Диктатор (СИ) - Шахов Борис Федорович - Страница 60

  Именно отработки. Про них никто не забыл и никто мне их не простил. Начало года для должности завхоза время весьма горячее, поэтому речи про смягчения отработок Филч больше пока не заводил. Однако, так как я работал упорно и честно, относился ко мне лучше, чем к другим детям. Всем вместе взятым другим детям. Поэтому на текущий момент я был, пожалуй, самым информированным человеком (после самого завхоза, директора и профессоров, и то не всех) о внутреннем состоянии, функционировании, расположении и заполненности важнейших складских помещений замка Хогвартс.

  Тем временем прошла горячка начала учебы, и я смог подвести первые важные для себя итоги. Во-первых, меня полностью устраивали отношения со своим факультетом.

  Если в прошлом году на дни рождения меня как-то не очень сильно приглашали, а я, видя веселые праздничные застолья, делал вид, что ничего не замечаю (пропустив так даже свой здешний день рождения), то теперь я стал полностью своим. Меня любили первоклассники (была пара-тройка случаев с особо борзыми первокурсниками-слизеринцами и гриффиндорцами, поставленными мною на место), меня уважали старшекурсники и за прошлогоднюю историю, и за проявленные истинно хаффлпаффские черты характера. Мое поведение и мировоззрение вполне, пусть и не без некоторых нюансов, устроили родителей учащихся, поэтому запрета на общение со мной никто из детей не получил. В итоге не приглашать меня на праздники было как-то совсем не комильфо.

  Семьдесят студентов на факультете - это в среднем по шесть дней рождения в месяц. Шесть дней рождений в месяц - это один-два в неделю. Отмечать так часто было совершенно невозможно: вредно для учебы, дорого и, самое главное, терялся сам смысл праздника. Поэтому, обычно, каждый курс праздновал дни рождения своих негромко в узком кругу, а один общий факультетский праздник проводился раз в два-три месяца. С подарками тоже было интересно. Из-за того, что на Хаффлпаффе был максимальный среди всех остальных факультетов Хогвартса разброс по уровню жизни родителей (тут тебе и богатейшие истинно чистокровные, и магглорожденные на обучении за счет Министерства), подарки дарить было не принято. Нет, не запрещалось, но не рекомендовалось. А то один подарит подарок ценой в десяток галеонов, а другой - в пол кната. Какая дружба после этого?

  Во-вторых, совершенно внезапно я обнаружил, что прошлогодние мантии стали мне коротки и свободны. Часть жира из меня вытопило солнце Долины Царей, часть я оставил, лежа в гильдейском госпитале. Но откуда у меня появились лишние три сантиметра роста? И как теперь быть с моими планами на участие в пустынной охоте следующим летом? Надо, на всякий случай, побольше кушать и меньше двигаться. Угу. Как только объяснить это Филчу? Более того, не только тело, но и лицо стало претерпевать изменения. Теперь я уже не был похож на брата-близнеца Колобка. Только на родного. Впрочем, здешний отец выглядел вполне прилично, так что, скорее всего, это просто пошли нормальные возрастные изменения.

  В-третьих, я до сих пор не встречался ни с Малфоем, ни с Крэббом.

  Ну и самое главное, я смог все же подобрать ключик к Локхарту!

  Дело было так. Однажды вечером я отпросился с отработки у Филча. Сделать это было достаточно просто. В тот день за "магическую дуэль", как это выспренно назвали участники, а, если назвать честно и по-простому, за банальную драку на волшебных палочках в коридоре замка, на воспитание к завхозу отправили сразу восемь человек - пятерых гриффиндорцев и троих слизеринцев. У Филча не было работы даже для одного меня, не то, что для восьми здоровых лбов, поэтому он поступил так, как обычно поступал в таких случаях. Разлив в нижних коридорах пару ведер грязной воды он приказал сдать магам палочки и, вооружив нарушителей продвинутым инструментом модели "тряпка-энд-швабра", задал задание сделать чисто. Резкое повелительное движение рукой в мою сторону, и я, после вопросительно поднятых бровей и легкого утвердительного кивка завхоза, растворился в полутьме коридоров замка.

