищает, но в этот раз она не спасла.... Когда я сжечь тела соплеменников, то внизу, в расщелине увидел бегущую фигуру. Это был Сермион. К тому времени каменные и огненные уже подоспели. И мы все вместе обрушились на него. Двое из драконов были изрезаны, их чешуя так же была бессильна против платинового меча. И дождавшись момента, когда Сермион отвернулся, я залил его своей кислотой с головой. От этого я обессилил и упал рядом. Но Сермион стал выбираться, прорезая себе проход. Я увидел, что он почти выбрался из кислоты и замахнулся, чтоб ударить меня. Я отскочил, но всё же он отсёк мне кусок хвоста. От боли я взвыл, кровь хлестала из раны и попала Сермиону в глаза. Тогда он пошатнулся, одной рукой стал протирать глаза. Так что, на какое то время он отвлёкся от битвы. Я вцепился зубами в этот меч и вырвал его из руки демона. Поняв, что лишился своего оружия, Сермион бросился бежать к проходу. Я смекнул, что он боится моей крови, или, по крайней мере, она на него действует явно не как лекарство. Я бросился за ним в погоню, но догнать не смог. Он проскочил через дыру в проходе. Тогда мне оставалось сделать только одно: запечатать дверь проклятьем крови драконов. Мне пришлось принести в жертву моих оставшихся в живых помощников. Я очень не хотел этого делать, но они сами согласились на этот шаг ради того, чтобы Сермион больше не появлялся в этом мире. Я не мог принести себя в жертву, ибо только я мог наложить это проклятье. Поэтому мне пришлось, понимаешь? Я был вынужден принести их в жертву и, смешав их кровь и свою, наложить проклятье крови на проход. После ритуала я отнёс меч куда-то и спрятал его. Я не помню, где точно я его спрятал, так как стёр эти воспоминания из своей памяти. Этот меч не должен вновь появится, потому что он слишком опасен. Потом я стал отверженным. Меня не хотели принимать ни каменные, ни огненные. Они говорили, что это я виноват в смерти их соплеменников, а все объяснения по поводу их добровольного самопожертвования воспринимали, как плохую попытку оправдаться. Тогда я решил отправиться за край земли, но сумел добраться только до края долины. От бессилия и ран я рухнул в этот лес. Здесь меня и нашли фрэ, вылечили, поэтому я и охраняю их от посягательств. Кое-чему из магии я всё же учу их друидов. Несколько веков назад я последний раз покидал эту пещеру и пытался наладить отношения с драконами. К тому времени история обросла подробностями, мол, я хитростью заманил драконов к проходу, а затем загрыз, дабы принести их в жертву Сермиону. Один из огненных даже вызвал меня на бой. Хоть я и старик, но победить меня он не смог. Максимум, что он смог мне сделать - это сбить несколько чешуек с хвоста, да и то, только потому, что хвост обрублен, и чешуйки плохо на нём держаться. - Зерзон поднял хвост и поднёс его практически вплотную к Мэлнону - Когда я вернулся к фрэ, то попросил их короля пустить слух о том, что я погиб в вулкане, чтобы эти летающие поганцы больше меня не искали. Вот и вся история о Сермионе. Но раз он появился в этом мире, значит, он нашёл способ пройти сквозь проход. Но я сомневаюсь, что тело его может пройти, только образ. Никому не дано сломать проклятье крови драконов, хотя в нём можно проделать дыру. Но для этого нужно очень сильное оружие, способное убить меня. Думаю его цель - найти и вернуть платиновый меч, хотя по слухам не только этот меч способен на такое. Думаю, ты догадываешься, что это может быть. Я рассказал всё, что мог. Теперь ты должен уходить. Я устал и хочу спать. Так что прощай, Мэлнон. С тобой мы вряд ли увидимся. Хотя кто знает, кто знает...

После этих слов зерзон развернулся и направился в дальний конец зала. Звёзды стали постепенно угасать. Мэлнон не стал испытывать судьбу дальнейшими расспросами и направился к выходу. Он до конца никогда не верил в то, что зерзоны ещё живы. Но теперь, лично повстречав древнейшее существо ничейной земли.... Впрочем, мысли старого мага в этот момент были далеко от этой пещеры и бесхвостого зерзона.

