Авалон: Хроники Бессмертных (СИ) - Ермаков Антон - Страница 38

     – Ой, мамочки, что это там? – испугалась Танька и схватила за руку Бирюка.

     – Это чьи-то домашние животные к нам ломятся, – пошутил догадавшийся Евген.

     – Да, не бойтесь. Это, наверное, Пончик, – успокоила друзей Малиновская.

     Она была практически уверена в своей правоте, потому что они стояли почти на том же самом месте, где она повстречалась с медведицей в прошлый раз. Огромная косматая голова показалась над зарослями, и спустя ещё примерно минуту Пончик, производя невообразимый шум, вышла к ним на тропу. Малиновская тут же подбежала к ней и двумя руками обхватила её за шею. Медведица добродушно фыркнула в ответ и лизнула Машку в щёку.

     – Стоило мне только вспомнить о ней, и она сразу же появилась! – сообщила Малиновская подошедшей Настасье, которая, хотя и с некоторой опаской, тоже погладила медведицу по буро-коричневому боку. – Помнится, когда в прошлый раз я шла здесь одна и Пончик бросилась за мной, я поначалу решила, что она хочет меня съесть, – призналась друзьям Маша.

     Пончик слегка наклонила голову и исподлобья взглянула на Марию, как бы говоря: «Съесть? Какую же ерунду ты несешь!»

     – Теперь-то я уже, конечно, так не думаю, – добродушно сказала Машка, почесывая за ухом свою любимицу.

     Когда все они двинулись дальше, Бирюк спросил у Малиновской:

     – Ты сегодня не будешь ехать на ней? – он кивнул в сторону Пончика.

     – Нет, я же пока не устала, – пожала плечами та, шагая рядом с медведицей. – Я знаю, что она, конечно, всегда рада мне помочь, но мне бы не хотелось, чтобы остальные воспринимали Пончика исключительно как средство для моего передвижения. Она все-таки не ездовая лошадь, а медведь, и она – мой друг, – при этих словах Малиновская снова посмотрела на Пончика, и, хотя медведица не поворачивала в её сторону головы, невозмутимо топая рядом, Машке показалось, что та улыбается… а может, это было всего лишь игрою света и тени на косматой морде?

     Когда друзья вышли, наконец, в зелёную долину Карнимирии и направились к замку, а окружающий их ландшафт стал просматриваться более четко и детально, Бирюк, вглядываясь вдаль, сказал:

     – Что-то я не вижу никого на Стрельбище. Где же Флавиус и Сильфида?

     – Да вон же они, смотри! У главных ворот, – ответил ему Евген, который видел дальше всех. – Интересно, почему они встречают нас именно там?

     – Думаю, что сейчас мы это узнаем, – заметил Антон.

     Через некоторое время компания подошла к своим наставникам, и высокие и острые, как копья, башни Нифльхейма нависли над их головами, заслоняя собою солнце.

     – Доброе утро! – поприветствовал их Флавиус, а Сильфида просто молча кивнула.

     Ребята поздоровались, и Семён немного разочарованно спросил:

     – Разве мы сегодня не будем тренироваться?

     – Обязательно будем, – успокоил его Флавиус. – Я знаю, мы обещали, что станем вас ожидать сразу на Стрельбище, и мы туда обязательно заглянем, но немного позже. Мы с Сильфидой посоветовались и решили показать вам сегодня кое-что интересное. Думаю, что ради такого можно немного повременить с тренировкой, – и он многозначительно подмигнул.

     Пончика пришлось оставить снаружи (не таскать же её с собой по крутым лестницам и узким коридорам), но она, похоже, ничуть не расстроилась – присев на зеленую траву, медведица лишь едва заметно вздохнула.

     – Мы быстренько посмотрим на сюрприз, который нам приготовили, и я сразу же к тебе вернусь, хорошо? – успокаивала её Малиновская, глядя на Пончика снизу вверх, – даже сидя, медведица все равно была огромной.

     Пончик что-то проворчала в ответ – по-видимому, она не возражала.

     – Пойдёмте, – позвала Сильфида, увлекая их за собой. – Нам предстоит погрузиться в мир Знания.

