Ничейная земля. Никополь (СИ) - Турбин Леонид Сергеевич - Страница 21

- По правилам большого турнира, каждый участник вправе использовать любое своё оружие и доспехи, но магия не допускается. Нарушение правила использования магии так же, как и трусость, карается смертной казнью. Теперь о главном, турнир начнётся на закате, так что у участников есть примерно час, дабы подготовится к первому состязанию. До встречи на арене.

Чиновник развернулся и ушёл в глубь города в сопровождении охраны. Толпа с площади стала расходиться по своим делам: кто-то подходил к участникам и о чём-то разговаривал, кто-то опять пошёл за покупками, в общем, обычное явление в предвкушении шоу. Сенгур в состоянии непонимания происходящего подошёл к остальным своим путешественникам. Первым начал Мэлнон:

- Н-да, непонятно как-то выходит. Ты же не записывался в участники?

- Нет, у меня и в мыслях не было ничего подобного. Я, конечно, люблю всякие приключения, но на подобные авантюры никогда не тянуло. Вы только посмотрите на этого Фархенеса - он же настоящий монстр, да и насколько я понял, то он каждый год участвует в большом турнире и всё время побеждает. Честно, я бы десять раз подумал, прежде чем выходить с ним на открытый бой.

- Ладно, не расстраивайся, что ни будь придумаем, - приободрил его Ратик, - ещё не из таких ситуаций выкручивались.

Сенгур в ответ лишь улыбнулся и они все вместе пошли в таверну.

***************

В таверне было многолюдно. Все обсуждали предстоящий через час турнир. Как только вошёл Сенгур, то вся таверна наполнилась одобрительными овациями и свистом. Посетители спешили поприветствовать храброго воина, который будет вскоре бороться за приз на этом престижном турнире. Победители, да и просто участники, часто становились телохранителями важных персон, пробивались в большие люди, или становились командирами различных воинских формирований - от стражи до регулярных войск различных городов и народов ничейной земли. Тот же Фархенес был главой гильдии телохранителей роинов, личность широко известная своей огромной силой и кровожадностью. Любой барон считал за хороший тон нанять или его, или его учеников к себе в личную охрану.

Сенгур молча поднялся в свою комнату, там уже ждала его Маргарет. Увидев его, она тут же бросилась ему на шею и зарыдала. Сенгур впервые видел слёзы на её глазах:

- Ну что ты плачешь? Что случилось?

- Зачем ты записался в этот турнир? - дрожащим голосом ответила ему Маргарет.

В этот момент он увидел в ней не только сильную женщину, к которой он с особой теплотой относился уже много лет. Сейчас в ней не было той непреодолимой силы духа, который всегда ей сопутствовал - она была даже немного напугана, она прижималась к нему как ребёнок, который прижимается к маме, если ему приснился кошмар. Она просто не хотела его отпускать, но вскоре собралась и взяла себя в руки.

- Этот турнир, вернее смертельная битва, означает, что в конце, скорее всего, останется только один. Так что береги себя, отказываться уже поздно. Ты прости, но я не могу пойти с тобой, да и не хочу. Я буду ждать тебя здесь, а вот когда вернёшься - тогда серьёзно поговорим.

Сенгур снял с себя плащ, достал из сумки купленный утром у гнома шлем и показал его Маргарет.

- Вот, смотри, какая замечательная вещь. Стоит дорого, но оно того стоит, настоящий нафит. Вот как раз сегодня его и проверим.

Сенгур поправил пояс с висящим на нём мечом. Подаренный гномом кинжал засунул в правый сапог, а свой старый - повесил с левой стороны на пояс, затем надел шлем на голову и вышел из комнаты. Маргарет последовала за ним.

Сенгур спустился, его друзья ждали внизу, но Мэлнона среди них не было. По словам Ратика, он ушёл сразу, как они пришли в таверну и, как обычно, не сказал, куда и зачем. Маргарет посмотрела на Тура. Тот держал в руках большой круглый щит. Это был щит его отца, Маргарет хранила его в память о нём и никогда и никому не разрешала брать его, но только не в этот раз. Она одобрительно кивнула своему сыну. Тот подошёл к Сенгуру и протянул этот щит:

- Возьми, пригодится.