- Чуть не забыл, у тебя в сумке его кровь, - донёсся из темноты голос зерзона.

- Спасибо за всё! - поблагодарил его маг.

У выхода Мэлнона ждал король Фризих. При виде идущего по проходу мага он несказанно обрадовался, хотя при этом был немного удивлён.

- Ты видел его?

- Конечно. Фризих, как ты считаешь, мимо него можно было пройти и не заметить?

- Думаю, нет, - король улыбнулся, поняв нелепость своего вопроса, - о чём ты его спрашивал?

- О прошлом.

- Что он рассказал?

- Наверное, ты знаешь, как он лишился кончика хвоста?

- По нашим легендам, кусок хвоста откусил ему молодой огненный дракон. А что?

Мэлнон на секунду задумался.

- Вот об этом он мне и рассказал.... А теперь пойдём отдыхать. Завтра мы двинемся в путь.

Ночь была в самом разгаре, когда уставший маг наконец-то смог прилечь и уснуть.

***************

Путники просыпаться стали только ближе к обеду. Завтрак-обед был менее шикарен, нежели вчерашний пир, но изысков было так же предостаточно. Когда пришла пора прощаться с гостеприимными хозяевами, Фризих отозвал в сторону Сенгура. Сначала он попрощался и пожелал удачного пути, но затем умолк, но Сенгур продолжал слышать его голос:

- Не пугайся, я могу с тобой говорить и так. Мне очень жаль, но один из вас погибнет в схватке.

Сенгур сначала был в недоумении, но вспомнил, что Мэлнон рассказывал о некоторых способностях короля Фрэ. Тогда он стал отвечать мысленно, просто подумав об ответе:

- А кто из нас?

- Я не знаю. А если бы и знал, то не сказал бы. От судьбы не уйдёшь, а знание будущего может его только испортить.

Затем Фризих по очереди подлетал к Наару, Ратику, Нике, так же попрощался и пожелал удачи. Но мысленно говорить не стал. Последним был Мэлнон. На этот раз они отошли в сторону, чтоб поговорить наедине.

- Мэлнон, медальон у Ники явно не прост. В нём что-то есть.

- Я догадываюсь. Однако не могу открыть его сущность, мне мешают...

- Я про такой медальон уже слышал. В старом форте есть травник, Кловлен, который может знать секрет этого медальона. Вам нужно к нему.

- Я и так собирался в старый форт. Мне нужно кое-что прикупить у местных торговцев артефактами.

- Это хорошо. Ты помнишь дорогу к старому форту или мне дать вам проводников? - и мысленно добавил, - а на тот свет путь не забыл?

- Если не затруднит, то дай нам проводника, чтоб поскорее выйти, - ответил Мэлнон, и так же мысленно добавил, - на тот свет дорогу-то, идти туда очень не хочется ...

После этого разговора путники двинулись в путь. Впереди них летели три десятка фрэ из числа местных охотников.

Пройдя где-то час, Сенгур вдруг стал осматриваться по сторонам, а затем спросил у мага:

- А где же Рикке? Разве он не с нами?

- Рикке решил остаться, он попрощался со мной сегодня рано утром. Я отпустил его, в конце концов, он - фрэ, и ему будет лучше жить со своим народом, чем со мной. Однако ж, это не последняя встреча с ним. Думаю, мы его ещё увидим, особенно когда он нам будет нужен.

К вечеру лес стал реже, сквозь могучие верхушки деревьев стало просматриваться огромное темнеющее на вечер небо, то и дело по лесу стали летать светлячки, цикады вновь начинали свой вечерний концерт, наполнявший звуками своего стрекотания и без того не самый тихий лес в ничейной земле, знаменитые орехолесские волки уже выходили на охоту, обозначая завыванием своё присутствие. Вскоре проводники вывели путешественников на тропинку, ведущую к старому форту, распрощались и полетели обратно в свой улей.