  Гилдерой в этот вечер, как обычно, сидел в своих покоях за кабинетом ЗОТИ и был занят невероятно важным делом: он читал и подписывал письма поклонниц.

  - Профессор Локхарт?

  - Да, мальчик?

  - У меня есть к вам один вопрос.

  - Тебе что-то непонятно из моих книг? Я с радостью отвечу на твои вопросы, но на уроках. А сейчас, извини. Тяжкое бремя славы. Мне нужно ответить на письма почитательниц моего несравненного таланта...

  - Нет, что вы. Я хочу научиться у вас другому.

  - Подвигам? Ох-хо-хо! Многие хотят совершать подвиги, но далеко не каждый может. - Гилдерой принял важную позу и продолжил: - Я свой первый подвиг совершил, когда мне было всего... - Локхарта понесло. Увы, этот словесный понос мне пришлось смиренно выслушать. Спустя полчаса слегка выдохнувшийся профессор закончил: - Вот так вот я победил троих горных троллей. Простым камешком размером с детский кулачок! - Приняв мой малость остекленелый взгляд за высшую форму восхищения и печали, что такие высоты не для всех достижимы, он решил немного подсластить мне пилюлю. - Не волнуйся. Не такие подвиги, помельче, но совершить может каждый! - очнувшись от только что придуманного третьего по счету способа спрятать расчлененное тело профессора в Хогвартсе не используя магию, я вернулся на грешную землю.

  - Нет, простите профессор. Я, как бы, немного другое имел в виду. Я не такой фотогеничный как вы, так что из меня не выйдет хорошего героя.

  - О, так ты хочешь научиться писать книги так же гениально, как я? Это тоже очень и очень непросто. В своих долгих странствиях, между совершениями подвигов, темными ночами при свете обычного люмоса я постигал тяжелое ремесло... - "Так, - погрузился я в свои мечты. - Способ номер четыре. Под предлогом найденных сокровищ Слизерина, заманить Локхарта в туалет Плаксы и... "

  - ... И вот так я спас ведьму от пятидесяти маггловских боевых железных животных-канистр, просто проткнув палочкой в них по маленькой дырочке! - "Танков, идиот! - мысленно от всей этой чуши я бился головой об парту. - Танков! А не канистр!" - А дальше я...

  - Простите, профессор. И не этому тоже. У меня с обычным-то письмом проблемы.

  - М-м-м. Тогда что именно ты хочешь?

  Как там, в далеком советском детстве, с отличным музыкальным оформлением боролись с человеческими пороками? "На хвастуна не нужен нож, ему немного подпоешь и делай с ним что хошь!" - так, да? Вот сейчас, миленькая лисичка, мы и проверим твой способ. Лесть - это тоже наука. Лесть за придуманные подвиги иногда приедается... хотя нет. Этому... кадру лесть не приестся никогда, и заслуженная, и просто любая. Но все равно, истинное признание настоящих заслуг, оно намного приятнее.

  - Вы знаете, профессор, я действительно очень внимательно изучил вашу биографию. И меня больше всего заинтересовал тот период вашей жизни, когда вы работали на Министерство Магии.

  - Да! Именно тогда я впервые осознал, что...

  - Дайте мне договорить профессор, - невежливо, но меня, откровенно сказать, вконец заебало слушать всю ту пургу, что нес этот клоун. - Научите меня тому, что умеете лучше всего сами!

  - И что же это? - напрягся Локхарт.

  - Я хочу, чтобы вы научили меня теории и практике заклинания Обливиэйт, - портреты Локхарта на стенах неодобрительно на меня посмотрели.

  - Извини, но обучение и практика этого заклинания, как одного из самых опасных, проводится только на службе и в пределах Департамента Магического Правопорядка. Поэтому я просто не имею права обучать кого-либо. Давай я лучше научу тебя...

  Что ж, халява не сработала. Зайдем с тузов.

  - Пятьсот галеонов.

  - Мальчик, я не собираюсь нарушать закон и подвергать свое имя опасности ради каких-то жалких...

  - Тысяча галеонов.

  - Выход из класса у тебя за спиной... - занервничал профессор. Портреты на стенах стали задумчиво переглядываться друг с другом.