Сенгур с благодарностью взял его и вышел на улицу. Народ уже двигался к арене, которая находилась в восьми кварталах от таверны рядом с казармами городского ополчения. Эта арена используется в качестве тренировочной площадки ополченцев и на ней же проводят большой турнир. Возле центрального входа арены уже скопилось большое количество желающих за символическую плату посмотреть. Сама же арена была каменным овальным амфитеатром, построенным ещё четыре или пять сотен лет назад роинами в честь очередной годовщины победы над северными королями. Здесь проходили инсценированные битвы роинов и воинов северных королей, в которых участвовали до трёх человек. Так же здесь проходят всякие торжества и по сей день. Зрительские ряды, расположенные ступенями, могли разместить до двух тысяч человек, практически всё население старого форта. Арена представляла собой овал большой площади, сто шагов в ширину и двести в длину.

Один их стражей указал Сенгуру, где сбор участников. Это было небольшое помещение рядом с ареной. Сенгур вошёл туда, были все в сборе, кроме него и Фархенеса. Там же был и этот чиновник, правда теперь он уже переоделся из костюма в кольчугу, но она на нём сидела, как на корове седло. Было видно, что этот буквоед никогда не брал в руки оружия, ну последние десять лет точно. Все присутствующие участники заметно нервничали, ведь сегодня выпала смертельная битва. Сенгур поздоровался со всеми: кто-то ответил ему, кто-то нет, - это было уже не важно, он сел на свободное место, поставив щит перед собой, повисло гробовое молчание.

Вскоре дверь открылась и на входе показалась огромная фигура Фархенеса. Он был без плаща, в кольчуге, поверх которой была наброшена шкура большого чёрного волка, на голове был шлем, на острие которого был череп этого самого волка с открытой челюстью. Из-за спины торчала секира, а на поясе болтался меч.

Чиновник окинул его взглядом:

- Ну что, все в сборе, можем начинать. Суть первого из трёх состязаний вы узнаете только на арене, так что прошу всех за мной.... мы начинаем.

Тем временем на арене уже не было свободного места. В ложе важных персон собрались все бароны, так же там присутствовали маги ордена воды, местные чиновники и военачальники, однако так как было уже темно, то ничего на самой арене разглядеть было уже нельзя.

Вышедший из комнаты сбора участников ведущий кивнул одному из охранников, тот достал рог и протяжно протрубил. Это был сигнал о старте соревнований. На самой высокой точке над зрительскими рядами висел на подставках огромный гонг. Стражник, стоявший возле этого гонга, услышав рог начала турнира, со всего размаха ударил деревянным молотом, чем известил о старте первого тура.

Участники молча в тишине шли по коридору под зрительскими рядами, пройдя два или три десятка метров они, наконец, вышли на саму арену, и за ними тут же опустилась массивная решётка. Как только гонг перестал дрожать, солдаты стали зажигать факелы по периметру арены. На ней было пусто, ничего, кроме песка под ногами. Тут с грохотом стала подниматься решётка с другого края овала арены. Участники вытащили из ножен свои мечи, все одели шлема и стали прикрываться щитами, у кого они были. Сенгур же закинул щит за спину, и крепко вцепился в свой меч обеими руками. Фархенес стоял неподвижно как статуя, и не сделал ни единого движения, - он просто смотрел на открывающуюся решётку.

За решёткой послышались два десятка рёва, и земля дрожала от топота. "Геранусы", догадался Сенгур, - и точно, из темноты, скаля зубы и громко рыча, на них неслись двадцать взрослых геранусов, которые к тому же были подранены, чтоб злее были. Трибуны, которые находились над ареной, взвыли. Участники стали осторожно расходиться, принимая боевые стойки. Встречать геранусов плотным строем не было смысла, - это только мешало обращаться с оружием. Фархенес достал одной рукой секиру, второй вынул меч, и, заорав, бросился на встречу несущимся монстрам. Остальные так же последовали его примеру. Сенгур уже наметил себе первого животного для атаки. Расстояние между зверьми и участниками стремительно сокращалось, геранусы, словно тренированные, разделились по двое, и каждая пара шла на своего воина.