Авалон: Хроники Бессмертных (СИ) - Ермаков Антон - Страница 30

     Малиновская долгое время хотела съездить в Серебряный бор – знакомые говорили, что в верхнем течении Москвы-реки намного чище и там ещё можно купаться, но Настасья без особого энтузиазма восприняла эту идею, а кого-либо ещё Машке уговорить так и не удалось, так что замечательная мечта так и осталась на уровне мечты.

     А сейчас Мария не спеша, но все-таки достаточно быстро шла в окружении своих друзей знакомой тропою сквозь лес – Антон и Евген широко шагали впереди, и ждать отстающих явно не собирались.

     – Вов, подожди, мне чего-то в туфле трёт, – пожаловалась Таня и остановилась.

     Бирюк глубоко вздохнул и тоже встал, однако остальные, боясь отстать, шагу сбавлять не стали. Пока Таня копалась, вытрясая из балетки мелкие камешки, Настя, не боясь, наконец, быть подслушанной со всех сторон, спросила у Машки:

     – Слушай, а чего Антон такой сердитый сегодня? Не ждет прямо никого. Экзамен, что ли, завалил? Или мне просто показалось?

     – Антон. Не сдал. Экзамен?! – проговорила Машка, делая паузу после каждого слова. – Господи, Насть, да как ты такое вообще могла предположить? Да скорее ядерная война случится, – она слегка улыбнулась. – А если серьезно, то он такой с самого вторника.

     – Да чего случилось-то? Почему?

     Маша внимательно посмотрела на идущих впереди Антона, Евгена, Славу и Семёна, а затем оглянулась на Бирюка с Таней – те уже догоняли их, но были ещё достаточно далеко, чтобы расслышать детали их разговора.

     – Он с девчонкой своей, короче, поругался. Или расстался даже. Я не совсем поняла, честно говоря, – Малиновская кратко пересказала подруге о том, как она стала случайной свидетельницей их перепалки и последовавшей вслед за тем сцены под дождем. – И я поэтому не пристаю к нему особо, не расспрашиваю, – быстро закончила она свой рассказ, потому что неразлучная парочка Тани и Бирюка была уже совсем близко от них.

     Настасья, поняв, что её подруга не хочет, чтобы об этом знал кто-либо ещё, но все же не сумев побороть любопытство, шёпотом произнесла:

     – Может, тебе просто поговорить с ним?

     – На тему?

     – Ну, что жизнь на этом не заканчивается и все в таком же духе. Пусть не грустит, – Настя поджала губы.

     – Да он и не грустит, он просто злой. Я, говоря откровенно, не уверена, Насть, что он нуждается в таком разговоре. Просто это все будет выглядеть, как бы тебе сказать… Короче, как будто я лезу не в свое дело.

     В этот самый момент Антон обернулся, видимо, проверяя, все ли успевают не отставать, и встретился глазами с Машей. Она же поспешно перевела взгляд на подругу. Может быть, ей это только кажется, но в последнее время Антон стал очень чутко реагировать на то, если вдруг разговор заходил именно о нём. Как будто он чувствовал это. Может быть, это усилилось после всего произошедшего с ними, а может, и нет – сейчас она не могла ответить однозначно на этот вопрос.

     – Вон, видишь, какая рожа у него каменная, – чуть улыбнувшись, сказала она Насте. – Стоит только подойти – сразу загрызёт.

     – Евгена пока что не загрыз, – улыбнулась Настасья в ответ.

     Впереди показалась знакомая поляна с дубами. Здесь вышла небольшая заминка – народу в этот день гуляло больше обычного, и им пришлось немного подождать, пока на ближайших тропинках никого не останется. Антон ревностно следил за тем, чтобы всё проходило идеально и без сбоев. Женька же, как второй, оставленный за главного, как-то тоже больше положился на него: то ли не хотел связываться, то ли ему было немного все равно, заметит их кто-нибудь или нет.

     Портал, вопреки опасениям, миновали благополучно. Маша точно так же, как и в прошлый раз, ощутила кожей, будто прошла сквозь некий плотный занавес – и вот она снова вместе со своими друзьями очутилась в ином, теперь уже тоже хорошо знакомом ей мире.

