Щит и меч «майора Зорича» - Терещенко Анатолий Степанович - Страница 54

Это был уже не тот говорливо-суетливый трибун, извергающий водопад славословий своему созданному и выпестованному им режиму и проклятий в сторону вероятного противника, каким он казался многим немцам в канун прихода к власти и перед войной. В конце войны это была уже его размытая тень.

По воспоминаниям его современников, физически он производил впечатление разбитого и сломленного человека: с большими отеками на лице, сгорбленный, бессильный и нервозный. Лицо приобрело землистый цвет. Руки постоянно дрожали. На узких и покатых плечах исхудавшего тела фюрера его излюбленный пиджак болтался как что-то подобное на чучеле. Умом он понимал — конец с возмездием неизбежно скоро наступят, но вера в Провидение, подогреваемая холуями типа Бормана, Геббельса и Кейтеля, ещё теплилась в его сумеречном сознании.

Если о Варшавском восстании и югославских партизанах большинство наших современников хотя бы что-то слышало, то о событиях в Словакии сейчас знают в основном те, кто целенаправленно интересуется историей Второй мировой войны, а жаль, так как словацкое движение Сопротивления заслуживает не меньшего внимания и исторического уважения.

Известно, что Чехословакия как государство было ликвидировано Гитлером в марте 1939 года. Бывший президент Чехословакии Э. Бенеш ещё в 1938 году передал свои полномочия президенту Э. Гахе, а сам с семейством и близкими чиновниками эмигрировал в Англию, где создал новое правительство в эмиграции, которое было признано союзниками, а затем и руководством СССР. Это правительство вело активную пропагандистскую работу по восстановлению Чехословацкого государства, существовавшего до мюнхенского сговора западных держав с Гитлером.

Руководство же Третьего рейха в лице фюрера приняло решение создать самостоятельное Словацкое государство, а остальную часть единой страны превратить в протектораты.

Когда в марте 1939 года гитлеровцы оккупировали Прагу, в Словакии возник марионеточный фашистский режим клики Йозефа Тиссо — ярого приверженца гитлеровской модели государственного устройства. Его диктатура в целом копировала другие подобные режимы, но с одним дополнением: она носила клерикально-католический характер. В католической Словакии преследовали коммунистов, социалистов, цыган, евреев и религиозные меньшинства — протестантов, лютеран и православных. Ещё одними врагами были объявлены… чехи, в которых «тиссовцы» видели агентов «пражского централизма», желающих якобы одного — колонизировать словаков.

В государстве Тиссо были все атрибуты государства: министерство иностранных дел, министерство внутренних дел, органы государственной безопасности, полицейские подразделения, части и соединения Словацкой армии (СА) и другие институты суверенной страны. Создание последнего института — СА было непростительной ошибкой диктатора, своеобразной миной замедленного действия, которая со временем взорвалась.

После нападения гитлеровцев на Советский Союз словацкие части сразу же были направлены наряду с итальянскими, финскими, румынскими, венгерскими и прочими «союзническими» частями на оккупированную немцами территорию СССР.

Если последние вели себя так, как того хотели от них фашисты, — порой активнейшим образом участвовали в боевых действиях, то братиславские посланцы на стороне Гитлера воевать по-настоящему не желали — не хотели превращать свои судьбы в пушечное мясо. Поэтому отмечались нередко случаи, когда целые словацкие части переходили на сторону Красной армии. Те, кто до фронта не добирался, уходили в отряды местных и советских партизан, где с оружием в руках воевали против нацистов и своих коллаборационистов.

А в самой Словакии антифашистски настроенные офицеры ратовали за организацию восстания, хотя военные, входившие в состав руководящего ядра восстания, ориентировались на позицию и указания эмигрантского правительства Бенеша, находившегося, как известно, в столице Великобритании.