     Заинтригованные, друзья последовали за нею. Они перешли старый подвесной мост с позеленевшими от времени цепями, перекинутый через оборонительный ров, и шагали достаточно долго, пройдя и центральную галерею с резными колоннами и огромными ткаными гобеленами, и множество других залов. Но прежде чем они приблизились к залу с фонтанами, разглядев впереди привычно стоящего на своем месте невозмутимого Алексиса, Сильфида и Флавиус свернули вправо, погружая их в новые, запутанные и таинственные лабиринты полутемных коридоров и гротов. Шли, в основном, молча. Маша постоянно вертела головой по сторонам, стараясь разглядеть как можно больше мелких деталей и предметов. Но замок был настолько огромен, что вскоре она потеряла хоть какую-то надежду запомнить мало-мальски примерный путь, полностью положившись на знание своих проводников.

     – Поначалу мне потребовалось достаточно большое количество времени, чтобы запомнить, что и как здесь расположено, – сказала Сильфида после того, как постоянно на что-нибудь отвлекающаяся, и потому отстающая, Малиновская, даже идя следом за всеми, уже дважды чуть было не свернула с правильной дороги. – У каждого из вас ещё будет предостаточно этого самого времени, когда вы сможете беспрепятственно бродить по всему замку, но для этого я обязана буду вас кое с кем познакомить.

     – А с кем? – тут же спросил Слава, который терпеть не мог, когда кто-то начинал говорить загадками.

     – Мы будем решать возникающие перед нами проблемы по мере их поступления, – как всегда ответила Сильфида в своей неподражаемой манере.

     Славик лишь тяжело вздохнул.

     Наконец они достигли величественных двухстворчатых дверей: каждая из их половин состояла как бы из двух частей – черной кованой решетки с причудливыми завитушками, а через некоторое расстояние (размером примерно с ладонь), – массивного деревянного основания, соединенного с поверхностью светло-коричневой створы. Никакой охраны рядом не было – даже обычно дежурившие у всех важных помещений дварфы здесь отсутствовали. Сильфида остановилась перед дверьми, и, протянув правую руку вперед, произнесла:

     – Сумей, уйдя, не вернуться.

     После этих слов наступила тишина. Слышны стали завывания ветра в далеких надвратных арках и трезубцах башен, и звуки капающей откуда-то воды. Маша услышала, как рядом с нею переступила с ноги на ногу Настя, как еле слышно вздохнул Бирюк. А затем створы протяжно скрипнули и распахнулись, достаточно стремительно достигнув легких упоров в мраморном полу, сделанных для того, чтобы они не раскрывались слишком широко, и, ударившись об них, глухо ухнули, издав чудной звук пустой, полой деревяшки.

     – Это что, пароль такой? – спросил Евген, ни к кому в особенности не обращаясь.

     – Вроде того, – ответила Сильфида, не оборачиваясь.

     Они вошли. Удивительный чертог предстал их глазам – они снова оказались в основании одной из башен, только теперь её круглых каменных стен не было видно и в помине: все огромное пространство от пола и до бесконечно теряющегося в вышине потолка занимали аккуратные, симметрично ровные ряды стеллажей, на которых стояли… книги. Большие. Средние. Маленькие. Их корешки самых разнообразных цветов пестрели вдоль стен, создавая величественный книжный колодец-цилиндр, и от этого многообразия захватывало дух и даже начинало немного рябить в глазах.

     Мария, приглядевшись, поняла, что иногда между толстыми томами были сложены аккуратные стопки пергамента; изредка попадались также туго скрученные свитки, сложенные причудливыми горками, но их было немного. Основное пространство занимали все же тяжелые, массивные книги, и некоторые из них по внешнему виду ничем не отличались от тех, которые стояли дома у неё на полке и в шкафу, разве что здесь они выглядели более потрепанными и пыльными.

     Малиновская подняла голову повыше и принялась разглядывать вверху странные приспособления, – что-то вроде строительных лебедок, которыми пользовались в Москве при ремонте фасадов домов. Небольшие платформы на витых тросах медленно перемещались вверх и вниз между книжными полками. На некоторых из них находились двафры – кто-то расставлял книги по полкам, но большинство просто поправляли неаккуратно накренившиеся тома или стирали с них пыль.