     Солнце понемногу начинало подниматься над вершинами Кленового леса, поэтому друзья прибавили шагу, боясь опоздать – их наверняка уже ожидали Флавиус и Сильфида. Сегодня окружающая их реальность (вернее сказать – иная реальность) казалась намного яснее и симпатичнее – в лесу было не пасмурно и хмуро, а очень даже светло. Между замшелых древесных стволов лился солнечный свет, да и сама Дорога, озаряемая лучами, проглядывалась далеко вперед. Зеленая трава, росшая по её краям, в это утро выглядела особенно сочной и изумрудной.

     Время в пути проходило быстро за несущественной болтовнёй: иногда Малиновскую о чём-то спрашивала Настя, иногда наоборот, а то она вдруг начинала прислушиваться к разговорам Тани и Бирюка, которые как обычно о чем-то спорили. Они и не заметили, как подошли к месту, где рос Старый Клён.

     – Доброе утро, мои дорогие! – пророкотало Дерево. – Рад, очень рад всех вас видеть в добром здравии.

     Все поздоровались, а потом Слава спросил:

     – Как у вас дела? Вы не устаете вот так вот стоять все время на одном месте?

     – Хм… да, в общем, нет. Никогда особенно не задумывался об этом, – в мудрых глазах промелькнула некоторая озадаченность. – К тому же разве у меня есть выбор?

     – Пожалуй, что нет, – согласился Славик.

     – Мы могли бы об этом побеседовать, – предложил Клён. – Мне безумно интересно наблюдать за ходом мыслей всех, кто может свободно передвигаться и таким образом бывать везде, где ему вздумается. Это ведь так чудесно! Вижу, сегодня вы идёте одни и вас никто не торопит…

     – Вообще-то нас уже наверняка ждут, – с легкой досадой сообщил ему Антон – Будет невежливо, если мы опоздаем.

     – Да, я вас понимаю, – грустно согласился Старый Клён. Они все уже вроде бы собрались уходить, и тут он добавил, глядя прямо на Машу: – Я ведаю, что вам досталась магия Живых Растений. Мы теперь в некоторой степени связаны узами родства. Не сочтите за грубость, юная госпожа, просто не могу подобрать достаточно точных слов. Мне бы очень хотелось с вами поговорить.

     Перед такой просьбой Маша, конечно же, не могла устоять. Она представила себе, как это должно быть тоскливо и одиноко – целыми днями стоять под ветром, солнцем и дождём, и даже словечком не с кем перемолвиться. Они пришли сюда уже в третий раз, но так и не смогли поговорить с ним нормально, потому что всегда спешат. Ей стало жалко Старого Клёна.

     – Ребят, вы идите, – сказала она остальным, – я останусь и немного поболтаю. Думаю, Сильфа и Флавиус не рассердятся на меня.

     – Ты чего, разве можно оставлять тебя одну? – округлил глаза Евген. – Сильфида ведь предупреждала!

     – Да брось, Евгеш, я же буду с Клёном. Тем более что я не собираюсь забираться ни в какую чащобу, мы просто побеседуем немного – и всё. Я же по этой самой тропе к вам и приду.

     – Маш, если с тобой что-то случиться… – начал Антон.

     – Ну То-о-ош, – заканючила Машка, – ведь это уже и вправду невежливо, – она покосилась на Клёна. – До замка отсюда совсем близко. Посмотри, там даже виднеется просвет между деревьями, а как только я выйду в долину, вы все меня сразу и увидите. Ну что тут может случиться?

     Антон про себя подумал, что в случае чего Старый Клён не особенно-то сможет ей помочь, ведь стоит Маше отойти шагов на пятнадцать-двадцать, и он уже просто не дотянется до неё, если вдруг потребуется какая-то помощь, но вслух говорить об этом, конечно, не стал. Все-таки это и вправду выглядело бы не совсем корректно с его стороны.

     – Хорошо, – наконец сказал он. – Но только, очень тебя прошу, догоняй нас поскорее, ладно?

     – Я буквально десять минут, – пообещала Малиновская, – и сразу за вами.

     Антон кивнул и вместе с остальными зашагал вперед. Маша ещё успела напоследок заметить немного недовольный и явно не одобряющий эту затею взгляд Настасьи, однако подруга ничего не стала ей говорить. Вскоре компания уже скрылась за ближайшим поворотом тропы.

     Без своих друзей Маше стало немного неуютно. Она осторожно переступила с ноги на ногу и посмотрела на Старого Клёна.