В то время Кремль имел лишь куцую информацию о состоянии дел в Словакии, которой её снабжало правительство Бенеша через своего посла в Москве Фирлингера и руководителя военной миссии генерала Пика. Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что отношение Сталина в то время к Бенешу и его правительству было положительным. Оно резко отличалось от отношения к польскому и югославскому эмигрантским правительствам, находившимся тоже в Лондоне.

12 декабря 1943 года Бенеш приезжал в Москву, встречался со Сталиным. Он подписал договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве между Чехословакией и СССР.

А 11 апреля 1944 года Бенеш прислал Сталину трогательную телеграмму. Она была такого содержания:

«В момент, когда победоносная Красная армия, а с ней и Чехословацкая бригада достигли границ нашей республики, посылаю Вам как Верховному главнокомандующему и представителю народов Советского Союза от имени нашего народа, чехословацкого правительства и себя лично самые сердечные поздравления.

Красная армия, вступая сегодня на землю нашей родины, одерживает новую большую победу над нашим общим врагом и приносит нашему народу свободу и надежду на счастье и безопасность в будущем.

В эту историческую минуту вспоминаю не только о нашей обоюдной дружбе в прошлом, скрепленной вновь моей последней поездкой в Москву и подписанием нашего нового договора, но испытываю чувство радости и в предвидении нашего будущего сотрудничества для дела обеспечения европейского мира совместно с другими союзниками и к благу обоих наших государств.

Наши совместные испытания и теперешняя наша совместная борьба гарантируют постоянство нашего союза как на сегодняшний день, так и для всего нашего будущего.

Горячо и с благодарностью приветствуем части Красной армии, вступающие совместно с чехословацкими солдатами на землю нашей дорогой родины.

Доктор Эдуард Бенеш. 11 апреля 1944 г. Лондон».

Хорошо воевать, как говорится о таких людях, глядя на бой или сражение со стороны. Видимо, Бенеш надеялся получить из рук Красной армии уже освобожденную территорию Чехословакии, где он мог управлять по своему усмотрению, ожидая, пока освободят красные воины другую часть своего государства — Словакию. Он считал, что никакой словацкой народности не существовало и не существует. Словаки, мол, являются частью, разновидностью чешской нации, поэтому нет нужды ни обсуждать этот вопрос, ни тем более говорить о какой-то самостоятельности словаков.

В Москве же на эту проблему, мягко говоря, смотрели несколько иначе. Выжидательная политика Бенеша по отношению к Словацкому восстанию привела к тому, что оно было очаговым. Массового выступления народа не получилось, потому что оно не было должным образом подготовлено. Оно вспыхнуло стихийно, что в конечной мере определило его трагическую судьбу.

Центром заговора против диктатора Тиссо, как и в Германии, стал штаб командования войск тыла. В Германии эти войска назывались войсками резерва. Роль словацкого полковника Клауса Шенка фон Штауффенберга взял на себя подполковник Ян Голиан. Такой расклад сил уже таил большую опасность для нацистов.

Да и сам суетливо-трусливый Тиссо, заподозрив что-то «неладное в своем королевстве», 12 августа 1944 года объявил Словакию на военном положении. В ответ на эту авантюру диктатора уже к двадцатым числам августа стали активно множиться партизанские отряды. Заволновались армейские части. Целые гарнизоны переходили на сторону повстанцев и уходили вместе с ними в горы.

29 августа Тиссо попросил помощи у Гитлера и пригласил немецкие войска для «разряжения обстановки». В тот же день министр обороны Словакии Фердинанд Чатлош громогласно объявил об этом стране по радио.

А в начале октября 1944 года на помощь немцам в Словакию перемещается в полном составе 14-я ваффен СС дивизия «Галичина». Уже переформированное соединение галицийских эсэсовцев после Бродовского котла пришло на помощь нацистам с целью расправиться с восставшим словацким народом. В Словакии галицийской дивизии была подчинена бригада головорезов Дирливангера, которая «прославилась» дикими зверствами против партизан и мирного населения Белоруссии.